Операция: Лондон - Уильям Микл
Мне не пришлось далеко идти, как я вновь услышал крики - теперь над головой, на улицах города. Джордж и Дженнингс догнали меня, когда я пытался оттащить крышку люка в сторону, чтобы выбраться на дорогу. Втроем нам удалось поднять тяжелый железный круг и отодвинуть его в сторону. Если я беспокоился, что мы можем помешать движению, то зря - движение и так было более чем достаточно нарушено.
Я выбрался из канализации и оказался в атмосфере полного хаоса.
Первое, что я увидел, - это перевернутый фургон развозчика мяса: он столкнулся с лошадью и повозкой посреди главной улицы. Две пожилые дамы оказывали помощь мяснику - у него обильно шла кровь из раны на голове, и он явно находился в оцепенении. Его хлеб насущный - мясо из фургона - было разбросано по всей дороге, как и содержимое повозки - судя по всему, старое железо, обрывки одежды и книги. Худше всего досталось вознице - его тело, уже почти полностью съеденное, лежало в центре скопления сочащейся протоплазмы. Бедная лошадь лежала рядом со своим хозяином. Большая часть ее тела была частично переварена. К счастью, слизь сначала схватила его за переднюю часть, так что смерть, по крайней мере, была бы быстрой. Но задние ноги все еще бились, даже когда плоть сваливалась с его спины. Я отвернулся и снова посмотрел на слизь. Голова лошади уже была не более чем грязью и кляксой; в прозрачной протоплазме были видны комки ткани и крови, которые явно втягивались в какое-то место внутри сочащейся массы.
Крики доносились от двух детей, слишком напуганных, чтобы бежать, и слишком потрясенных увиденным на улице, чтобы отвести взгляд. По справедливости я должен был сделать что-то, чтобы их успокоить, но пищеварительные процессы слизи приковали мой взгляд. Как я уже сказал, она явно направляла пищу в центральную часть своей массы - и если это было так, я знал, что в ее структуре должен быть какой-то смысл, некоторая степень организации.
А то, что обладает организацией, при определенных обстоятельствах может лишиться ее.
Я наблюдал, как бедная лошадь переваривалась, пока сначала Джордж, а затем Дженнингс выбрались из канализации и встали рядом со мной.
- Нам нужно сконцентрировать нашу атаку, - сказал я, когда Джордж поднял пистолет, чтобы направить его на слизь. - И нам нужно ее скоординировать. Действуйте по моему сигналу.
Слизь заметно увеличивалась в размерах, пульсируя и раздуваясь, поглощая тушу лошади и мясо из фургона. На улице собралась толпа, держащаяся на осторожной дистанции; горожане явно не знали, как отнестись к этому новому явлению в их среде. Некоторые из наиболее любопытных уже опасно приближались к протоплазме, и если я не возьму ситуацию под контроль в ближайшее время, кто-то еще пострадает - или погибнет.
- Иди со мной, Джордж, - сказал я и шагнул вперед.
Я проигнорировал ближайшие участки слизи и направил пистолет на центральную часть, прицелившись в то место, куда, по-видимому, транспортировалась большая часть переваренного вещества. Кровь и розовая ткань стекали внутрь, представляя собой гротескную пародию на кровеносную систему. Я прицелился в центральную область и нажал на курок. Джордж выпустил струю кислоты почти точно в то же самое место.
Я надеялся, что нам удастся покончить с этим тут же, пока плазма бурлила и шипела, но я забыл, насколько быстро может двигаться эта проклятая тварь. Она тут же отскочила от кислоты и от нас, устремившись вниз по мощеной улице, рассеивая наблюдающую толпу перед собой и оставляя за собой след кровавой слизи. Я облил вязкие остатки кислотой, вспомнив крысу и то, как в этой слизи таилась жизнь, даже в оставшихся после нее остатках, а затем переключил внимание на стремительно удаляющуюся протоплазму.
- За ней, Джордж, быстрее! - крикнул я. - Мы не можем позволить ей ускользнуть.
Мы вдвоем, а Дженнингс следовал прямо за нами, бросились в погоню, оставив испуганных горожан далеко позади, пока погоня не привела нас к концу Хай-стрит.
Дважды нам удалось подойти достаточно близко, чтобы облить еe основную массу еще большим количеством кислоты, но центральная часть - место, где все еще висел комок частично переваренной кровавой массы - продолжала ускользать от нас, да и слизь двигалась быстрее, чем мы могли бежать.
Мы преследовали еe по городу, брызгая кислотой на любые комки вещества, которые онa оставлялa на своем пути, прежде чем наконец догнать еe на берегу реки возле гребного клуба. Онa быстро скользнулa вниз по причалу и раскинулaсь, словно огромный плащ, почти на всю ширину реки. Маслянистое, мерцающее сияние, казалось, поднималось из воды, даже когда я нажимал на курок, снова и снова, пока рюкзак не опустел полностью.
Течение проносилось мимо нас, и слизь медленно погружалась в воду, исчезая из виду. Я поднял взгляд с воды и посмотрел вниз по течению.
Прямо перед нами лежал город Оксфорд - и слизь неслась прямо к нему.
- Нам понадобятся рюкзаки побольше, - сказал Джордж.
-Вигго-
Вигго не терпелось перевернуть страницу, чтобы узнать, что будет дальше, но его прервал громкий стук в дверь.
- Не будет покоя грешникам, - сказал капитан, когда Вигго ответил и открыл дверь. - Мы возвращаемся. Они потеряли ребят из ночной смены.
Следующие пять минут пролетели в суматохе: они бежали к грузовику и снова экипировались, но когда они возвращались в центр, у Вигго появилось немного свободного времени, и он не удержался от того, чтобы вернуться к блокноту; до конца оставалось уже недалеко, и он хотел дочитать до конца.
-ТОГДА-
Остаток того длинного дня я был занят - организовывал, чтобы все места и все предметы, к которым могла прикоснуться слизь, были промыты кислотой, и - что в итоге оказалось гораздо сложнее - пытался донести до властей всю серьезность ситуации, в которой мы оказались. Делу не помогло то, что эта тварь, так сказать, ушла в подполье - весь тот день я отправлял группы людей искать следы ее по всему