Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

— Их было меньше, отец! Я не подумал, что это могут быть демоны в обличье людей. Стрелы просто отскакивали от них, несмотря на то, что они были вовсе без брони. Наши лошади будто взбесились и начали скидывать с себя седоков, когда они вышли из воды на берег. А потом вдруг все мои воины упали и заснули. Я не виноват, отец, что эти демоны попались у нас на пути. Это мог быть и любой другой отряд из твоей тысячи.

— Мог быть и другой. Но опозорился именно ты. И теперь все будут тыкать в меня пальцем как на отца того, что трусливо сбежал от жалкой кучки русов и потерял при этом свою сотню батыров.

Бледный Тарг не знал, что ещё сказать отцу. Только стоял перед ним, опустив голову, и ждал приговора. С трусами в степи поступали просто: разрывали между двумя лошадьми. Но он ведь не трус. Он выбрался из плена и приведёт помощь к своим братьям.

— Но я не трус, отец! — так и сказал он наконец. — Я видел то, что видел, и вовсе не пытаюсь прикрыть себя, рассказывая небылицы. Без твоей помощи нам там точно было не справиться. И у нас ещё есть шанс всё исправить.

— У ТЕБЯ есть шанс, — с нажимом проговорил Эржип. — Ты поведёшь половину моего войска вперёд и укажешь место, где вас встретили эти речные демоны. А там посмотрим.

— Я не подведу, отец! — Тарг ударил себя кулаком в грудь.

Да и выбора у него особого не было. Или все убедятся, что он не соврал, или он просто умрёт.

…

…

О приближении большого количества лошадей Остромир узнал по дрожи земли. Вокруг всадников поднялась страшная пыль, и сосчитать их общее количество было просто невозможно. Но не это было важно. Из-за плохой видимости десятник не мог зафиксировать всех всадников взглядом, чтобы прицепить к ним звуковые метки князя. Амулет работал исправно, но только по тем воинам, которых Остромир мог видеть глазами. А на некоторых противниках его взгляд просто не мог сфокусироваться. Значит, на них самих были защитные амулеты от сглаза, что мешало, как говорил князь, прикрепить к ним его метки. У таких он ставил метки на их лошадях.

Белой ткани у хорватов не было. Пришлось Остромиру привязать к палке грязную серую рубаху и выйти навстречу войску печенегов, высоко подняв над собой это «знамя».

Остановить скачущих рысью всадников получилось не сразу. Часть из них проскочила мимо стоящего на небольшом кургане руса и потом только развернулась, чтобы охватить его кольцом, направив на него натянутые луки.

Через десять минут такой круговерти вперёд выехали двое. И одного из них Остромир сразу узнал. Молодой печенежский княжич Тарг.

— Я хочу говорить с каганом Эржипом, — прокричал хорват по-русски.

— Зачем кричишь, рус? — по правую руку от кагана нарисовался воин и что-то зашептал Эржипу, сидящему на коне рядом с сыном.

Тот что-то ответил.

— Великий каган Эржип спрашивает, кто ты такой, рус, и где его молодые батыры?

Отсутствие вокруг войска врагов и спокойный вид Остромира явно действовали кагану на нервы.

— У меня послание от моего князя Илии Древлянского к кагану Эржипу, — уже тише проговорил хорват.

Каган обернулся на своего сына. Хоть в этом пока его рассказ подтвердился. Этот рус и правда называет себя человеком древлянского князя. И он кивнул толмачу.

— Говори, рус, — подтвердил толмач. — Великий каган не будет пока тебя убивать.

— Это очень великодушно, — усмехнулся посланник князя, чем заставил воинов вокруг вновь поднять луки.

А Остромир просто ждал, когда осядет пыль.

…

Прямую аудиотрансляцию встречи на Днепре Остромира с печенегами Ника мне врубила сразу, как только всадники показались в поле зрения хорвата, и он начал методично ставить на них звуковые метки. Ещё десяток парней под модулем отвода глаз рассредоточились вдоль реки и занимались тем же самым. Чем больше охват аудитории, тем ярче будет концерт.

— Говори, рус, великий каган тебя слушает, — проговорил толмач по-русски.

— Мой князь, Илия Святославович Древлянский, желает, чтобы все лодьи с его стягом на мачте, которые ходят по Днепру в обе стороны, были неприкосновенны для степных воинов. За это князь не будет разорять ваши кочевья и убивать батыров кагана, даруя им жизнь.

Толмач рядом синхронно переводил на печенежский. И почти слово в слово. Вот только на последнем предложении сам же рассмеялся. И все, кто был рядом и слышал его перевод, тоже громко засмеялись.

— Это всё, рус? — переспросил он. — Или ты ещё что-то смешное хочешь нам сказать перед смертью?

— Князь Илия, как истинный христианин, желает, чтобы твои воины, каган Эржип, не ходили на Киев. И чтобы не разоряли русские селения и городища. И за это князь Илия может признать право кагана гулять по дикой степи, где ему вздумается. А ещё князь просил передать подарки.

— Подарки где? — тут же перевёл толмач вопрос от Эржипа.

— Первым подарком князя будет ваша жизнь, — с усмешкой сказал Остромир.

…

От этой ухмылки у кагана внезапно вспотели ладони.

Он огляделся по сторонам. У него всегда в таких ситуациях свербело там, где тело упиралось в седло. А сейчас там просто дико зачесалось. И это было точно не из-за старых шаманских амулетов, которые он всегда надевал перед походом. Такая чесотка была его личным чувством самосохранения и никогда его ещё не подводила.

Засада?

Но рус стоял вот тут перед ними один. За его спиной блестел волнами Днепр, а сам он был окружён батырами кагана. И стрелы на их луках, направленные в сторону этого посланца непонятного князя, были совсем не игрушечными.

Но рус очень спокоен. Чувствует за собой силу? Чары? Или он и правда речной демон?

Воины кагана, видя замешательство на лице вождя, тоже начали переглядываться и озираться по сторонам. Они все уже не первый раз ходили в набеги и тоже неплохо чувствовали этот воздух перед боем. И ситуация им сильно не нравилась.

Толмач перестал улыбаться и оглянулся на кагана.

Между тем пыль от копыт всадников уже почти осела, и теперь все полтысячи батыров кагана Эржипа, его передовой отряд, были видны как на ладони.

…

Пауза слегка затянулась.

Потом Эржип решил задать ещё один вопрос.

— А какой второй подарок от твоего князя? — перевёл толмач.

— Князь вернёт тебе всех твоих молодых батыров, которые так опрометчиво напали на его лодьи.