Адский город - Джек Хэмлин

периметр, даже Робин, которая нашла в Джинни своего рода подругу. Вероятно, потому что у них обеих не хватало терпения к Сэнди, которая сидела в одиночестве, прислонившись спиной к дереву. Когда они ушли, Сабелия прижала свои губы к моим. Возможно, она не ожидала, что я отвечу на поцелуй, но я ответил. Я поцеловал ее так, как будто никогда раньше не чувствовал женских губ. Долгое время я практически игнорировал ее интерес ко мне из уважения к Рики, но после всего, что я пережил за последние шесть недель, я не собирался больше терять время.

- Ну, ты действительно скучал по мне, - сказала она.

Я обхватил ее лицо ладонями. Это было красивое лицо - высокие скулы, полные губы, большие темные глаза и идеальная оливковая кожа, испорченная лишь старым шрамом от ножа на переносице, который придавал ее лицу настоящий характер и мрачную, экзотическую чувственность. - Хочешь пойти в лес и порезвиться? - спросил я.

Она рассмеялась, и я тоже. Было приятно смеяться.

Так вернулся, ведя за собой Кэрри. Он созвал нас всех. - Внизу у нас есть город, - сказал он, поглаживая свою седую бороду в стиле ZZ Top. - Придется пробраться через несколько холмов и взобраться на гребень, но там, внизу, точно есть город. Неплохих размеров. Мы не можем здесь задерживаться.

По этому поводу споров не было.

Мы выстроились в колонну: впереди шел Так с SAW, Сабелия и я прикрывали тыл, а все остальные шли между нами гуськом, с оружием наготове, за исключением Джинни и Дайан, учитывая их ранения. Все были вооружены карабинами M4, за исключением Сеппи и меня, у которых были тактические дробовики Mossberg 500. SAW - это легкий пулемет M249, оружие поддержки пехоты, которое обеспечивает огневую мощь пулемета, но при этом портативно, удобно в обращении и очень точное. Я не раз носил такой в Ираке во время нескольких недель боев от дома к дому в Фаллудже. У нас было четыре мягких патронташа по 200 патронов в каждом. Вместе со всем остальным, что мы несли, мы были загружены под завязку.

Робин все еще не могла нормально ходить из-за пули, которая задела ей ногу в Перривилле, но она держалась неплохо, опираясь на Джинни. Мы пробирались через лес, поднимаясь на один холм и спускаясь с другого. Когда мы поднялись на гребень холма, под нами раскинулся город. Было темно, очень темно, но у нас не было особого выбора.

- У меня по этому поводу очень плохое предчувствие, чувак, - сказала Дайан.

Я привык к ней и к ее предсказаниям; похоже, это семейная черта. Обычно я не обращал на них внимания, но когда мы спускались к городу, я был почти уверен, что она права.

Когда мы вошли в сам город - мы до сих пор не знали, как он называется, - меня поразила зловещая тишина, царившая на улицах. За исключением заросших участков и брошенных автомобилей, все выглядело относительно нетронутым. Звук наших шагов казался невыносимо громким и пробирал меня до мурашек. Это слишком сильно напоминало мне тот ужас в Перривилле. Ни за что на свете я не собирался снова проходить через что-то подобное, просто ни за что.

Но я просто впадал в паранойю.

На улицах я не видел никаких костей, только мусор и разбросанные обломки.

Никто не говорил. Никто не осмеливался. Мы ждали, что появятся зомби, а если не они, то, может быть, местная милиция или какая-нибудь банда сумасшедших, которые считали это место своим домом.

Я шел вместе с остальными, не в силах избавиться от тревожного ощущения, что за нами наблюдают. Не знаю, чувствовал ли это кто-то еще, но для меня это было плохо. Месяц освещал улицы, и казалось, что они заполнены движущимися тенями. Каждый раз, когда я моргал, их уже не было. Это были просто нервы. Так я и повторял себе, но не верил в это, как бы ни хотел.

Паранойя во мне начала нарастать.

Дело было не только в том, что сказала Дайан. Это было реально, почти осязаемо вокруг меня, и я не мог дать этому название. Мне не казалось, что этот город похож на Перривилл; мне казалось, что здесь даже хуже. Но у меня не было причин так думать.

Я повсюду видел брошенные машины. Это не были драматические случаи заброшенности, а просто машины, оставленные у бордюров и на подъездных дорожках, чтобы ржаветь и разваливаться с течением времени. Никто больше никогда не сядет в них. Улица за улицей город оказывался заброшенным. Мы проходили мимо безмолвных церквей и двигались по кварталам, дома в которых стояли, как памятники на кладбище. Меня удивляло то, что, казалось, не было ни мародерства, ни вандализма. Витрины магазинов не были разбиты, дома выглядели ухоженными, даже если их газоны заросли травой. Это было не то, к чему я привык. Я не видел ни костей, ни обломков, ни следов сражений или даже простых перестрелок. Город напоминал съемочную площадку или отреставрированный город-призрак. Насколько мы могли судить, он был пуст, но не создавал впечатления совершенно безлюдного.

- Это только мне так кажется, чувак, или это место действительно жуткое? - спросила Дайан.

Так заставил ее замолчать, потому что не хотел, чтобы кто-то разговаривал. Его военный ум ожидал худшего. И именно это много раз спасало нам жизнь. Он был напряжен, возможно, ожидая засады. Я тоже чего-то ожидал, но это было нечто совсем другое. Чего именно - честно говоря, не мог сказать. Мы двигались в идеальном строю по одному, как солдаты на патрулировании на вражеской территории. Так шел впереди, примерно на двадцать футов от нас, двигаясь осторожно и бесшумно.

О да, он действительно был напряжен.

Очень напряжен.

Но было ли это потому, что он ожидал неприятностей, или потому, что, как и я, он чувствовал угрозу, но не мог ее определить?

ARM нанесла нам чертовски сильный удар на шоссе, и у нас не было причин полагать, что все закончилось. И все же ничто из этого не имело никакого смысла. Ладно, они использовали сочетание гранатометов и тщательно замаскированных самодельных взрывных устройств, чтобы вывести нас из строя и вывести из строя наши машины. Но раз это было сделано, почему они не вышли и не добили нас? Почему они оставили нас в живых? В чем мог быть смысл?

Если только это и не было целью.