Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

— Это сложно объяснить тому, кто никогда не сталкивался с подобным, — признался Родион. — Будто где-то на огромном расстоянии пробуждалась сила, тесно связанная с моей собственной магией. Причём связь ощущалась настолько отчётливо, что я практически не сомневался: происходящее каким-то образом касается нашего рода.

Он ненадолго замолчал, словно вновь прислушиваясь к собственным ощущениям, после чего продолжил:

— Я и без того направлялся в Жаровск, поэтому поначалу не видел причин менять планы. Но сегодня утром отклик стал настолько сильным, что продолжать путешествие обычным способом уже не имело смысла и мне пришлось воспользоваться пространственным порталом.

Сегодня утром…

Я невольно вспомнил ошейник Себастьяна и события, последовавшие за его появлением. Неужели Родион почувствовал пробуждение именно этого артефакта? Вполне возможно, особенно если учесть, что ошейник и мой наруч когда-то составляли единый комплект Судьи. Хотя утверждать наверняка я бы пока не стал: слишком мало было известно о том, как древние артефакты взаимодействовали друг с другом и почему магическое ядро отца вообще сумело уловить их пробуждение.

Тем временем Родион внимательно посмотрел на меня и, убедившись, что я закончил размышлять, неожиданно задал вопрос:

— Артём, ты вообще понимаешь, что произошло?

— Полагаю, ты сейчас объяснишь, — отозвался я.

— Похоже, к Морнам вернулось наследие Судей… — произнёс отец, сделав особое ударение на последних словах. — Причём речь идёт не об одном случайно найденном артефакте. Сразу два древних наруча оказались у моих сыновей, и оба, насколько я понимаю, признали вас своими владельцами.

Теперь стало понятно, почему Родион придавал случившемуся такое значение. Для меня наруч прежде всего оставался могущественным артефактом, возможности которого ещё предстояло изучить, тогда как отец смотрел на происходящее совершенно иначе. Он видел возвращение утраченного наследия, способного значительно укрепить положение Великого Дома при дворе.

И если смотреть на всё с его точки зрения, основания для подобного воодушевления действительно имелись.

— Допустим, — произнёс я, решив пока не спорить. — И что ты предлагаешь со всем этим делать?

Родион выдержал небольшую паузу, внимательно изучая моё лицо, после чего ответил с такой уверенностью, словно решение было принято им уже давно:

— Для начала тебе следует вернуться домой.

Признаться, подобного поворота разговора я не ожидал, так как искренне думал, что эту страницу мы окончательно закрыли.

— Домой? — переспросил я, желая убедиться, что правильно его понял.

— Именно, — подтвердил Родион. — Я отменю все прежние ограничения и восстановлю в правах наследника. Ты вновь станешь полноправным членом Великого Дома Морнов и займёшь положение, которое принадлежало тебе по праву рождения.

Вот так просто.

Ни долгих объяснений, ни попыток обсудить обстоятельства нашей с ним «размолвки». Отец говорил совершенно спокойно, словно речь шла об отмене давно утратившего актуальность распоряжения, а не о возвращении в семью человека, которого он сам когда-то счёл ненужным.

Хотя, пожалуй, именно подобного подхода и следовало ожидать от Родиона. Отец всегда ставил интересы Великого Дома превыше всего, а потому теперь, когда старший сын неожиданно оказался достаточно сильным и влиятельным, прежние причины для ссылки, по всей видимости, утратили значение.

Более того, возвращение блудного наследника открывало перед родом весьма заманчивые перспективы, и я практически не сомневался, что Родион уже успел прикинуть возможную будущую выгоду.

— Интересное предложение, — протянул я, не торопясь с ответом.

— Вполне разумное, — поправил отец. — За время своего отсутствия ты сумел добиться немалого, Артём, и я не собираюсь этого отрицать. У тебя появились собственные земли, влияние, полезные знакомства и обязательства перед людьми, которые доверили тебе свои интересы. Всё это говорит о том, что ты наконец научился самостоятельно принимать решения и отвечать за их последствия.

Надо же, даже похвалил. Отец года прям.

— И что дальше? — поинтересовался я, желая поскорее добраться до сути предложения.

— Ничего из достигнутого ты не потеряешь, — заверил отец. — Напротив, вернувшись в семью, получишь поддержку Великого Дома. Наши финансовые возможности, политическое влияние и связи позволят тебе значительно быстрее развивать собственные владения, не отвлекаясь на проблемы, которые при нынешнем положении приходится решать самостоятельно.

Звучало, признаться, весьма заманчиво. Особенно если вспомнить, сколько вопросов мне предстояло уладить в Жаровске и Ольховке, прежде чем все задуманные предприятия начнут приносить полноценную прибыль. С ресурсами Морнов подобные задачи действительно решались бы гораздо проще.

Вот только я слишком хорошо знал своего отца, чтобы поверить в столь щедрое предложение без каких-либо дополнительных условий.

— А взамен? — уточнил я.

Родион слегка нахмурился, словно сам вопрос показался ему странным.

— Ты вернёшься в семью, восстановишь своё положение и вновь станешь частью Великого Дома Морнов. Разумеется, со всеми полагающимися наследнику правами и обязанностями.

— В том числе обязанностью выполнять распоряжения главы рода, — добавил я, внимательно наблюдая за его реакцией.

— В вопросах, затрагивающих интересы Дома, безусловно, — спокойно подтвердил отец. — Ты прекрасно знаешь наши порядки, Артём. Подобные правила существуют не просто так.

Ну вот мы и добрались до самого интересного.

Родион действительно предлагал немало. Вот только вместе с поддержкой Великого Дома я получал и необходимость подчиняться его главе. А значит, стоило нашим интересам разойтись, как все мои земли и обязательства могли превратиться в очередной инструмент родовой политики.

Нет уж, спасибо. Один раз я уже побывал в положении, когда мою судьбу решали без моего участия, и повторять этот увлекательный опыт совершенно не хотелось.

— Нет, — спокойно ответил я.

Родион замолчал, явно не ожидав столь быстрого отказа. Несколько мгновений он внимательно изучал моё лицо, словно пытался понять, насколько серьёзно я говорил, после чего чуть заметно нахмурился.

— Объясни, — потребовал отец.

— Причину отказа? — уточнил я. — По-моему, она очевидна. У меня уже есть собственная жизнь, отец, а также немало планов, которые я собираюсь осуществить. И самое главное — теперь я сам решаю, как всем этим распоряжаться.

— Ничто из перечисленного не мешает тебе оставаться Морном, — возразил Родион. — Я ведь не предлагаю отказаться от твоих владений или бросить начатые дела. Напротив, готов предоставить тебе возможности, которых сейчас у тебя попросту нет.

— И прекрасно понимаю, насколько они заманчивы, — согласился я. — Вот только пользоваться ими придётся на твоих условиях. А мне, знаешь ли, очень понравилось самостоятельно распоряжаться собственной жизнью.

Родион едва заметно прищурился.

— Значит, ты действительно готов отказаться от положения наследника одного из Великих Домов Империи ради собственной независимости?