Попаданец в поисках смысла - 6 - Тампио
Герцог на мгновение прищурился, и в его взгляде вроде как промелькнуло удовлетворение, но огонёк тут же погас.
– Занятно, – произнёс он так же негромко. – Соглашусь, что принудительно подавляемый кашель может быть хуже открытого.
Медизи замолчал, и в этом молчании невозможно было определить его мысли.
– Вы, я вижу, человек наблюдательный, – продолжил он. – Это качество я ценю не меньше воинской выправки. Пожалуй, даже больше. Оружием можно выиграть битву, но войну – лишь умом.
– Благодарю за комплимент, ваша светлость, – ответил я, чуть склонив голову.
– Не скромничайте. Скромность украшает, как правило, тех, у кого нет дерзновения, – собеседник оглядел зал, будто смотря, не подошёл ли кто слишком близко, но у гостей чувство самосохранения находилось на высоком уровне. – Скажите, как человек, побывавший в пограничных секторах, заново воспринимает Столичную-1? Не в первый день, когда всё радостно, а позже, когда яркость блеска развитого общества снижается.
[Каждый его вопрос – это ещё один осторожный шажок, ещё одна нить, которую он осторожно тянет, ежесекундно проверяя, не порвётся ли.]
– Вы о том блеске, который может скрывать трещину в фундаменте? – ответил я, удивляясь собственной прямоте.
Медизи медленно кивнул:
– Рад был поговорить. Если когда-нибудь захотите продолжить беседу о... фундаментах и трещинах – вы знаете, где меня найти.
Герцог поклонился Ранне с безупречной учтивостью и вскоре растворился в толпе. Ранна дождалась, пока он скроется, и тихо выдохнула:
– Что это было?
– Не уверен, – признался я, чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее, чем следовало бы после разговора на балу. – Но он хотел понять одно: вижу ли я то, что видит он, и готов ли я об этом говорить.
– И что он решил?
– Не знаю. Но, кажется, старший Медизи остался доволен.
Ранна чуть сжала мою руку:
– Это может быть опасно для тебя… для нас.
– Знаю, – тихо ответил я, глядя туда, где скрылся герцог. – Но он не сказал ничего такого, за что его можно было бы обвинить. Ни одного слова против короны. И при этом я понял всё, что он хотел мне сказать.
– Именно это и пугает, – прошептала Ранна, чуть наклонившись ко мне. – Кто-то сказал, что самые опасные разговоры – те, в которых не произносится ни одного опасного слова. Ладно, хватит странных разговоров! Мы сюда прилетели танцевать и отдыхать. Ты готов?
– Всегда готов! – чуть натужно улыбнулся я, поскольку разговор со старшим Медизи насторожил не слабо.
***
Интерлюдия.
Кто-то где-то.
– Что скажете о прошедшем бале? – спросил хозяин рабочего кабинета вошедшего.
– Скажу, что король повёл себя совершенно неожиданно. Эта речь о призыве… Наследник явственно скучал, а его брат, как кажется, не интересовался ничем и никем, кроме как своей женой.
– Что наши друзья?
– Они опечалены.
– Да, к сожалению, момент упущен, и служба безопасности дворца перешла на резервный алгоритм, работающий по другому принципу. Мы остались ни с чем, поскольку последующие встречи будут проходить в других местах. Видите ли, в Золотом зале решено провести реконструкцию. Реконструкцию!
– А если попросить друзей, оставить нам инструмент?
– Уже. И был получен отказ. Видите ли, «инструмент существует в единственном экземпляре, ибо технология уникальна»!
– Разве приз в итоге не перекроет все расходы?
– Они не уверены, что среди нас нет шпиона, – с откровенной горечью в голосе произнёс хозяин кабинета. – Республика слишком незначительна, чтобы противостоять Мойносу, а Титау и Г’ханат-Рассаза ха неё не вступятся никогда.
– Как же так? Всего лишь одна-единственная неудача, и верные союзники нас начали подозревать!
– К сожалению, кланы смелых воинов за последние два столетия выродились в примитивных торгашей, ставящих сиюминутную прибыль выше не только чести, но и даже долгосрочных инвестиций. Они были готовы нашими руками сменить власть у потенциально опасного соседа, прибрав к своим рукам в качестве награды сектор, если не два, но первая же трудность заставила их задуматься о собственной безопасности. А так всё удачно складывалось!
– Вы думаете, что это случайность?
– Как знать… К сожалению, мы не всесильны, и остаётся только надеяться, что нашим людям получится понять причину. Кстати, что вы придумали?
– Это был чисто гипотетический вариант, но раз уж план с кодами провалился, то я предлагаю продолжать наше дело не с посредниками, а напрямую с орами. Да, будет сложно объяснять особо любопытным, почему мы общаемся как бы с потенциальными врагами, но попробовать можно.
– Давайте ближе к делу, – хозяин кабинета посмотрел на напольные часы.
– Почти всем известно, что Титау является лидером по внедрению новых технологий и неохотно продаёт продукцию в другие страны. Почему бы не договориться с орами о продаже не самой лучшей их деки в Мойнос через одну из подконтрольных нам торговых корпораций?
– Два вопроса: зачем это им, и кто будет покупателем здесь?
– При помощи средств массовой информации мы создадим образ самой высокотехнологичной деки, которая на два шага впереди всех остальных доступных. На такое клюнут аристократы, а чтобы показать элитарность, мы назначим высокую цену.
– Этот пункт понятен. Но зачем орам продавать её в Мойнос?
– Дека – это лояльность к корпорации. В данном случае, к корпорации государства Титау. Насаждаемый правящей династией образ врага будет серьёзно подорван, а это уже немало. Лет через пять, от силы десять, мы получим целую армию подданных Мойноса, чуть ли не молящихся на оров. Можно будет, к примеру, создать собственную социальную сеть, пропуск в которую получат лишь обладатели упомянутой деки. Так мы получим контроль над подрастающим поколением, которые очень хорошо относятся ко всему, что связано с Титау.
– Хмм… – хозяин кабинета даже поёрзал в своем кресле. – Это интересно. Конечно, идея требует доработки, но юридических препятствий не вижу, поскольку в Мойносе, да и в других государствах, просто нет закона, запрещающего торговать с Титау, Ха! Этого никто даже не может представить. Вроде как кто-то из древних сказал, что бескровный способ победить нацию состоит в развращении её молодёжи. Да,