Попаданец в поисках смысла - 4 - Тампио
Поскольку оружие оказалось почти незнакомо, то, памятуя стрельбу из арбалета, я оговорил пять пристрелочных выстрелов. Квериус, наверное, не хотел соглашаться, но всё же великодушно позволил, и я неспешно, как и начала советовать ИНН-система, пустил пять пуль в направлении мишеней.
[Это намного проще, чем в прошлый раз, так как меньше факторов, влияющих на точность попадания. Даже если мы не выиграем — я так и не поняла, какая у него дека, — то проиграем с минимальным счётом, что не позволит ему возгордиться слишком сильно.]
Пока я пристреливался, Квериус рассказывал всем четырём девушкам, что на его планете свято чтят древнюю историю и традиции, и нет ни одного настоящего мужчины, который плохо бы стрелял из ружья или лука.
— А арбалеты у вас имеются? — задала вопрос Ранна.
— Арбалеты — это оружие простолюдинов! — безапелляционно заявил княжич. — Так повелось с древности, и дворяне из них почти не стреляют. Нет никакого достоинства в том, чтобы воевать с арбалетом в руках.
Вероятно, княжич даже не задумывался, чем дистанционное убийство с применением ружья принципиально отличается от убийства с использованием арбалета. Традиции такие традиции… Хе-хе-хе.
Естественно, стрелять первым начал Квериус, и делал это он на самом деле очень хорошо, хотя непривычное оружие, отказ от пристрелки и демонстрация никому не нужной скорострельности — явная игра на публику, — принесли 93 из 100.
[Наша задача даже несколько проще, чем казалось ранее.]
Я не был в этом уверен, но если система сказала, то так и будет. Если же ошиблась, то по ночам буду отключать ей выход в Сеть в качестве наказания.
Не ошиблась, так как я тоже выбил 93! Если этим и не утёр нос княжичу, то сильно по нему щёлкнул. Возможно, он всей душой желал повторить, но гордость почти наследника аж целой звёздной системы не позволила. Парень лишь едва заметно мне кивнул и, обратившись к девушкам, предложил прокатиться по самой высокой горке с крутыми виражами.
Меня хоть и не спрашивали, но я отказался. И дело даже не в боязни — вестибулярный аппарат работает выше всяких похвал, — а в неуверенности, что желудки других людей окажутся крепкими. Взглянув на меня свысока — в прямом и переносном смысле, — Квериус с гордо поднятой головой направился к аттракциону. За ним поспешили и все остальные. Лишь Ранна обернулась и предложила передумать…
Я смотрел снизу, как вагонетки почти вертикально поднимались вверх, чтобы так же круто понестись вниз, как они мчались вперёд, делая полный оборот вокруг своей оси, чтобы тут же круто повернуть. Визги, восторженные крики, вопли, ругательства — всё смешалось в единый гомон. И это всё повторялось на протяжении четверти часа.
Наконец время вышло, и вагонетки остановились у входа. Защита была снята, и люди начали выходить, покачиваясь. Вот вышла и моя группа, но лица не у всех были довольными.
— Кого-то, ехавшего перед нами, вырвало, — ответила Мелира на мой немой вопрос. — Хорошо, что нас не заляпало.
— Я чего-то подобного и ожидал.
— Так вот почему ты отказался? Хмм… И как ты это предвидел?
— Не замёрзла? — задал я вопрос, чтобы не отвечать на её.
— Нет, что ты?! Мы все разгорячились почти сразу, что даже хорошо, когда холодный ветер бил в лицо.
Рядом послышались рвотные позывы, и Мелира, не задумываясь, отошла в сторону, — женщина в недорогой, но тёплой одежде наклонилась над землей. Но не это было удивительно. В конце концов почти кого-то да тошнит после этого аттракциона, что и было написано на небольшом стенде у входа. Странно, что под ногами женщины начала образовываться лужа. Обмочилась?
— Не может быть! Ещё два месяца! — воскликнула она и, сделав пару шагов назад, упала на снег.
— Что ты, Лора?! Что с тобой!
— Воды… — с трудом ответила женщина, и её начало мелко трясти.
— Надо вызвать медиков, — сказал кто-то и достал коммуникатор.
Многие люди, находящиеся рядом, — как те, кто собирался на аттракцион, так и те, кто с него выходили, — тоже достали коммуникаторы, но не для того, чтобы вызвать «неотложку», а чтобы начать снимать видео. Большинство же просто смотрело, как женщина корчится на земле, и ничего не предпринимало.
— Она замёрзнет, — еле слышно промолвила Мелира.
Я подошёл к мужчине, стоявшему рядом с женщиной:
— Её надо оттащить к помосту, — я показал рукой. — Иначе замёрзнет.
— Два месяца… Два месяца… — бормотал мужчина, не обращая на мои слова никакого внимания. — Ещё два месяца…
Я огляделся и понял, что помощи ждать неоткуда. Обошёл женщину и, ухватив её за подмышки, потащил. Хорошо, что тонкому, утоптанному снегу это было сделать нетрудно. Кое-как устроив тело, я присел:
— Как вы себя чувствуете?
— Больно, — лицо женщины исказилось. — Я боюсь… Скажи, ребёнок выживет?!
Я опешил от такого вопроса.
— Ребёнок выживет?.. Даже не знаю, кто должен родиться… У нас не было денег на диагностику… Ребёнок… — женщина начала бормотать что-то несвязанное, и тело её содрогнулось от судорог.
Я посмотрел на мужчину, находящегося в ступоре. Нет, пользы от него никакой. Положил женщине левую руку на лоб, а второй — за её холодную ладонь. «У неё даже нет денег на перчатки», — промелькнула мысль и растворилась.
— Всё будет хорошо… Успокойся… Всё будет хорошо… Не бойся… — начал я негромко говорить, не до конца понимая, слышит ли меня незнакомка, и параллельно отдавал команду нанитам на обезболивание.
Сколько прошло времени, я толком и не понял, и только когда подъехала «неотложка», отвёл взгляд от женщины. Медики подошли с носилками и начали перекладывать тело.
— Как тебя зовут? — неожиданно спросила женщина, приоткрыв глаза.
— Айвор, идём! Теперь всё сделают медики, — подошедшая Мелира потянула меня за руку и отвлекла от происходящего.
— Сейчас, минуту, — я обернулся, увидел, как носилки вталкивают в салон. — Сколько ей придётся заплатить за пребывание в