Две стороны луны - Надежда Воронцова

— Что произошло? — спросила она.

— Ты разве не помнишь? — с тревогой посмотрел на Алису Марк.

Воспоминания нахлынули с новой силой, и Алиса застонала. Она всё хорошо помнила — память обрывалась на моменте, когда в спину призраку летел нож.

— Но кто убил этого… монстра? — вздрогнула она от ощущения холодных рук и острых клыков на шее. Провела рукой по шее — там был лишь бинт. Шея была обработана и перебинтована. «Ксюша постаралась», — подумала Алиса. В подтверждение этих мыслей Ксюша тепло улыбнулась.

— Это у тебя надо спросить, что произошло и как эта тварь оказалась в комнате нашего сына, — сказала она.

— Тварь? — переспросила Алиса. — Но разве ты можешь видеть призраков?

— Призраков? Нет. Это твоя прерогатива, но я видела его, и все, кто был в этой комнате, тоже видели. Эта тварь вовсе не дух. Скажу тебе больше — он до сих пор лежит в комнате. Лучше расскажи, зачем ты кормила его кровью. Судя по шрамам, не в первый раз. Ты хоть представляешь, что могло бы случиться, если бы он расправился с тобой? У нас, кроме тебя, есть ещё два слабых звена: Марк и Ксения.

— Почему? — возмутился Марк. — Я тоже могу за себя постоять!

— Не перед этими монстрами. Даже самый сильный человек перед ними бессилен.

— А разве Артём... — начал было Марк.

Вера махнула рукой, словно говоря «не придирайся», и резко обратилась к Алисе:

— Рассказывай быстро всё.

Под суровым взглядом Веры Алиса смутилась, но всё же начала объяснять, погружаясь в воспоминания.

— Ещё в юности ко мне приходили призраки. Сначала только ночью, потом — и днём, если им нужна была помощь или они хотели предупредить близкого человека. Призраки всегда были незнакомыми. Я всё ждала, что однажды ко мне придёт мама, но она так и не приходила. Тогда я решила, что могу позвать её сама. Где-то я прочитала, что призракам нужна энергия, и подумала, как я могу поделиться своей.

Однажды я разбила любимую вазу приёмной матери и порезалась. Я тогда страшно испугалась, села на пол и разревелась. Вдруг почувствовала, что кто-то присосался к моей руке. Я отпрянула и увидела перед собой девушку, почти моего возраста тогда. Я сразу поняла, что она мертва, но решила, что она пришла утешить меня. Призраки часто приходили, когда мне было плохо или больно, они разговаривали со мной. Но эта сказала, что я сама её призвала. Ей нужна была кровь, иначе она не сможет мне служить. Именно так — служить. Она была готова броситься на меня, и я испугалась, отползла дальше. Она двинулась за мной, но вдруг остановилась, будто наткнулась на стену, и эта стена причиняла ей боль. Тогда я заметила, что между нами — осколки. Позже я поняла: если разложить что-то острое или воткнуть нож в пол, призраки не могут пересечь эту границу.

Кроме того, эти призраки подчиняются мне, отвечают на любой вопрос. Да, призраки не умеют врать, но могут не ответить или исчезнуть, когда захотят. А те, кого я звала, не уходили. Позже я пыталась повторить призыв, но ничего не получалось. Вспомнила, что в первый раз, помимо крови, я плакала. Попыталась повторить всхлипы, но вместо этого вышла песня — слова шли будто изнутри, на незнакомом языке. Петь её я могу только в этом состоянии.

Мне так и не удалось позвать мать, но я звала других — и всегда приходили те, кто мне был нужен. Они никогда не переходили границ и не пытались причинить мне вреда. После смерти приёмных родителей я прогнала всех, кто приходил, и больше никого не звала. — Алиса замолчала. Рассказ дался ей с огромным трудом, и девушка устало откинулась на подушку, прикрыв глаза.

В комнате несколько минут стояла тишина. Каждый обдумывал слова Алисы.

— А кого ты хотела позвать сегодня? — наконец решилась нарушить молчание Ксюша.

— Семёна Валерьевича, покойного мужа Марфы. Я хотела, чтобы он помог узнать, в каком из миров находится Марфа. Может, её уже нет в живых, а клиника — всего лишь прикрытие. Разве обычную пенсионерку могут отправить в такую дорогую клинику?

Марк кашлянул, привлекая внимание.

— Вообще-то могут. Я тут кое-что нарыла даже на этом динозавре, — мужчина покосился на ноутбук Артёма. — Пребывание Марфы оплатила её родная внучка. И заметьте, я никого не вызывал. Хотя... — он сделал вид, что задумался, — может, существуют «Етить его мать» и «Ешкин кот», вот их я звал постоянно. — Марк попытался пошутить, но юмор остался непонятым.

— С этим разобрались, — кивнула Вера и обратилась к Алисе: — Тот, кто пришёл сегодня, ты его знала?

— Я не понимаю, какая разница. Пришёл кто-то другой, и мы предполагаем, что это был вовсе не призрак, а то, во что он превратился. Призраков не убивают ножом в спину. Кстати, кому за это сказать спасибо?

— Это Верочка почувствовала. Она одним ударом выбила дверь и метнула нож. Это было очень красиво, но и страшно, — на одном дыхании выпалила Ксюша. Она смотрела на Веру уже не с испугом, а с каким-то благоволением.

«От ненависти до обожания», — пронеслось в голове Алисы.

— Меня создали для вашей защиты, и я должна быть уверена, что помимо внешней угрозы вы не натворите новых глупостей. А как показал случай с Алисой, вы на это очень даже способны. Я успела просто чудом, иначе ты бы уже прогуливалась по райским чертогам — глядишь, и матушку бы увидела.

Алиса поежилась под ледяным взглядом женщины. На секунду захотелось, как в детстве, разреветься и пообещать, что она честно-честно больше так не будет. Но отчаянная мысль отрезвила: она больше не ребенок. Вера спасла ей жизнь, и если они хотят во всем разобраться и, желательно, выжить, секретов больше быть не должно.

— Я знаю, кем был этот парень при жизни, — Артем молчал с самого пробуждения Алисы, и это была его первая реплика. — Александр. Правильно? Твой школьный дружок? — он в упор посмотрел на девушку.

Она опустила голову:

— Да.

Артем кивнул. В ее ответе он не сомневался, но остальное было куда менее однозначно.

— Странно, что Ксюша его не узнала, — продолжил он рассуждать.

Ксюша наконец сообразила, о ком идет речь:

— Сашка? Да как можно было узнать в том бледном, окровавленном пареньке нашего добряка Сашку?

— Но ты же говорила, что он был хмурым, нелюдимым и грозился прибить каждого, кто обидит Алису, — подловил ее Артем.

Алиса резко повернулась к подруге:

— Ты