Черновик для Эффы 2 - Владимир Алексеевич Ильин

— Это дом, который у железной дороги? — Хмыкнул бугор.

— Ага! — Закивал я. — Ну я им звоню, шефам, говорю — целое! А они — все равно приедем! Контракт-то с городом!

— Так мешки-то причем?

— Ну я их до того в гараж себе перевез. — Вильнул я взглядом. — Украдут же! А до штукатурки неделя работы!

— Спер, значит. — С пониманием сказал тот. — А сейчас вожжа под хвост.

— На время перевез, уважаемые!

— А как штукатурить бы стали, сказал бы — все потратили, — заржал кто-то. — Еще везите!

— Мужики, ну кто не без греха?.. — Стоял я весь потерянный.

— Значит, смотри, мистер. — Затянулся бугор глубоко. — Дело твое — кандалы. Но мы же человеки, мы с пониманием. — Посмотрел он серьезным взглядом на остальных. — Поэтому поможем.

— Уважаемые, камень с сердца!

— За тонну возьмем немного — десять тысяч.

— Да как же десять, как же десять! — Залопотал я. — Да оно в строительном магазине дешевле!

— Ты, мистер, в каком строительном магазине сейчас три тонны той же штукатурки возьмешь? — Улыбнулся он. — Той же марки, а?

— Ну не губите, мужики! Ну какие десять! Пять — и это за все!

— В кандалах — оно ведь неудобно мистер, — поправил бугор рукав, показывая уродливую зажившую рану, обернувшуюся браслетом вокруг запястья. — Там и десять покажется недорого.

— Десять — но за все! — Выдохнул я.

— Мало, мистер. Рискуем ведь. А вдруг прихватит постовой, их там ведь богато…

— Так у меня бумаги есть! — Показал я сложенные пополам листки.

Распечатал левые накладные, расписался сам. Печать купил в канцелярском магазине — наборную. Липа, но со стороны кажется, что документ.

— Бумага — бумаге рознь, — мудро отметил бугор. — У тебя ведь не такая, чтобы ночью разгружаться, а? Постовой под шкуру обязательно полезет.

— Так мне и ему платить придется…

— Это мне не интересно. Наши двенадцать тысяч — так уж и быть — сейчас отдашь.

— Не бывает, чтобы сразу деньги давать. — Осторожно отметил я. — Половину — то добро.

— А не тот у тебя случай, чтобы условия ставить, — с удовольствием констатировал бугор.

— Давайте, уважаемые, тогда так. У меня гараж ведь освобождается… Вы мне чего подешевле тут продайте, а? — Похлопал я глазами. — Явно ведь что завалялось недорогое.

— Ты смотри, какой. Не по этой статье, так по другой уедет! — Рассмеялись сбоку.

— Ну дайте вы мне хоть часть отбить, — лебезил я. — Да и вам не пустыми ездить.

— Слушай, мистер… — Задумался центровой. — А, черт с тобой. У нас на разгрузке сахар. Тебе будет тонна за двенадцать тысяч. Если расторопный, даже в плюсе будешь.

— Так я согласен, уважаемые! Итого — сорок восемь тысяч.

— И за этажи будешь платить, если нужен подъем.

— Нужен, уважаемые! На каждом этаже расставить надо! Как было, чтобы! Но, давайте уж совесть иметь, больше тысячи — не дам. — Уперся я, задышав недовольно.

— Сорок девять тысяч. — Кивнул бугор. — Для ровного счета бы пятьдесят, а?..

— Ну, сахаром тогда накиньте. — Буркнул я.

— Накинем. Полтинник с мистера. Так, братва?

— Нормально. — Забормотали они.

— Кинт, давай грузовик подгони к фуре, и пусть погрузчик три раза промахнется в нашу пользу. А на паллеты по пятьдесят пять мешков пусть ставят. Понял?

— Ага! — Пошел тот быстрым шагом.

— Рамдай, своим скажи, что едут на калым.

— А доля с погрузки?.. — Тоскливо посмотрел он на поезд.

— Дам среднюю, — кивнул бугор. — С калыма же рвем так — мои двадцать, остальным по шесть. Рамдаю еще шесть за выезд, обморокам своим сам решишь, сколько дать.

— Шесть — мало, — буркнул кто-то.

— Мало за что? За то, что стоял и курил? — Хмыкнул бугор. — Хочешь больше — так я тебе устрою. Бригада ушла, надо мешки таскать. — Ощерился он.

— Не, это я про Рамдая. Ему мало.

— Ну и дай со своих, раз тебе так кажется. Все, решили? А ты, мистер, денежки-то предъяви — видишь же, люди уже бегают.

Я отсчитал три бумажки во внутреннем кармане и достал только их.

— Задаток.

— Мало.

— Как погрузим — еще три красненьких дам.

— Недоверчивый. — Покивал бугор, в общем-то, без осуждения.

Деньги он отдал кому-то из подручных, себе не оставил.

В общем, как загрузили меня — скинул я еще пятнадцать, обещав рассчитаться только после дела.

Так и поехали — на бедолаге «Карго», которому было лет тридцать. Машина военная, неубиваемая — но жизнь у нее явно такая, что каждый новый хозяин хотел убить. В кузове пованивало — явно перевозили мусор. Но да наплевать.

— Куда ехать-то, мистер? — Сел за руль Рамдай, я же устроился на пассажирском в кабине.

Работники-грузчики ехали в кузове, что непорядок — но их никто не спрашивал, а от постов все равно придется откупаться. На сахар накладных нет.

Нервов я себе сжег прилично, но до адреса добрались на удивление спокойно. Хотя квартал вокруг был весьма приличный — я бы сказал, фешенебельный. Впрочем, мы были на самом его краю — возле двенадцатиэтажного бетонного здания крытой парковки.

— Богато живешь, дядя. — Отметил и Рамдай, которому я подсказывал, куда проехать.

— Я тут не живу. Тут гаражный бокс сдавали дешево, вот я и взял. — Отговорился я. — Нам в сто сорок первый бокс, он на шестом этаже.

Здание проектировалось под гравилеты — просторное. Потому и грузовик поднялся по эстакаде без проблем.

— Вот здесь! — Суетливо вылез я с места и открыл замок, дернув рольставню вверх — через рукав куртки, что осталось незамеченным. Тяжеленная, к слову, да и замок хитрый.

Автоматика включила свет, показав мешки без маркировки, стоящие вдоль левой стены. По центру и справа ничего не было — серебристый гравилет, который тут обычно стоял, сгорел на вокзальной парковке. Вдоль стен стояли стеллажи с инструментами — дорогими довольно-таки. Я встал перед ними, чтобы не сперли чего, приготовившись следить за разгрузкой.

— Давайте, братцы, дело нехитрое. Из кузова выкидываем, в кузов загружаем, — похлопал в ладони Рамдай.

И тоже принялся