Навь - Татьяна Филатова

Но в Нави стремительно темнело. Судя по всему, решил Сергей, жуткий демон в облике девочки держал его неизвестно где по местным меркам почти сутки, а, значит, через три дня сердце Сергея на том свете перестанет биться. Понимая, что до наступления полной темноты, из которой он к тому же только что выбрался, Сергей не успеет добраться ни к домам уже знакомых его обитателей Нави, ни тем более к своему автомобилю, он повернулся к церквушке и, непроизвольно перекрестившись, побежал вслед за тем, кто его спас.

Войдя внутрь этой древней, деревянной постройки, Сергей увидел, что в конце длинного коридора, по которому он шел, располагалась комната, в которой был источник света – весьма редкое явление в Нави ночью.

- Проходи, - спокойно прозвучал все тот же немолодой мужской голос, и, войдя в достаточно просторную, большую, что правда, без окон, залу, Сергей понял, что когда-то, возможно, именно в этом помещении и проходили службы. Разумеется, не на этом свете.

В дальнем углу перед тремя зажженными церковными свечами спиной к Сергею сидел он – монах: в черной, длинной рясе, препоясанной простой веревкой, в капюшоне, что скрывал его голову.

- Я хотел бы еще раз поблагодарить тебя, - переминаясь с ноги на ногу, сказал Сергей.

- Там стул, - ответил низкий голос, - садись.

- Спасибо…

- Это Валька так с тобой? – серьезно спросил монах не оборачиваясь. – Я угадал?

- Да, она называла себя Валюшей, - подтвердил Сергей.

- Валюша… - с усмешкой в голосе проговорил монах. – Там имен столько, что он уже и сам не помнит, как его звали с самого начала. Валюша… Долго он на том свете под этим именем промышлял… А началось все с девочки Вали, которая жила лет двести тому назад. По вашим меркам, по человеческим… Умирала девка, так мать ее вместо того, чтобы смириться с испытанием и Бога молить о прощении, призвала того, кого призывать не стоило… Так и очутился демон в теле этой девочки. Долго он на том свете в этом облике пробыл, много зла натворил, пока не нашлись те, кто смог отыскать прах той самой девочки Вали, в обличие которой демон предстал и пред тобой. Прах тот предали земле по церковному обычаю у стен храма, и демон вернулся в Навь.

- Он больше не сможет отправиться на тот свет? – спросил Сергей.

- Сможет, - по-прежнему не оборачиваясь, ответил монах. – Еще как сможет. Как кто на том свете призовет его, моля об исцелении своего близкого, так он тут как тут: душу умирающего себе приберет, а сам его место займет и будет в новом облике людей на сторону зла перетягивать. Но он, ежели вздумается ему, сможет принимать любой образ. Уж больно полюбилась ему Валюша эта… Отчего-то я уверен, он и потом будет ее использовать.

- Как вышло и со мной… - проговорил Сергей. – А как так получилось, что я оказался в могиле? Я помню, как меня затягивало в болото…

- Это ты так думаешь. Это Валька так пожелала, чтобы ты так думал. А на самом деле тебе все это могло лишь привидеться, пока она тебя в яму-то и закапывала.

- Но как?!

- Это Навь! – недовольно прикрикнул монах, повернувшись вполоборота, по-прежнему скрывая под капюшоном свое лицо. Затем, подняв руку и указывая вправо от себя длинным, худым пальцем, кожа которого отчего-то была темно-серой, монах снова продолжил говорить тихим и спокойным голосом: – За той дверью будут ступени, ведущие вниз. Там расположены кельи монастыря. Вот, возьми.

Этой же рукой монах взял одну свечу и так же протянул руку в сторону.

- Поспеши! – раздраженно прикрикнул он на Сергея. – Ночь. Когда спустишься, зайди в третью дверь слева. Другие не открывай. Запрись и не выходи из кельи, что бы ты ни слышал. Понял меня?

- Понял, - вставая со стула, ответил Сергей и, подойдя к монаху, взял из его костлявой, темной ладони тоненькую горящую церковную свечку.

- Ну, чего стоишь?! Живой ведь еще! – закричал на него монах, и Сергей увидел, как пальцы на той ладони, которая только что держала свечу, с громким хрустом стало перекручивать в разные стороны. – Немедля… Ступай!

Сергей привык к тишине в Нави: ни тебе ветра, ни сверчков, ни мух или даже комаров – ничего. Никого. Никаких фоновых звуков и шумов. Здесь же было иначе… Спустившись в весьма глубокое подземелье, подсвечивая себе дорогу лишь тоненькой свечой, Сергей оказался в длинном, весьма широком коридоре, больше напоминающим коридор темницы, чем монастыря. По левую и по правую от него стороны действительно были расположены старые, деревянные двери, ведущие, как понял Сергей, в кельи монахов. Но почему ему можно было войти лишь в третью слева?

Он дошел до нужной ему двери и, уже толкая ее вперед, чтобы войти внутрь, заметил, как пятая дверь справа тоже стала медленно и со скрипом открываться. Сергей не желал узнавать, кто же оттуда сейчас выйдет, а потому быстро вошел в келью и закрыл за собой дверь на обычную щеколду. Замерев, прислушиваясь к тому, что происходило снаружи, Сергей услышал, как кто-то, тяжело дыша, шаркает по коридору. Убедившись, что, этот кто-то, кем бы он ни был, прошел мимо его кельи, Сергей обернулся и осмотрелся: он находился в небольшой комнате, которая, казалось, была высечена прямо в камне, хотя и находилась внутри холма. Но это же Навь… Напротив двери у стены стояла старая, застеленная грубым, темным покрывалом кровать – на деле же это были два толстых тюфяка, набитые соломой и уложенные один на другой. Рядом стояло что-то, отдаленно напоминающее то ли стол, то ли подобие тумбочки, в стене же было высечено небольшое углубление, вероятно, куда раньше монахи и ставили свечи. Со своей свечой Сергей расставаться не желал, потому он, стараясь не издавать ни звука, тихо прилег на жесткую постель, держа свечку в руках.

- Как покойник, - прошептал он сам себе.

За дверью снова послышался шум: казалось, по коридору бегали то ли мыши, то ли крысы, но Сергей понимал, что в Нави нет ни тех ни