Наследник Тумана. Том 3 - Сергей Витальевич Карелин
— Одеться я могу и сам. Пусть просто оставят костюм.
Управляющий на мгновение задержал взгляд на моей куртке, но возражать не стал.
— Как пожелаете. Если что-то понадобится, позвоните, — указал он на колокольчик возле кресла. — Я буду неподалеку. И сейчас придет целитель.
После его ухода я проверил, закрывается ли дверь, и наконец отправился мыться. В ванной нашел даже небольшой бассейн, но на него сил уже не было. Мне хватило горячей воды и возможности постоять под ней, не прислушиваясь к каждому звуку.
Выйдя из ванной в халате, который заботливо повесили в ней, я увидел сухого старика лет семидесяти. Невысокий, почти лысый, с острым носом и внимательными темными глазами. На нем был старомодный серый сюртук, из карманов которого торчали связки амулетов.
— Ваше сиятельство, — сухо произнес он, — я Гавриил Савельевич Мещерский, лекарь рода Волконских.
— Хорошо, — кивнул я, — но меня недавно смотрели…
— Разрешите?
Объяснения гость слушать не стал, а, усадив меня на диван, быстро осмотрел рану и одобрительно хмыкнул.
— А кто осматривал?
И тут я понял, что напрочь забыл имя того самого лекаря Пономарева, но, как выяснилось, фамилия барона сразу объяснила для Мещерского, кто это был.
— Господин Анисимов, — пробормотал он. — Не самый плохой вариант, но…
Следующие пятнадцать минут меня лечили магией — повязку Гавриил Савельевич трогать не стал. Зато после его лечения боль исчезла.
— Не делайте резких движений, — посоветовал он мне, быстро собрав свой чемоданчик. — Я остаюсь в особняке, посмотрю вас утром. Если почувствуете ухудшения — скажите Доброву, он меня вызовет.
— Хорошо, — кивнул я, и лекарь удалился.
Потом я попытался одеться. Увы, сделать это оказалось сложнее, чем ожидалось. Не из-за костюма — просто после воды и тепла, ну и успокаивающего магического лечения, так и тянуло лечь прямо на кровать. Я несколько минут посидел на краю, потом все же заставил себя подняться.
Одежду оставили на кресле, как и просил. Пиджак оказался чуть свободен в плечах, зато брюки подошли. Я поправил рубашку перед зеркалом и с удивлением отметил, что теперь хотя бы не выгляжу человеком, которого по ошибке пропустили в богатый дом.
— Осталось ужин пережить, — сказал отражению и вышел.
Алена ждала в коридоре возле зеркала. На ней было темно-синее платье, волосы убраны назад. Сестра поправляла рукав, но, заметив меня, сразу опустила руку.
— Что-то не так? — спросила она.
— Все так. Тебе очень идет.
Она улыбнулась и снова посмотрела в зеркало.
— Я уже забыла, каково это — собираться к ужину, а не думать, кто придет ко мне с очередными бумагами.
— Если кто-нибудь придет, отправляй ко мне.
— Хорошо, ваше сиятельство. — Она оглядела мой костюм. — Кстати, теперь ты хотя бы похож на человека, который может кому-то приказать.
— А раньше не был похож?
— Раньше хотелось дать тебе поесть и уложить спать.
— Мне и сейчас хочется того же.
Алена рассмеялась, и в этот момент появился Добров. Он осмотрел нас с таким вниманием, что я невольно поправил манжету.
— Костюм почти впору, — заметил управляющий. — Портному останется немного работы. До ужина еще есть время, могу показать вам особняк.
К нам подошла Мара. Теперь она выглядела заметно лучше: грязь с морды исчезла, а собачья шерсть уже не торчала клочьями. Видимо, на сытый желудок поддерживать приличную иллюзию ей было легче.
«Мясо хорошее. Здесь можно остаться», — сообщила она.
«Рад, что главный вопрос решен».
Рысь довольно потерлась о мою ногу.
— Алена Александровна тоже хотела присоединиться к осмотру, — продолжил Добров.
Сестра посмотрела на него с удивлением, но возражать не стала.
— Пойдем, Миша. Иначе ночью заблудишься.
— Спасибо за веру в мои способности проводника.
— Здесь твоя нить не поможет, придется запоминать самому.
Далеко нас водить не стали. Алена показала библиотеку и объяснила, через какую гостиную удобнее попасть к лестнице. В зимнем саду мы задержались лишь на минуту: Добров собирался рассказать, кто его устраивал, но заметил, что я с трудом сдерживаю зевок, и перешел к более полезным вещам. Мы отправились в сторону столовой, где нас встретил молодой слуга. Он поклонился мне и кивнул Доброву, после чего тот повернулся ко мне.
— Ваше сиятельство, семья собралась. Можно приглашать к столу, ужин подан.
Глава 3
Парадная столовая больше походила на зал для приемов. За столом свободно разместились бы человек двадцать, хотя сегодня ужинать предстояло только шестерым. На скатерти блестело столько серебра, что я невольно замедлил шаг. У стен стояли слуги, готовые броситься на помощь при малейшем движении хозяев.
Возле моей тарелки лежало пять вилок. Я даже пересчитал их, надеясь, что ошибся. В прежней жизни с едой все было проще: если дали вилку, значит, ею и ешь. Здесь же одна была совсем маленькой, а другая изгибалась так, будто предназначалась не для ужина, а для извлечения чего-нибудь из раны. Ножей тоже оказалось больше, чем мне требовалось.
— Вы издеваетесь, — пробормотал я.
Добров, как назло, услышал и сразу оказался рядом:
— Что-то не так, ваше сиятельство? Прикажете изменить сервировку?
— Лучше скажите, зачем мне столько вилок? Я ведь не собираюсь есть обеими руками.
— Приборы меняют в зависимости от блюда, — пояснил управляющий, ничем не выдав отношения к вопросу. — Начните с крайней. Когда подадут следующее блюдо, ненужные уберут.
— Вот за это спасибо. Уже намного понятнее.
К счастью, нас никто не услышал. Алена еще стояла возле своего стула, а остальные смотрели на Дмитрия, который поднялся мне навстречу. Брат улыбался с такой доброжелательностью, что незнакомый с нашими взаимоотношениями человек наверняка бы ему поверил.
— Михаил, я рад, что сегодня мы наконец собрались всей семьей. Поздравляю со вступлением в права главы рода.
— Благодарю, Дмитрий. Надеюсь, поужинать нам это не помешает.
Он чуть заметно прищурился, но улыбку сохранил и указал на место во главе стола.
Екатерина сидела неподалеку. Она посмотрела на меня, затем задержала взгляд на Алене, словно пыталась понять, как сестра себя чувствует. Пономарев уже устроился напротив и поправлял салфетку. По его лицу ничего нельзя было прочитать, хотя я сомневался, что барону хотелось провести вечер именно в этой компании.
Только Сергей не пытался казаться приветливым.