Нехороший дом - Александра Назарова

Катя справится, со всем справится. А потом, когда закончится темное, когда отболит и потускнеет, она позвонит маме и расскажет о том, что было. О том, как бабушка говорила молиться, а Катя не послушала и нашла способ помочь Егору.

Ждать чуда она не могла. Вернее, могла – но не хотела. План возник в голове сам собой, такой простой и очевидный, что Катя удивилась: как это она сразу до него не додумалась?

Катя вышла из комнаты Егора и взглянула на спящую в гостиной бабушку. Разбудить ее? Нет, не стоит, одернула себя Катя. Вдруг бабушка попробует отговорить от задуманного. Катя тихонько оделась, натянула сапоги, куртку и шапку и выскользнула за дверь, в морозную темноту.

Если все пройдет как задумано, бабушка не заметит ее исчезновения. А Егор поправится.

* * *

Фонари тускыми кляксами расплывались в отяжелевшем от ледяной мороси воздухе. Вокруг руин завода Каттербахов растекался густой серостью морозный туман. Казалось, Катя дышала крошечными осколками льда.

Она натянула шапку, потуже завязала шарф – зачем, сама не знала – и побежала к руинам, побежала так быстро, чтобы не передумать. Оказавшись в подвале, Катя чуть не упала: темнота тут стояла такая, что хоть глаз выколи, как сказала бы бабушка.

– Эй! – громко сказала Катя и задумалась: как обращаются к призракам? Бабушка говорила, что привидение зовут Луиза. Но вдруг призраки не любят, когда используют их настоящие имена?

– Эй! – повторила Катя. – Мне нужна помощь.

Вышло грубо и глупо. Будь Катя призраком, из вредности бы не ответила.

– Пожалуйста, – торопливо добавила она.

Где-то вдалеке надсадно залаяла собака. Что-то зашуршало под потолком. Водятся ли в руинах летучие мыши? Быстро застучавшее сердце кольнуло морозом. Катя вскинула голову:

– Прошу, помоги! Я все сделаю, все что угодно.

Шуршание стало громче, потом раздался писк и что-то пронеслось мимо, коснулось холодом щеки. Катя закричала, упала, спина вспыхнула болью. Темнота навалилась морозной тяжестью: бежать, бежать, бежать, подальше от этого места, домой, как же хочется домой!

– Мама, – заплакал кто-то рядом, и Катя не сразу поняла, что это ее собственный голос.

Она поднялась и заковыляла к просвету, а потом лицо брата вспыхнуло в памяти. Катя остановилась. Нет, нельзя уходить, даже если страшно, – нельзя, ни за что нельзя. Она здесь ради брата. Сейчас только это имеет значение.

– А ты упрямая, – усмехнулся кто-то за спиной.

Первое, что Катя увидела, обернувшись, – это два алых огонька. Будто кто-то включил рядом два светофора. Катя всмотрелась в огоньки и поняла: это глаза. А потом она увидела серебристый силуэт. Перед ней стояла полупрозрачная тень. Девочка ее возраста, может быть, чуть-чуть постарше.

Призрак замка – вернее, завода, конечно, завода – Каттербахов из бабушкиных сказок.

– Разве тебе не говорили, что мертвым лучше не доверять? Зря ты сюда явилась. – Красные глаза смотрели насмешливо. Призрак обошла Катю и вдруг сказала: – Я видела твоего брата на днях.

– Почему ты ему не помогла? – Слова вырвались сами собой, и Катя тут же прикрыла рот. Бабушка говорила, что призрак может многое, в том числе спасать жизни. Наверное, потому в голову и пришла мысль, что она была способна помочь ему и без просьб Кати.

Призрак засмеялась:

– Я не могу щелкнуть пальцами и сделать что пожелаю. За чудеса нужно платить.

– Как ты… – Горло пересохло. – Откуда у тебя дар? Ну, исполнять желания.

– О, – улыбнулась призрак. – Меня убили.

Она сказала это так буднично и просто, что по коже пробежали колючие мурашки.

– Как? – прошептала Катя.

– Мальчишки, – пожала плечами призрак. – Таких, как я, называли буржуями. Вот почему нам с братом никто не помогал. После семнадцатого года мы жили тут, на заводе. Питались объедками, крыс ловили, надеялись, глупые, на что-то. А потом брат умер. Просто уснул и не проснулся. И я осталась одна. Через несколько дней местные пришли за мной. Они не сразу убили меня, нет. Сначала избили, а потом. Впрочем, тебе не нужно знать, что они сделали потом. Смерть после этого казалась избавлением. – Глаза разгорались алым все ярче. – Слышала про капище? Говорят, здесь, прямо здесь, где мы с тобой стоим, много веков назад волхвы проходили посвящение. Окропляли землю кровью, молились и обретали силы.

– И ты, выходит, как они? Как эти волхвы? – спросила Катя.

Призрак усмехнулась:

– Кто знает.

Катя мотнула головой. Казалось, вот-вот поднимется температура. Как-то раз Катя слышала выражение «мозги пухнут». Еще вчера оно казалось надуманным. Мозги не вата, как и от чего они могут пухнуть? Теперь Катя поняла: точнее слов не подберешь.

– Я бы пошутила, что ты умерла, но. – Призрак пожала плечами.

– Почему ты так разговариваешь? – невпопад спросила Катя. – Не как, ну.

– Люди моего времени? Я много наблюдаю за живыми и быстро учусь.

Зачем? Может, призраку тоже одиноко? Катя посмотрела на призрака и впервые подумала о Луизе как о девочке, такой же, в сущности, как она сама, только старше, и так же запертой в марсианской жизни. Просто посмертной.

Захотелось обнять Луизу. Сказать, что все будет хорошо, как и когда – непонятно, но точно будет. В конце концов, их, чужачек на Марсе, теперь двое. Может быть, когда Егор будет спасен, Катя с Луизой подружатся. Начнут встречаться, болтать, смеяться, как обычные земные девочки. У Кати еще не было подруг, кроме разве что мамы. И желания ни с кем дружить тоже не возникало. До встречи с Луизой, конечно.

– Ты сказала, что тебе нужна помощь, – спросила призрак. – Чего ты хочешь?

Голос ее звучал мягко, почти нежно. И Катя рассказала все. И про ссору с братом, и про то, как он ушел, и про СТАЮ. Призрак слушала внимательно. А Катя все больше верила: Луиза поможет, поможет просто так. Не только потому, что тоже когда-то была сестрой, а ради их будущей – хоть еще и не случившейся – дружбы. Может, это и было то самое чудо, на которое надеялась бабушка?

Но, когда Катя договорила, призрак заметила:

– Не думаю, что ты любила брата. Он часто приходил сюда совсем один. Даже плакал пару раз. А тебя я увидела впервые только вчера.

Слова прозвучали холодно, по-взрослому. Катя раскрыла рот и тут же закрыла. Казалось, Луиза сейчас скажет как мама: «Я разочарована». Как Кате оправдаться? Да и возможно ли это? Катя даже не знала, почему Егор плакал. И представить брата в