Черновик для Эффы 2 - Владимир Алексеевич Ильин
— Предписано уходить из города, сэр. — Оправил одежды водитель и озвучил пришедшее сообщение. — Диспетчеры требуют очистить воздух.
— Не будем спорить. — Кивнул я, тоже поправляя сбившийся к верху низ костюма.
Того самого, дорогущего и парадного — доставшегося заботами мистера Хайни. Ничего более достойного для визита к высоким лицам все равно не было, а брать в аренду что-то другое я не видел смысла.
Откочевали мы далековато — под машиной давно исчезли крупные строения и жилые комплексы — вились через поля междугородние трассы и жили своей жизнью полумертвые деревеньки. В небе по соседству мелкими и крупными точками виднелись другие гравилеты, которых тоже убрали подальше — все терпеливо ждали команды.
Новостные ресурсы продолжали вещать про пожар, никаких новых сообщений. А нет, вот — «взрыв на складе лакокрасочной продукции». Значит, продолжают настаивать, что бахнула особо забористая олифа — да так, что долетело до низкой орбиты. Ну-ну…
Впрочем, не эвакуируют город — и уже хорошо. Значит, не радиоактивное и не заразное, а на компенсациях Империя никогда не экономила — выплатят, отстроят все заново… И тех, кто складировал опасные вещи, тоже найдут — если с дымом не ушли в небо. Мне и этого знать достаточно.
Рано или поздно что-то просочится, и появится тема для тихих обсуждений в универе. Да и на работе будет, о чем поговорить — не все же радио слушать. Я же мастерскую так и не бросил — наоборот, первым делом отзвонился начальству и объяснился за отсутствие на ночной смене. Справку мне в больнице со скрипом, но выдали, так что даже штрафа не вышло. Да, на счету лежало больше шестисот тысяч, но деньги имеют свойство быстро заканчиваться.
А еще я хотел купить себе гравилет — и с такой суммой на новый можно даже было не смотреть. Но взять старенький, сильно ушатанный и своими силами починить в свободное время — на это, пожалуй что, хватало. А уж если вернут все долги…
Начальство мастерской сквозь пальцы смотрело на «саморемонт» своего железа, а профиль у нас как раз в починке старого, почти антикварного хлама. Да и вариант может подвернуться прямо на рабочем месте — иногда, услышав сумму за реанимацию древней установки, владельцы грустно увозили свои гравилеты на эвакуаторах, догнивать на задних дворах и парковках. Можно будет предложить продать на месте. Без обмана, естественно — честно рассказав, что дальше эта машина станет пить кровь не из старого владельца, а из меня.
— Диспетчер разрешил движение, сэр, — выдохнул до того напряженный водитель. — Будем на месте через двадцать минут.
Итого — около часа времени со всеми маневрами. Сколько будет стоить поездка — даже страшновато представить, оплата в таких тарифах поминутная. Сочувствую поверенному.
Двигались мы по касательной к городской застройке, но следы взрыва были видны даже отсюда. Я старался не смотреть в ту сторону, суеверно полагая, что если не смотреть на проблему, то она тебя не заметит. Тут-то вовсе не должна — но на всякий.
Постепенно «Гаранд» вернулся на маршрут, как и другие машины. Внизу же продолжала идти обычная жизнь — большой город не склонен паниковать, некогда ему.
Я вот тоже занялся любимым делом последних дней — открыл приложение с объявлениями о продаже гравилетов и принялся смотреть новые. Фильтры по цене установлены, галочки «битая» и «не на ходу» стоят, количество хозяев и километраж не имеют значения — но даже так за день появилось всего два подходящих. Полистал фото: у бело-синей «Сагиры» видно, что лезли в двигатель — там заводские фиксаторы под крышкой ломаются только в путь, если нет магнитного ключа — а значит, чьи-то кривые руки уже побывали в силовой установке.
Второй лот был сгоревшим остовом когда-то популярной «Аярры» авиданской сборки, грустно вросшим в землю. «Продаю документы» в комментариях. Полукриминальный вариант — под ввоз донора из Авидана или кражу и перебивку под себя машины внутри Империи.
Вздохнув, взглянул ранее сохраненные варианты — из десяти, отмеченных «сердечком», две уже серели отметкой «снято с продажи». То ли проданы, то ли хозяин слишком рано отчаялся — ведь на свете есть я… В любом случае, грустно — хотя варианты все еще не такие, чтобы немедленно лететь их смотреть. Убитые, откровенно говоря, варианты-то.
А хотелось посвежее хотя бы внешне — мне ее еще возле универа парковать. И есть большая разница между «ретро-красавицей», и «нищета заставила Тана Савоя летать на бревне». Так-то мне все равно, что думают другие — но не все равно, если мой корабль будут оскорблять.
Да и основная проблема ретро-машин — не достать целые внешние элементы. Раньше не ценили, теперь вот — стоимость может измеряться десятками тысяч за декоративную накладку. Проще сразу искать целую хотя бы внешне — а с внутренним справиться в чем-то проще.
«Может, посмотреть Сагиру»? — Вернулся я к новенькому объявлению.
Вытянутый корпус, ретро-планировка на двоих, друг за другом — изначально гоночная модель с хорошим потенциалом для тюнинга. Корпус — стекловолокно, силовая рама — титан. Конструктивно ей ничего не будет и за сорок лет — столько прошло с даты выпуска. В чем-то похоже на «Пламенеющую», но крепко стоит на земле на четырех телескопических опорах. Когда-то гонялась на чемпионатах, теперь, судя по фону на фотографиям в объявлении и архивных, подгруженных за отдельную плату, живет по гаражам и сервисам. Потому как если проблема с силовой — а по всем признакам так и есть — летать эта штука будет, но весьма печально. А если и минимальные обороты засбоят — диспетчеры просто выкинут слишком медленный гравилет из потока с черной меткой и предписанием пройти техосмотр в месячный срок. Который она не пройдет ни за что.
Чем больше смотрел на фото, тем больше «Сагира» мне нравилась — конечно, надо обновить покраску под мой вкус, но внешне все на месте. Ткнул сердечко и только потом посмотрел на цену — полтора миллиона. Это я фильтр с большим оптимизмом ставил — и под торг.
Палец потянулся отжать сердечко, но, подумав, все же оставил.
«Надо ехать, разговаривать. Слишком много разных гаражей сменилось — проблема системная. Так всерьез можно летное разрешение потерять, и тогда „Сагиру“ только перед домом ставить, чтобы пить чай и грустить, на нее глядя. Продавец должен это понимать».
— Подлетаем, сэр.
Я