Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

— Люди меняются, — пожал я плечами.

— Вижу, — ответил Родион, и на его губах впервые появилась едва заметная улыбка. — Пожалуй, я действительно тебя недооценивал.

Он немного помолчал, после чего неожиданно протянул правую руку.

— В таком случае желаю тебе удачи.

Признаться, подобной реакции я не ожидал, однако руку всё-таки пожал. И едва наши ладони сомкнулись, как отец вдруг крепко стиснул мои пальцы, шагнул навстречу и притянул меня к себе.

Я даже растерялся от неожиданности, а Родион тем временем обнял меня свободной рукой, поцеловал в макушку и тихо, почти шёпотом произнёс:

— Я горжусь тобой, сын.

После этого он отпустил меня, коротко кивнул и, не дожидаясь ответа, направился к выходу с тренировочной площадки.

А я так и остался стоять на месте, совершенно ошарашенный произошедшим.

Проводив отца взглядом, я невольно покачал головой и только после этого обратил внимание на два широких оплавленных следа, пересекавших разрушенную тренировочную площадку. Один остался от моего золотистого Истинного огня, другой — от белого пламени Родиона.

Они расходились в разные стороны, словно подчёркивая только что принятое решение.

Что ж, теперь у каждого из нас действительно была своя дорога.

В «Серебряный молот» я возвращался в довольно странном настроении, всё ещё прокручивая в голове недавний разговор с Родионом.

Вот уж действительно, неисповедимы пути родительской любви! Ещё недавно отец был готов заплатить десять тысяч золотых за мою голову, а сегодня не только согласился с моим решением основать собственный род, но даже обнял на прощание и заявил, что гордится мной.

Впрочем, разбираться в отцовской логике я не собирался. Мы наконец расставили все точки над «и», и теперь я мог спокойно заниматься собственными делами, не опасаясь очередной попытки вернуть меня в семью.

Тем более что уже завтра я собирался отправиться во Вьюжный, а до отъезда ещё предстояло решить несколько важных вопросов. За последние дни я успел обзавестись целой кучей имущества и теперь должен был позаботиться о том, чтобы всё это хозяйство продолжало работать и без моего непосредственного участия.

Иначе какой из меня независимый аристократ, если ради каждой мелочи придётся возвращаться в Жаровск?

Так что, приближаясь к «Серебряному молоту», я уже мысленно прикидывал, с чего лучше начать, когда неожиданно услышал музыку.

Поначалу я даже не придал ей особого значения. В конце концов, таверна пользовалась популярностью, а её посетители любили не только хорошо поесть и выпить, но и развлечься. Вот только на этот раз из распахнутых окон доносилось вовсе не привычное бренчание на лютне под пьяные выкрики завсегдатаев, а самое настоящее оперное пение.

И какое! Мощный, чистый мужской голос уверенно выводил сложную мелодию под аккомпанемент нескольких инструментов. Пел неизвестный артист настолько великолепно, что я невольно замедлил шаг, прислушиваясь к необычному выступлению.

Да ладно! Неужели эти двое действительно устроили концерт⁈

Ведь ещё после пробуждения ошейника Себастьян, обнаружив у себя совершенно неожиданный вокальный талант, загорелся идеей выступить перед публикой. Сизый, разумеется, немедленно поддержал затею, а я тогда лишь посмеялся над очередной выходкой своих неугомонных спутников.

И, похоже, совершенно напрасно!

Я окончательно в этом убедился, когда добрался до входа в «Серебряный молот» и обнаружил возле дверей целую толпу желающих попасть внутрь. Одни пытались заглянуть через окна, другие о чём-то оживлённо переговаривались, а двое прилично одетых господ и вовсе устроили настоящую перепалку с молодым охранником, преградившим им дорогу.

— Да говорю же вам, свободных мест больше нет! — отчаянно оправдывался тот, явно устав повторять одно и то же. — Хотите послушать, приходите завтра!

— Какое ещё завтра⁈ — возмутился один из господ. — Мне через два часа из города уезжать! Ты хоть понимаешь, кого не пускаешь⁈

— Ну так и езжайте! — огрызнулся охранник, у которого, похоже, окончательно закончилось терпение. — Я-то здесь при чём⁈ Не могу же я ради вас остальных посетителей на улицу выгнать!

Я невольно усмехнулся.

Надо же, какие страсти! Меня не было чуть больше часа, а мои подопечные уже умудрились собрать целую толпу желающих попасть на концерт. И почему-то я совершенно не сомневался, что без деятельного участия Сизого здесь не обошлось.

Заинтригованный, я направился ко входу, однако охранник заметил меня раньше.

— Господин Морн! — узнал он меня и почтительно отступил в сторону. — Проходите, пожалуйста!

— Благодарю, — кивнул я.

— Позвольте! — тут же возмутился один из аристократов. — Почему его пропускают, а нам отказывают⁈

— Господин Морн проживает в нашей таверне, — вежливо пояснил охранник.

— Морн⁈ — Мужчина удивлённо посмотрел на меня. — Постойте, тот самый Морн⁈

— Он самый, — усмехнулся я.

— Ах, господин! Прошу простить! — Аристократ мгновенно сменил тон. — А вы, случайно, не могли бы помочь нам с женой попасть на концерт? Она без ума от оперного пения! Мы готовы хорошо заплатить!

Надо же! Уже и взятки предлагают, лишь бы послушать моего кота. Интересно, Сизый вообще догадывается, какие деньги упускает?

— Боюсь, с этим вам придётся обращаться к организатору, — ответил я и, поблагодарив охранника, наконец вошёл в «Серебряный молот».

И едва не присвистнул от удивления. Ведь если снаружи происходящее ещё можно было принять за обычный ажиотаж вокруг какого-нибудь заезжего артиста, то внутри гостиницы творилось нечто совершенно невероятное.

Просторный общий зал оказался забит до отказа, причём среди посетителей обнаружились не только постояльцы и местные купцы, но даже несколько гвардейцев и дамы в дорогих платьях. Все свободные места были заняты, а те, кому не досталось стульев, расположились вдоль стен, стараясь получше разглядеть происходящее на небольшом возвышении, где обычно выступали приглашённые музыканты.

Именно там, восседая на высоком табурете, и обнаружился виновник всего этого безобразия.

Мой фамильяр!

Причём Себастьян, похоже, прекрасно освоился в роли оперной знаменитости. Его чёрная шерсть с огненно-рыжими полосами поблёскивала в свете магических ламп, янтарные глаза были полуприкрыты, а длинный хвост медленно покачивался в такт музыке. Рядом расположились трое музыкантов, старательно аккомпанировавших необычному солисту.

И ведь было ради чего стараться!

Себастьян пел действительно великолепно. Его мощный, бархатистый голос легко заполнял весь зал, а сложные музыкальные переходы давались ему с такой непринуждённостью, словно всю предыдущую жизнь мой фамильяр только и делал, что выступал на сцене.

Вот ведь талантливый прохвост! Не успел обзавестись человеческой речью, как уже собрал полный зал восторженных зрителей. Причём, судя по