Омбра тантум: Writober 2026. - Ива Мун

Обычно авторы не любят раскрывать свой замысел, но в октябрьском писательском марафоне все по-другому. Тут темы каждого рассказа или главы публикуются заранее. Но читатель все равно вряд ли поймёт, о чем будет следующая история, так что, если не хотите ничего пропустить, сразу отправляйте сборники в библиотеку)

Вот главы моего романа "Umbra tantum". Я ещё ничего о нем не знаю, ведь герои начнут рассказывать мне свои истории лишь через несколько дней. Знаю только, что с Геленой Мундштук мы совсем не похожи: она — убежденный скептик, я — убеждённый мистик. Что ж, нам предстоит любопытное путешествие. Присоединяйтесь!

Для самых внимательных читателей, заметивших, что в списке отсутствует 31 число, скажу, что именно в эту дату будет опубликована глава-сюрприз. Вот так. Теперь точно — до встречи!

Если труден твой путь,

То тебя заберут куда-нибудь.

И будет день за днём

Где-то там ты забудешь о нём.

Стал летуче туч,

Все говорят: «Куда, куда ты? Постой!»

Я не вернулся домой,

Не вернулся, повернулся, оглянулся…

Мне повезло!

Всё, что не было со мной –

Было и прошло...

Гелена смывала ароматный гель сильными струями воды и пела вместе с группой "АукцЫон", с наслаждением водя рукой по упругой коже груди и живота, поглаживая круглые ягодицы и стройные бёдра, любовалась привезённым из Египта золотистым загаром и предвкушала новый интересный день. Она выключила воду, накинула уютный махровый халат и отправилась на кухню.

Утро блогера начинается рано. Кроме душа, лёгкой зарядки для бодрости и традиционного кофе с тостами нужно изучить, что пишут по твоей теме, и взбодрить подписчиков свежим постом. Ничто не может сравниться со сладким предвкушением общения в сети, если у тебя есть интересная тема. У Гелены такая была: «Регрессивный гипноз: миф или реальность?» Пост получился остроумным, ироничным и разоблачительным. Досталось даже Майклу Ньютону с его «Путешествием души». Ух, какой поднимется вой на болотах мистиков!

— Ребята, сейчас я вас порадую! — пропела Гелена, нажимая кнопку «опубликовать», убедилась, что в ответ посыпались сердечки и комментарии и удовлетворённо отложила в сторону планшет. Теперь помощники будут подбадривать аудиторию реакциями и мемами, а она насладится аппетитными тостами и кофе.

В миру Гелена Мундштук была журналистом и писателем с большой аудиторией в личном блоге. Один из читателей назвал её «некоронованной королевой скепсиса», и она гордилась этим титулом.

Пока другие эффектные красотки штурмовали бьюти-сферу, Гелена оттачивала перо в битве с мракобесием. Ещё будучи студенткой факультета журналистики МГУ, находила в Сети сайты, на которых так называемые очевидцы рассказывали о своём мистическом опыте. Эти истории и раздражали, и забавляли Гелену. Какие ещё порчи и сглазы, гадания и проклятия в двадцать первом веке?

Своё возмущение она выражала в ироничных постах и комментариях, а потом потешалась, как оскорблённые мистики ополчались против нее и грозили всевозможными карами. Как раз тогда она и придумала псевдоним Гелена Мундштук, который стал ее alter ego.

Поставив чашку и блюдечко из-под тоста в посудомойку, Гелена на ходу просмотрела список дел на день: заскочить в редакцию, обсудить план публикаций на октябрь, встретиться с корректором по поводу книги «Чёрная магия. Разоблачения», вечером намечался дружеский фуршет в Доме журналиста от спонсоров — ничего особенного, но одеться понарядней не мешало.

Пробежав глазами по вешалкам с брендовой одеждой, остановилась на шелковом костюме глубокого синего цвета с провокационным вырезом на идеально сидящей юбке. Телесные чулки, удобные замшевые туфли на среднем каблуке, жемчужно-серый плащ — образ элегантной и знающей себе цену женщины готов.

Гелена покрутилась у большого зеркала в гардеробной: «Хороша!» — но все же решила добавить последний штрих в виде маленькой серебристой сумочки, недавно привезённой с модной распродажи из Италии. «Вперёд, красотка!» — подмигнула она очаровательной голубоглазой брюнетке в зеркале и легким шагом направилась к лифту, чтобы спуститься на парковку.

На площадке между этажами соседки что-то увлеченно обсуждали. До Гелены долетали обрывки фраз:

— А врач что сказал?

— На белую горячку похоже…

— Да полноте, Любовь Семёновна! Он же непьющий!

Любопытство не позволило Гелене спокойно сесть в лифт и отправиться по делам, и она сделала вид, что пришла поздороваться.

— А, Геленочка! — вежливо заулыбались старушки. — Слыхали? Матвея Поликарповича в больницу кладут.

Вот это поворот! Матвей Поликарпович Покровский был старожилом подъезда и всеобщим любимцем. Одинокий профессор искусствоведения на пенсии, интересный собеседник, один из немногих, кого Гелена по-настоящему ценила и уважала. Можно даже сказать, профессор её воспитал, так как бабушка, одна растившая внучку-сироту, частенько оставляла её у соседа. Ей стало не по себе, потому что больше месяца они с Матвеем Поликарповичем не виделись: то работа, то отпуск — закрутилась...

— Что с ним? — тревожно спросила она, заглядывая в сумрак лестничного пролёта, откуда доносились голоса врачей и всхлипывания соседа.

— С утра Надежда Ивановна пошла мусор выносить, а он сидит у двери в пижаме и тапочках и бормочет не по-нашему, — наперебой начали рассказывать соседки.

— Замёрз, трясётся весь!

— А я ему: «Поликарпыч, ты как тут оказался? Дома что-то случилось? Может, плохо тебе?» А он только мычит, головой трясёт и плачет. И все бубнит чего-то непонятное.

— Мы «скорую» вызвали. Его врачи к лифту повели, а он упирается, как ребенок, и показывает жестами, что, мол, не поеду я на лифте. Так пешком и пошли…

— Белая горячка, говорят…

Гелена не дослушала. Она знала, что у Матвея Поликарповича больное сердце, поэтому он ничего не употреблял крепче чая, да и тот разбавлял водой. Она бросилась вдогонку, чтобы хотя бы узнать, куда везут соседа. Догнала, когда ослабевшего Матвея Поликарповича уже сажали в «скорую». Он увидел её, обрадовался и быстро-быстро заговорил то ли на испанском, то ли на итальянском. Среди этого сбивчивого потока Гелена разобрала только два слова, которые сосед повторял чаще других: «омбра тантум».

«Лишь тень, перевод с латинского», — подсказал Гугл, когда после отъезда "скорой" Гелена сделала запрос. Ну и что это значит? Она твёрдо решила навестить профессора в отделении острых неврозов, куда, по словам врача, его должна была доставить «скорая», и поговорить с ним, когда ему станет лучше.

Садясь в машину, она всё еще чувствовала дискомфорт.