Аллер. Том 4 - Олег Сынков

Но какую? И куда? И самое главное — как вернуть наших людей? Эти вопросы висели в воздухе, тяжёлые и безмолвные, как сама космическая пустота. Мы были в тупике, и это было самое страшное.

Я чувствовал, как нарастает паника, но старался держать себя в руках. Гектор, несмотря на свою ярость, был готов следовать моим приказам, и это давало мне хоть какую-то опору. Ритар и его пилоты уже суетились, пытаясь найти хоть малейшую зацепку в показаниях приборов, но лицо Ритара становилось все мрачнее.

— Аллерсавр, – произнес он наконец, – я прогнал все возможные симуляции. Если корабль действительно активировал какую-то систему для прыжка, то это была не просто телепортация. Это было что-то гораздо более сложное, возможно, связанное с манипуляцией пространственно-временным континуумом. Но без каких-либо данных о его траектории или точке назначения, мы как слепые варканы.

Его слова только усилили мое чувство безысходности. Мы столкнулись с технологией, которая превосходила все наши представления. И теперь наши люди были заложниками этой неизвестности.

— Что если… что если они не просто прыгнули? – внезапно спросил Зен, его голос был напряженным. – Что если они переместили корабль в другое измерение? Или в какую-то параллельную реальность?

Эта мысль была пугающей, но в то же время она давала слабую надежду. Если корабль пришельцев не уничтожил наших людей, а просто переместил их, то, возможно, существовал способ их вернуть.

— Это возможно, Зен, – ответил я, пытаясь осмыслить эту гипотезу. – Но как нам найти это другое измерение? И как туда попасть?

Мы снова погрузились в молчание, каждый думая о своём. Вокруг нас простиралась бездна космоса, такая же безмолвная и равнодушная, как и наши потери. Наши пустые транспортники казались надгробиями, напоминающими о том, что мы потеряли.

Марсар стоял всё это время и молчал. Похоже, он один понимал, что они ушли на этом корабле безвозвратно. Потом он всё же сказал своё слово, которое нас просто успокоило, что ли.

— Они вернутся.

Я посмотрел на него и спросил, возможно, даже не у него, а у всех присутствующих:— Когда?

— Когда-нибудь вернутся, — сказал Марсар, тоже обращаясь как бы ко всем. Он смотрел на то место, где ещё недавно был гигантский корабль пришельцев, а теперь зияла чёрная пустота космоса.

Я посмотрел на всех и начал успокаиваться. Может, слова Марсара на меня так подействовали, или я правда почувствовал, что не всё потеряно. И они правда вернутся, только вот когда? Тем более на корабле, если он ожил, как сказал Сант, полное обеспечение тоже заработало, а раз так, то питания и воды для жизнеобеспечения у них хоть отбавляй.

— Что там наши сенсоры? — спросил я.

— Тишина, — ответили мне пилоты.

Я сел теперь в кресло одного из них. Надо было брать себя в руки и начинать жить дальше.

Надо вернуть транспортники, а то они станут источником аварий.

Люди зашевелились и начали что-то делать, а я всё смотрел на транспортники, которые теперь были предоставлены сами себе.

И вот уже вереница людей в скафандрах и шлемах с рюкзаками за спиной полетела за счёт этих рюкзаков к транспортникам. Я смотрел на всё это как-то отстранённо, будто читал книгу и ничего не видел. А ведь люди выполняли опасную работу, они уже вернулись к нам на «Океан» на них. А я всё смотрел в ту точку, где пропал корабль.

Меня вернул в реальность Зен.

— Аллерсавр, нам больше не стоит сюда перетаскивать корабли пришельцев.

Я услышал его и вдруг вспомнил, что он говорил о чём-то таком, что что-то может произойти.

— Зен, ты откуда мог узнать, что такое случится?

— Я не знаю, Аллерсавр, просто почувствовал, что не стоит его посещать больше.

— Вот и произошло, Зен, я в шоке.

— Аллерсавр, да мы все в шоке, никто же не знал, что это произойдёт, да и я это почувствовал как-то интуитивно, вот и всё. Аллерсавр, вы только себя не вините, я, например, считаю, что они живы.

— Да откуда ты можешь это знать? Они просто исчезли — вот это факт.

Вот так прошли целые сутки, мы никуда не двигались и стояли всё на том же месте. У нас была надежда, что они вернутся, но этого не произошло.

Оставшиеся учёные занимались исследованиями того, что мы набрали с того корабля. Повозиться было с чем ещё. Но удручала ситуация: ведущих специалистов с нами теперь не было. Они все ушли на ту злополучную экскурсию на корабль пришельцев.

Теперь нам оставалось вернуться на Фадамар, основная работа по сбору материалов и данных была, по сути, закончена. Спасибо Санту и его близкому окружению: всё было теперь в компьютере заложено и разложено по полочкам, так сказать. А где теперь Сант?

Из-за произошедшего дальше проводить исследования других таких же кораблей пришельцев посчитали нецелесообразным.

Решили оставить пять стриков для наблюдения за местом пропажи корабля. Конечно, всё это неэффективно, но всё же решили сделать именно так. А через десять дней, если никто не появится, они полетят домой — путь у них в пять стриков будет теперь долгим. Но стоило попробовать дождаться пропавших, а вдруг вернутся.

Вот таким происшествием закончилась наша экспедиция. Мне было совсем неприятно, что это произошло. Но никто не застрахован в нашей жизни, мы не вечны, а солдаты вообще идут в бой и погибают — там тоже кому как повезёт.

Пришлось возвращаться на Фадамар с очень нехорошим настроением.

Надо было отпустить как-то эту ситуацию, но она никуда не уходила, и всё время мне об этом напоминали оставшиеся учёные, которые занимались исследованием добытых нами материалов. Сант хорошо постарался, занеся все данные в компьютер — теперь всё это будет работать на Фадамарскую Федерацию. А так как она не претендует на чужие территории и их недра, то, по сути, всё это будет работать на благо всего человечества. В некоторых местах больше, а в некоторых меньше, но всё равно не против людей.

Хотя, как говорится, всегда найдётся такой выродок, который посчитает, что он исключителен. Тогда и начинается противостояние людей, потому что кто-то посчитал себя важнее в этом мире, чем кто-то другой — может, даже ты.

В этом мире не было этого, правда, я ещё про Асворт ничего не понял. Ну, только то, что кто-то решил из них заменить нашими людьми своих, при передаче их потом