Наследник Тумана. Том 3 - Сергей Витальевич Карелин
— Позволю. Кто приходит завтра?
— Утром, глава финансового департамента. Нужно выслушать его отчет, чтобы вы поняли какими средствами. Мельникову вы уже встречу назначили, советую не откладывать этот разговор. От него зависит слишком многое в доме.
— И не думал откладывать, — успокоил я его.
Барон кивнул и продолжил:
— Нужно познакомиться с делами транспортно-экспедиционной службы. Сокращенно ТЭС. Волконские отвечают за часть защитных линий и за снабжение маршрутов между городами.
Я недоумевающе посмотрел на него.
— Подождите. Что значит «отвечают за маршруты»? Я думал, этим занимается Гильдия.
— Гильдия дает проводников, но сама дорога от этого не становится безопасной. Кто-то должен содержать укрепленные станции и следить за Туманом. Часть этих обязанностей распределена между Великими родами.
— И что нам досталось?
— В основном направление на Ярославль. Подробности лучше объяснит барон Федин, он руководит нашей ТЭС.
Я некоторое время смотрел на Пономарева. У такого рода конечно имелось немало собственности, но вот собственная служба, работающая с маршрутами в Тумане, стала неожиданностью.
— Почему я узнаю об этом только сейчас?
— А когда вам следовало рассказать? — спросил барон. — Пока вы пытались добраться до отца или когда вытаскивали Алену? Тогда у нас были другие заботы.
— Можно было хотя бы упомянуть.
— Можно, — согласился он. — Но подробно заниматься этим все равно пришлось бы после передачи дел. Сейчас как раз пришло время. Мало кто из нынешних глав Великих родов обращает внимание на работу ТЭС. Старый князь серьезно относился к делу, а пока его заменял Дмитрий… он так же мало интересовался этим. Для него это просто неинтересная обуза. Но так как он обязан исполнять возложенные империей на род обязательства, то свалил на барона Федина все эти заботы.
Уж не об этом ли говорил отец в больнице? Я вспомнил слова князя о секретах, с которыми может разобраться именно проводник. Тогда в чем проблема была сразу рассказать о ТЭС? Тем более прошлый Михаил должен был про это знать.
— Хорошо. А откуда ТЭС берет оборудование?
— Часть закупает, часть получает с ваших предприятий. Роду принадлежит около десятка шахт и пять заводов. Они выпускают металл, из которого делают защитные детали. Есть производство бронепластин и механизмов для арбалетных установок. Среди заказчиков Госэкспресс, а также оборудование идет на пограничные станции.
— Значит, мы не только отправляем людей на дороги, но и снабжаем тех, кто их охраняет?
— Именно. Вам не придется, конечно, следить за каждым вагоном, для этого существуют отдельные службы. Но знать, как они работают, необходимо.
Я задумался о Дмитрии. За столом он так уверенно рассуждал о значении рода, будто всю жизнь только и делал, что нес на себе его заботы.
— То есть брат этим не занимался?
Пономарев покрутил бокал в пальцах и ответил не сразу.
— Он подписывал необходимые документы. Но сама ТЭС его мало интересовала. Федин несколько раз жаловался, что не может добиться встречи с ним, зато требования сократить расходы получает регулярно.
— А отец относился иначе?
— Как я уже говорил, Александр Сергеевич вникал в работу службы. Иногда, на мой взгляд, даже слишком глубоко. Он мог часами обсуждать с Фединым сведения, которые остальным казались незначительными.
— Тогда мне с ним надо встретиться как можно скорее?
Пономарев кивнул:
— Да. Поэтому я пригласил барона на завтра, к шести вечера. Если время неудобное, перенесем.
— Не нужно. Пусть приезжает. Только все же не понимаю, почему отец сам ничего не объяснил, пока мы разговаривали.
— Этого я не знаю, Михаил Александрович.
Барон не стал предлагать догадки, за что я был ему благодарен. Пустых объяснений сегодня и без того хватало.
— На некоторое время я останусь в особняке, — продолжил он, поднимаясь, — помогу вам разобраться с делами, как обещал вашему отцу. Алене тоже объясню порядок работы, если она примет ваше предложение.
— Спасибо. Один я здесь надолго закопаюсь в бумагах.
— Поэтому не пытайтесь понять все за вечер. Сейчас лучше отдохнуть.
Пономарев собрался уходить, но у двери остановился и достал из кармана телефон.
— Чуть не забыл. Это аппарат главы рода, тоже подготовленный по распоряжению Александра Сергеевича. Здесь нужные контакты и доступ к основным сведениям о наших службах.
Я взял смартфон.
— Завтра посмотрю, что в нем есть. Надеюсь, инструкция не на двести страниц?
— Если возникнут вопросы, позовем человека, который все настроит, — ответил барон. — Доброй ночи, Михаил Александрович. Если понадоблюсь, я на связи.
После его ухода я положил телефон на столик и откинулся в кресле. Мара дремала возле камина, впервые за вечер оставив разговор без замечаний. А мне все никак не удавалось перестать думать о ТЭС. Выходит, работа проводника не осталась где-то в Рязани. Теперь придется разбираться еще и с тем, почему на одни дороги хватает денег, а на другие — нет.
И что такого отец обсуждал с Фединым, что даже Пономарев считал это чрезмерным вниманием?
— Миша, ты здесь?
Я обернулся. В гостиную заглянула Алена, уже переодевшаяся после ужина.
— Заходи. Пономарев только что ушел, а я пытаюсь запомнить хотя бы половину того, что он рассказал.
Сестра села напротив
— О чем говорили? Судя по твоему лицу, не об удачном ужине.
Рассказал ей о завтрашних встречах, затем перешел к ТЭС. Алена слушала внимательно, иногда уточняя то, что я сам еще не до конца понял.
— Про службу я слышала, — сказала она, когда я закончил. — Но отец редко обсуждал ее дела при мне. Знала только, что Федин часто к нему приезжал. Дмитрий действительно не любил эти встречи.
— Почему?
— Говорил, что отец тратит слишком много времени на вопросы, которые можно поручить другим. Я тогда не придавала этому значения.
Я кивнул и взял со столика новый телефон, но включать не стал.
— Сколько еще я о собственном роде не знаю?
— Достаточно, чтобы тебе не было скучно. — Алена улыбнулась, а затем посмотрела на меня серьезнее. — Только не пытайся разобраться за ночь. Ты уже едва сидишь.
— Тогда один вопрос, и на сегодня закончим. Пономарев считает, что мне нужен секретарь. Я хочу предложить эту работу тебе.
Улыбка исчезла с ее лица.
— Мне? Миша, я ведь никогда этим не занималась. Вдруг пропущу что-нибудь важное или не пойму документ?
— Будем спрашивать Пономарева. Он обещал помочь.