Великий Кузнец - 2 - Анри Олл

Скалз достал из ранца небольшой плоский камень — чёрный обсидиан с гладкой поверхностью.

— Возьми, он знает этот знак. Когда будешь готов, найди Элиаса Зольника в Старом Городе, спроси у него о «тлеющих свитках» и покажи этот камень. Но знайте: он эксцентричен и его уроки могут быть даже опасными.

Я взял камень: он был холодным, почти ледяным на ощупь, но быстро согрелся в ладони. На поверхности был выгравирован крошечный символ: три пересекающихся круга, заключённых в квадрат.

— Спасибо, — сказал я. — Это… больше, чем я ожидал.

Скалз кивнул.

— Огонь — это сила, которой можно созидать и разрушать. Надеюсь, вы будете создавать, защищать, а не уничтожать. — Он повернулся, взялся за дверцу кареты. — Удачи, юноша. И помните: даже лучший фундамент не устоит, если стены построены криво. Но основа, конечно, превыше всего. То же и с магией.

Бригада Прохора была на участке, теперь они работали без магического подспорья, их задача — завершить строительство. На это у них уйдет как минимум ещё две недели. Прохор рассказал мне план: крыши для дома и мастерской будут деревянные, из толстых балок, на них будет настелен слой бересты (для гидроизоляции), затем — дранка (тонкие дощечки), а сверху слой дерна, чтобы утеплить. Забор вокруг участка в 40 соток будет самый простой: низкий плетень из кольев и веток, чтобы звери понимали, что территория занята. Внутри предстояла отделка дома: полы уже сделаны, нужно установить внутренние перегородки между комнатами, поставить печь для обогрева, сделать лежанку вокруг печи, обустроить кухонную зону, колодец. Мастерская требовала больше работы: две доменные печи для плавки металлов, один кузнечный горн для ковки, дымоходы, вентиляционные отверстия, склад для инструментов и материалов, лавка возле входа (чтобы продавать изделия напрямую при возможности). Бригадир сказал, что для печей ему придётся нанять ещё пару каменщиков, специализирующихся именно на огнеупорных кладках и сложных дымоходных системах: это была узкая специальность, и такие люди стоили дороже. Ориентировочная стоимость всей работы, включая материалы и дополнительные наёмники, выходила примерно в пять золотых и тридцать серебряников. Это было выше первоначального бюджета, но я не мог отказаться: кузня должна быть полноценной, иначе все мои эксперименты и планы по производству артефактов будут невозможны.

Я дал Прохору часть средств заранее — два златых, чтобы он мог закупить необходимые материалы и оплатить новых рабочих. Еще один аванс — после завершения ключевых этапов. Я также попросил его оповестить меня в трактире «Золотой Якорь» за день или два до того, как они закончат строительство каждой из печей (доменных, кузнечного горна и печи в доме). Мне нужно было зачаровать их сразу после завершения, нанести метки, которые усилят их свойства — качество выплавки, скорость плавки, устойчивость к перегреву, контроль температуры, что-то вроде этого. Это было критически важно для будущих экспериментов с металлами и магией.

Прохор согласился.

— Вы более не будете каждый день проводить здесь, с нами? — спросил он.

— Нет, — ответил я. — У меня свои дела в городе, но я вернусь, когда печи будут готовы. Если возникнут проблемы — вы сможете найти меня в трактире «Золотой Якорь». Спросите торговца Василия или Аню Железнову.

Прохор молча кивнул, потом добавил:

— Хорошо, тогда ждите моих сообщений. Печи будут готовы последовательно: сначала кузнечный горн (он самый простой), потом одна доменная печь, затем вторая. Мы будем делать их с небольшими перерывами.

Я повернувшись к Ане, которая наблюдала за всем с выражением тихой уверенности, я сказал:

— Ты остаёшься с Василием? Поможешь ему с расчетами и записями?

— Да, — ответила она. — Василий предложил оплату: серебряник за две недели работы и еда. У него сейчас много документов: новый караван говорит готовит в другие земли, контракты с поставщиками, списки товаров. Моя грамотность и навыки счёта точно ему пригодятся.

Это было хорошим решением: моя сестра могла заняться делом и немного заработать для своих нужд, не тратя время на простое ожидание, а также укрепить связи с купцом. Мой партнер ценил её ум и аккуратность.

— Тогда я займусь своими делами. Возьму Серого Когтя и поеду в Старый Город. Я должен найти человека, которого рекомендовал Скалз.

Аня посмотрела на меня, её глаза были серьёзными.

— Будь осторожен. Старый Город… там говорят, много странных людей, алхимиков, магов-отшельников. И… там не очень безопасно.

Я знал из слухов, что Старый Город Аргониса — это район, который находится внутри самой пирамиды, но на её нижних уровнях. Это не бедняцкие трущобы, но место, где живут мелкие ремесленники, алхимики, мастера магии, не принадлежащие к крупным гильдиям, книжники, коллекционеры и отшельники, а также… те, кто скрывается от внимания власти или общества. Улицы там узкие, дома старые, часто полуразрушенные, атмосфера: что-то между причудливым рынком и кварталами нищих.

Но у меня был указатель — имя «Элиас Зольник» и пропуск: символ на камне. А ещё — Серый Коготь, который мог быть не только помощником, но и защитником.

Я собрался: взял свою небольшую поясную сумку, деньги (несколько серебряников и медяков для мелких расходов, золото оставалось в тайнике в трактире), а также тот обсидиановый камень от Скалза. Книгу по магии огня я решил не брать, слишком броский и дорогой предмет для таких мест.

Серый Коготь молча стоял рядом, его янтарные глаза наблюдали за моими действиями.

Мы выехали с участка на почти пустой повозке. Пешком добираться было слишком долго и небезопасно. Лошадь была не самой лучшей, но спокойной и выносливой. Аня сидела сзади и читала какую-то книжку, что получила от Василия вчера. Серый Коготь сидел рядом на передней части повозки, его мех со временем покрылся тонкой пылью дороги. Я решил, что путь будет долгим, и можно попробовать разговориться с ним. До этого момента он оставался молчаливым, выполнял команды, но редко делился своими мыслями и историей, хоть и демонстрировал свою нюх, физическую силу и преданность.

— Серый Коготь, — начал я, глядя на дорогу, которая вела от нашего хутора сначала через поля, потом к окраинам Аргониса, а затем внутрь стен. — Я хочу спросить… Ты сказал, что тебя звали Серым Когтем, но,