Кукловод - Егор Соколов
– Я вас искала, – заявила она. – Хозяин сказал, что готов вас принять. Он хочет поговорить с вами прямо сейчас.
Плевать ей было, что Вадим вышел из комнаты Рафаля, но плевать ли на это будет кукловоду? Раз уж попался, придётся выдумывать оправдание, но девушке он просто улыбнулся и кивнул. Она тут же развернулась и пошла прочь, но быстро остановилась и обернулась, ожидая, что Вадим пойдёт за ней следом. Пришлось подчиниться.
Девушка повела его на первый этаж, держа в руке лучинку. Она остановилась перед дверью и вновь улыбнулась Вадиму:
– Проходите. Хозяин ждёт вас.
Сказав это, лицо девушки тут же стало стеклянным – она выполнила приказ и теперь должна была уйти в свою комнату. Вадим проводил её взглядом и ненадолго прикрыл глаза. Он услышал глухой стук – это девица упала потому как он применил заклятие, чтобы усыпить всех простых жителей города. Кто знает, что сейчас будет? Потому лучше уж так. Лучинка вылетела из её руки и погасла, но девушка дышала ровно – просто спала. Вадим поджал губы и всё же решил отнести её в соседнюю комнату, где оказалась кухня. Он уложил служанку на лавку, а сам вернулся к двери, за которой его ждал кукловод. Прежде чем войти, он быстро вывел несколько рун, чтобы кукловод как можно дольше не ощущал, что происходит снаружи.
Вадим оказался в просторном зале, который оказался совершенно пуст. Не было здесь стола посередине, не видно ни одного стула или лавки. Помещение явно предполагалось как то, где будут происходить празднества и веселье, но сейчас оно было пустым и безжизненным. Лишь крупное кресло стояло на том месте, где обычно за столом восседал князь, а на нём сидело… Нечто. Вадим сделал несколько шагов и замер, пытаясь понять, что он видит. Здесь было темно, но это всё равно не мешало Вадиму рассмотреть как следует очень уж странный силуэт. Некто был одет в дорогие одежды, но на лице была белая маска. Прорезей у неё не было – рот и глаза нарисованы, придавая этому нечто самый жуткий вид. В центре Вадим рассмотрел что-то несуразное, чёрное, темнее ночи, нечто, что словно копошилось в грудной клетке. Как только Вадим остановился, оно пошевелилось, и седой услышал характерный скрип дерева, осознав, что перед ним деревянная кукла в человеческий рост.
– Так ты и есть тот самый скоморох, который сказки интересные рассказывает, – заговорило оно, сев ровно и слегка склонив голову резким неестественным движением.
Вадим невольно поёжился от этих звуков. Чем-то отдалённо напоминало голоса духов, вот только… У духов голоса тихие, мягкие, еле слышные, но у этого существа голос рвался, заискивал, проникал внутрь и причинял тупую боль. Слушать такое было очень уж неприятно.
– Как тебя зовут? – отчеканил кукловод, а его деревянные пальцы вцепились в мягкие подлокотники.
“Вадим,” – мысленно ответил ему седой, ощущая лёгкую тошноту в присутствии этого нечто.
– Вадим… – повторил он и поднялся с места.
Кукла двигалась плохо, скрипела, а деревянные шаги эхом разлетались по пустующему залу, но Вадим замер, не смея двинуться. Существо подошло вплотную и немного наклонилось, будто пытаясь как следует рассмотреть лицо Вадима своими нарисованными глазами.
– Вижу, что голос твой леший забрал. Как же так вышло? – поинтересовался он, ткнув деревянным пальцем в шею Вадима.
Прикосновение вышло просто отвратительным, словно палец куклы был покрыт какой-то склизкой тиной, хотя совершенно сухой. Понадобилось огромное усилие, чтобы не оттолкнуть от себя руку марионетки.
“Я очень болтливый,” – ответил Вадим на заданный вопрос. – “Не заметил, как леший появился, за то и поплатился.”
– Печально, – кукла выпрямилась и опустила руку. – Клятву с такого не взять, но…
Вадим снова поёжился, ощутив, словно кто-то у него внутри сейчас копается – этот кукловод рассматривал его жизненную нить. По ней эта тварь всё равно не догадается, что седой специально голос отдал, зная, что тут его могут заставить сердцем клясться.
– Ясно, – хмыкнул кукловод, довольный проверкой. – Позволь же полюбопытствовать – что заставило такого умелого колдуна с какими-то жалкими скоморохами выступать?
Вадим всё же не выдержал и отступил на шаг – слишком уж противно было стоять так близко от этого существа.
“Они ведь по всему миру колесят,” – сказал он, пряча руки за спиной и сжимая мокрые и холодные ладони. – “Так почему бы с ними не путешествовать?”
– Как скажешь, – кукла будто посчитала его ответ жалким. – А скажи вот ещё что – кто тебе сказку рассказал, которую ты со сцены показывал?
“В постоялом дворе услышал, вот и пересказываю теперь,” – соврал Вадим.
– Неужели… – кукловод ненадолго замолчал. – А имя Тихомира тебе ни о чём не говорит?
“Кто?” – и тут пришлось дурачком прикинуться.
И вновь он ощутил, будто холодные пальцы касаются его нити. Он зажмурился, но ощущение быстро пропало.
– И правда… Никак с нею не связан родством… – буркнул кукловод. – Глупо вообще думать, что старуха до сих пор жива…
Вадим медленно выпустил воздух из лёгких, стараясь не особенно задумываться – чего это кукловод так к Тихомире прилип? Неужели понял, что сказку эту никто кроме неё не мог рассказывать? Несомненно так и есть. Потому Вадим теперь тут и стоял.
– Кто же тебя магии обучал? – тем временем марионетка продолжала допрос.
“Много у кого я учился,” – Вадим пожал плечами. – “Я же по свету всему путешествую. То тут, то там секретов нахватаюсь.”
– Странно… Странно… – забормотал кукловод. – Знаешь что странно?
Вадим мотнул головой действительно не представляя что именно этой твари сейчас странным кажется. Он напрягся всем телом, готовя себя к худшему. Неужели не удалось его обмануть? Неужели он всё понял? Неужели Агнежка не успеет нити отвязать? Если всё хорошо, то уже сейчас она должна была добраться до