Попаданец в поисках смысла - 6 - Тампио
Министр — сухощавый, холеный герцог Вереньен в ослепительно белом камзоле, расшитом золотом, — подошёл к своему месту. На его лице сияла безупречная, отрепетированная улыбка дипломата. Мужчина посмотрел по сторонам, привлекая внимание, и его голос, усиленный скрытыми в лепнине потолка аудиорезонаторами, тягуче полился над залом подобно дорогому ликеру:
— Высокочтимый глава делегации Киксон Торвальтсер. Благородные сыны Кереная! — министр плавно обвел взглядом присутствующих. — Для нашего государства огромная честь принимать в этих стенах столь гордых и верных своему слову гостей. Мы искренне благодарим за то, что вы преодолели долгий путь, чтобы прибыть на эту встречу.
Вереньен сделал изящную паузу, давая переводчику делегации донести смысл, и перевел взгляд на Торвальтсерсера — могучего бородатого мужчину с пробивающейся сединой.
— Наше прошлое знает немало примеров взаимного уважения, но сегодня мы смотрим в будущее. Его Величество Пискин Лавабо Второй искренне надеется, что этот визит станет фундаментом для подписания множества торговых договоров. Наши миры нуждаются в вашем первоклассном металле для тяжелого машиностроения, так же как Керенай, мы уверены, оценит передовые аграрные и медицинские технологии Мойноса. Пусть этот завтрак станет началом новой эпохи процветания для обоих государств! За дружбу и нерушимые союзы!
Министр высоко поднял свой хрустальный фужер. Торвальтсер удовлетворенно хмыкнул, его тяжелая ладонь опустилась на серебряный кубок, и он медленно поднял его над столом, требуя настойки.
Внутренний голос в моей голове мгновенно подобрался: «Твой выход! Скользи! Глава клана желает выпить. Смотри под ноги и не забывай про левую сторону».
Я приподнял поднос с графином и сделал первый шаг по направлению к керенайскому гостю, стараясь сохранять ту самую безупречную, «невидимую» походку, которой меня муштровал Пачиж. На лице — маска благоговейного почтения, в руках — тяжелый серебряный графин с настойкой из далёких северных трав. Я приблизился к Торвальтсеру строго с левой стороны, как велел протокол, и плавно опустил поднос чуть ниже уровня его плеча.
— Позвольте, ваша милость… — негромко выдохнул я, наклоняя горлышко графина над массивным серебряным кубком. Темная струя настойки потекла внутрь, ровно и беззвучно обдавая меня терпким запахом. Я мысленно отсчитывал миллиметры до второй внутренней риски.
Торвальтсер даже не взглянул на меня. Он продолжал вежливо улыбаться графу Вернье, но его могучие пальцы, покрытые шрамами, слегка постукивали по обшивке стола. И тут, когда до заветной риски оставалось всего ничего, мой взгляд упал на массивный церемониальный перстень на его правой руке.
В тяжелое кольцо с гербом рода Торвальтсера, изображённое на видимой мне стороне, был установлен крупный кристалл голубого цвета — керопас. Такие камни славятся своей идеальной прозрачностью. Вот только сейчас внутри него, у самого основания оправы, едва заметно пульсировала крошечная фиолетовая точка.
[Это специфическая оптическая волна, подобная тем, что используют военные дешифраторы для считывания лазерных каналов связи. Вероятно, Торвальтсер не просто слушает речь герцога, а снимает коды безопасности. И коды не только Золотого зала, но и всего дворца.]
Я замер на секунду, и рука с графином едва заметно дрогнула. Несколько капель настойки всё же скатились с горлышка и с тихим всплеском упали в кубок, подняв уровень выше второй риски на пару миллиметров.
Торвальтсер прекратил стучать пальцами. Его жесткий, проницательный взгляд метнулся к кубку, а затем медленно поднялся и уперся прямо в меня. Пульсация в его перстне тут же прекратилась, превратив шпионское оборудование в обычную драгоценность.
Глава делегации несколько секунд пристально разглядывал мою смуглую испуганную физиономию. Затем на его суровом лице прорезалась снисходительная, даже слегка презрительная усмешка. Для него я был всего лишь глупым, неотесанным болваном, испугавшимся тени могучего воина. Торвальтсер молча поднял кубок, не пролив ни капли, и сделал глубокий глоток. Затем он поднялся и начал произносить ответную речь.
Я отступил обратно к колонне, чувствуя, как спина под ливреей становится влажной. Но сейчас меня волновало другое. Глава керенайской делегации, «великий воин клана», прямо на глазах у всех, если так можно сказать, крал коды доступа королевского дворца. И делал это с помощью передатчика, который явно изготовили не на его планете.
[У всех гостей установлены нетипичные для Мойноса деки. И хотя их базовые характеристики мне неизвестны, но составлен спектральный анализ каждой.]
~ Инна, ты уверена, что они не замаскированы?
[Конечно, они должны давать неправильный отклик, как делают деки короля и принцев крови, но я-то запрос и не делала. Зачем тебя подставлять?! Я пассивно считывала спектры, а они у каждой деки свои, даже если версия одна и та же. И как только их деки сменят маскировку или даже снимут, сразу станет ясно, какая именно это сделала.]
~ Это хорошо, конечно, но меня больше напрягает перстень. Почему бы просто не подослать во дворец своего человека, дабы он засёк все частоты?
[Его бы точно разоблачили. Тут напичкано столько специфичной техники, что засечь подобную аппаратуру, действующую даже в пассивном режиме, не представляет трудности. К тому же все проходят через сканирующие рамки, да ещё множество установлено скрытно в проёмах дверей, находящихся на лестницах.]
~ Хочешь сказать, что в перстне скрыто нечто уникальное?
[Так и есть. Камень является кристаллом, и запись данных ведётся нестандартным способом — луч не только принимает сигналы, но сразу записывает их, как если бы подвешенный за верхний конец волос имел на нижнем острый шип, касающийся натёртой воском подвижной пластины.]
~ Я понял.
После этого приёма керенаиты отправятся в отведённую резиденцию, чтобы днём вернуться и, попивая настойки и вино, начать предварительное неофициальное обсуждение вопросов, которые им заранее были отосланы. Вот тогда и наступит для меня время продемонстрировать умение, которому учился последний месяц. Первый отчёт для герцога Векинема уже готов, но блокираторы дек глушат всё вокруг, и если его отправлю, то подставлюсь. А подставляться мне совершенно не хочется.