Легендарный повар 5 - Гриша Гремлинов

Судья занял своё место, громко постучал молоточком, и через минуту в зале воцарилась тишина. Зрители переводили взгляды с меня на Андрея, замерев от любопытства.

— Заседание по делу о праве на наследство и земли рода Винтеров объявляю открытым, — провозгласил судья. — Вчера было установлено, что Марк Винтер является законным представителем рода Винтером. Истец, Андрей Винтер, заявляет, что имеет в своём распоряжении некий документ, который подтверждает, что он единоличный владелец вышеуказанного наследства, включающего в себя и трактир «Сытый Вепрь». Прошу представить его.

Адвокат Андрея неторопливо поднялся, поклонился всем присутствующим и вытащил из папки пожелтевший пергамент с красной печатью. Лицо адвоката светилось торжеством, а документ он держал с величайшим почтением. Буквально кончиками пальцев.

— Ваша честь, — начал адвокат, — перед нами подлинное завещание Демьяна Винтера, написанное им за несколько месяцев до смерти. В нём он ясно и однозначно указывает, что все его земли, имущество и трактир «Сытый Вепрь» переходят в собственность его старшего брата Ивана Винтера, а в случае его смерти — его сына, Андрея Винтера. Отдельно замечу, что никаких упоминаний о Марке Винтере в завещании нет.

В зале поднялся шум. Люди начали перешёптываться, кто-то ахнул, кто-то покачал головой.

— Как такое может быть? — негромко спросил Кублицкий, не поднимаясь с места. — Я проверял все документы лично, и сейчас впервые вижу это завещание.

— Ещё один удачно найденный документ, — добавил Шубин с ироничной улыбкой.

— Господин казначей, — холодно ответил адвокат, — увы, у меня нет полномочий проверить вашу деятельность, раз у вас нет таких важных документов в архиве. Но завещание, которое я держу в руках, — последняя воля Демьяна Винтера. Оно заверено компетентными лицами и имеет все необходимые печати.

Судья нетерпеливо махнул рукой, и адвокат передал ему пергамент. На несколько мгновений воцарилась тревожная тишина. А я решил из чистого любопытства, запустить «Распознавание магии», уж очень точно высказался Шубин. Слишком вовремя, слишком удобно, слишком правильно.

Пока я смотрел на дымку, которая прошлась по всему залу и подсветила мне охранные и защитные артефакты, судья внимательно осмотрел пергамент и нахмурился.

— Документ выглядит подлинным, — сказал он задумчиво. — Но я должен проверить его более детально.

— Конечно, ваша честь, — кивнул адвокат и передал пергамент судье. — Мы готовы предоставить его для экспертизы.

Я коротко улыбнулся, ведь дымка заклубилась возле судьи, и документ в его руках засиял тревожным фиолетовым светом. Вот так вот! Значит, я правильно думал. Последний ход Андрея. Интересно. Внутри меня не было паники, лишь ледяное спокойствие. Навык «Холодная голова» работал идеально, отсекая лишние эмоции. Бекон у моих ног тихо заурчал, и я погладил его, давая понять, что всё под контролем.

Андрей смотрел на меня с торжеством, явно ожидая, что я вскочу, начну кричать, оправдываться, но нет. Я продолжал сидеть, глядя на него с лёгкой усмешкой, словно происходящее меня не касалось. Его улыбка начала угасать, быстро сменяясь раздражением.

— Что вы скажете в свою защиту, господин Винтер? — спросил судья, поворачиваясь ко мне.

Я с ленцой поднялся, делая вид, что весь этот цирк меня утомляет. Бекон встал рядом, и зрители затихли, ожидая моего ответа.

— Ваша честь, — сказал я, и мой голос прозвучал ровно и спокойно, — для начала, мне важно узнать, что скажет экспертиза по поводу этого документа. Ранее я никогда не слышал, что у моего деда, Демьяна Винтера было завещание. А с учётом событий вчерашнего дня хочется быть уверенным, что документ подлинный.

По залу прошёл шепоток, и судья схватился за молоток.

— Тишина! — он глянул на меня, а потом перевёл взгляд на помощника. — Пригласите дежурного эксперта.

В зале началась суета. Кто-то из чиновников выбежал за дверь, и через несколько минут вернулся с пожилым мужчиной в синей мантии с серебряной вышивкой. В руках он держал посох с сияющим кристаллом наверху.

Андрей вздёрнул подбородок, а адвокат откинулся на спинку стула. Они оба выглядели уверенными в своих силах. Что ж, посмотрим на их лица, когда завещание проверят.

— Ваша честь, — вдруг поднялся с места адвокат, — мне необходимо отметить, что воздействие на документ магией может его разрушить. Мой сотрудник наложил защитное заклинание, которое помогает сохранить текст от повреждений. Это и увидит ваш эксперт.

— Пусть это он сам скажет, — ответил судья.

— Позвольте, ваша честь, — продолжал напирать адвокат. — Неужели заверенная компетентными людьми бумага может вызывать столько споров?

— В мире, где есть магия, — холодно сказал я, — всё нужно проверять.

Адвокат что-то зашептал на ухо Андрею, тот поморщился и дёрнул плечом.

— Если мы каждый чих будем проверять, то заседание затянется до следующего лета, — прорычал он.

— Вам дороже правда или время, господин Винтер? — я приподнял брови.

— Тишина в зале! — судья остановил наш обмен шпильками и глянул на пожилого эксперта. — Господин Рейнур, прошу.

Старик степенно дошёл до судьи, развернулся к нам и поклонился.

— Дежурный маг города Бешаля, — представился он. — Филипп Рейнур. Чем могу быть полезен?

— Прошу вас проверить этот документ на подлинность, — сказал судья, передавая ему пергамент. — Перечислите всё заклинания, которые вы на нём увидите.

Маг взял пергамент и провёл над ним рукой. Вслед за этим движением, кристалл на его посохе слабо засветился. Старик нахмурился, повертел пергамент в руках, поднёс его к свету. В зале стояла абсолютная тишина, зрители затаили дыхание, не отрывая взглядом от эксперта.

— Ваша честь, — наконец, произнёс маг, — на документе действительно есть магический след. Довольно сложная конструкция. Боюсь, вам следует вызвать магистра, чтобы точно сказать, что это за заклинание. Но оно точно есть.

Андрей вскочил с места, с трудом сдерживая раздражение.

— Это защитные заклинания! — быстро сказал он. — Чтобы документ не портился. Обычная практика для таких важных бумаг.

— Господин Винтер, прошу соблюдать порядок, — судья поднял руку. — Маг, можете ли вы точно определить природу заклинания?

— Боюсь, мои навыки не позволяют этого, — признался Филипп. — Заклинание тонкое, сложное. Я вижу только его наличие, но не могу сказать, каково его предназначение.

Андрей едва заметно довольно переглянулся с