Попаданец в поисках смысла - 4 - Тампио
Мы пробирались через ряд коробок, поставленных друг на друга столов и стульев, покрытые пылью посудомоечные машины и прочее барахло. А звуки… Звуки становились всё сильнее. И это уже не только поцелуи, но и постанывания. Ранна оборачивается, и я вижу, как она дышит через рот, к которому снова прикасается палец — незнакомая нам парочка продолжает заниматься своим делом, вот только стоит она под каким-то навесом, и без того тусклый свет, пробивающийся через стёкла крыши, до них почти не достаёт.
Выбрав другой навес, защищающий оборудование от пыли, забираемся под него и начинаем подглядывать чрез большие рваные отверстия. Впрочем, это почти ненужная предосторожность — парочка стоит к нам боком, и их лица обращены друг ко другу. Видны лишь очертания, но эта недосказанность и прерывистое дыхание Ранны начали заводить и меня.
Незнакомцы тут уже долго, наверное, поскольку поцелуи закончились, и мужские руки — это видно по мускулатуре и по высокой фигуре — начинают снимать одежду… Свою и партнёрши… Я вздрагиваю — рука Ранны неожиданно касается меня, но её лицо направлено туда, где два человека уже избавились от ненужных покровов. Смутная мысль доносится до моего сознания, но тут же развеивается — рука Ранны, до этого неподвижная, начинает опускаться, а её дыхание становится глубоким.
А на своеобразной сцене, еле видимая нам девушка поднимает руки, обхватывает партнёра за шею и приподнимается, невольно демонстрируя нам ноги, тут же обвившие бёдра мужчины. Он обхватывает их руками и начинает свой танец. Один из древнейших танцев, которое выучило человечество, и которое передаётся практически без обучения.
Я резко вдохнул и выдохнул, но Ранна этого даже не услышала — её зрение полностью сосредоточено на парочке — мужчина уже не танцует, а вбивает — размашисто, сильно, с хлюпаньем, и всё это сопровождается стонами. Стонами, которые хочется слушать и слушать. Ещё немного и наступит кульминация…
— Уссон?! — неожиданно громко восклицает Ранна, распознав светлые волосы и голос, и, закрывая рот рукой, приседает, чтобы скрыться в темноте.
Я, влекомый ею, чуть ли не падаю на пол, и только слышу, как на сцене начали раздаваться голоса. Да, это Уссон и Квериус. Девчонка смогла-таки завладеть вниманием княжича! Причём не только вниманием, но и его телом — высоким, сильным телом потенциального наследника далёкой звёздной системы.
Что происходило дальше, можно только догадываться. Но вот звуки быстро идущих шагов затихли, чтобы еле слышно продолжиться в коридоре. Хлопнула дверь, и всё стихло.
— Ну, надо же! — Ранна поднялась, уже не скрываясь. — Ну, надо же!
— Ты о ком? — спросил я.
— О… О… Об обоих!
— А мы? — задал я логичный для меня вопрос.
— Что «мы»? Мы пришли просто целоваться и тискаться, — с искренним недоумением ответила девушка, и я ей поверил. С огорчением, но поверил. Уж очень мне хотелось вот так же её раздеть, подсадить и…
— Будем возвращаться? — спросил я.
— Ты чего?! Они могут встать около двери и смотреть, кто их застукал.
— Вряд ли. Ты бы так сделала?
— Нет, я бы вернулась к столику.
— Вот именно!
— Тогда идём, — протянула Ранна руку, — а то вдруг ещё кто придёт.
Хмыкаю от очевидной нелогичности, и девушка замирает, оборачивается и смотрит мне в лицо:
— Об этом месте мне рассказала Уссон. Я тут ни разу ни с кем!.. Даже с Рсенуном! Понятно?!
— Да и в мыслях не было! — как можно искреннее отвечаю я.
Девушка ещё побуравила меня взглядом, будто ожидая ухмылки, но алкоголь и тут сыграл своё дурманящее дело, и мы двинулись дальше. К столику мы не пошли, а направились к танцплощадке, где немного попрыгали вместе со всеми. Такой, с позволения сказать, танец, выходил у меня значительно хуже, и, взяв по коктейлю, мы вернулись на место.
Уссон и княжич сидят как ни в чём не бывало и потягивают коктейли. Ни Мораны, ни Дорины тут нет. То ли девушки поняли, что проиграли, то ли ушли в туалет… А мне вдруг стало грустно. Грустно, что вот-вот ещё немного и… Но всё обломалось! И что теперь делать?
Рука потянулась к коктейлю и в несколько глотков я его осушил. Затем я взял недопитый коктейль Ранны. Показалось мало, и заказал два роковых «Тайных сада». Моя несостоявшаяся партнёрша тоже присоединилась. Понимаю…
Я бегу по полю. Травы мало, поэтому любое движение удаётся с необычайной лёгкостью, будто лечу. Лечу долго и быстро. Затем светило, которого не вижу, закрывается тучей, и становится холодно. Я снова опускаюсь на землю и хочу догнать свет и тепло. Огромная птица спешит мне на помощь и, приблизившись, хватает своими лапами и несёт в пещеру, где становится жарко, хотя светило так и не появилось. Но птице оно и не нужно, — она сбрасывает меня на подстилку… Сколько я на ней лежу? Может, час, может, вечность.
Мне хорошо и уютно, и я не прочь так лежать и лежать. Но большая птица вернулась и начинает тормошить, поворачивая, то на один бок, то на другой. Я ругаюсь на неё и требую оставить меня в покое, но птица прикрывает рот своим крылом и начинает терзать моё тело… С упоением и долго. Мне становится душно, мне хочется освободиться… Стоны вырываются из моей груди, и я открываю глаза, чтобы сразу оттолкнуть руками то, что нависло надо мной.
— Касси?! Что ты здесь делаешь?
Молодая женщина упала на бок, дрожит и тяжело дышит. Почему она голая? Почему голый я? Почему так тускло? Впрочем, почти полная темень не помешала мне рассмотреть и понять, что Касси вовсе не плоская, а имеет вполне себе аккуратную грудь. Наверное, она её перевязывала, чтобы не привлекать соседских парней. Я приподнимаюсь и оглядываюсь — моя кровать, моя спальня. Это мой дом. Но почему в моей кровати Касси? Но ответа нет. Даже не нужно обладать улучшенным зрением, чтобы понять — девушку бьёт не сильный озноб, а нечто другое, одно из самых приятнейших ощущений.
— Ещё раз: что ты тут делаешь? — спрашиваю, чтобы