Дерзкий Vs Мажорка - Инна Матвеева

Не до этого. Слишком хорошо я чувствую пустоту позади себя — Саша так и не зашёл в аудиторию.

Это хорошо. Наверное.

Да, нам всё равно ещё придётся видеться, но пусть лучше следующее столкновение произойдёт, когда оба остынем. Коновалов должен понимать, что я по фактам всё сказала. Что бы там Яна ни приводила аргументами, на деле мы с ним как из разных миров, и должны оставаться каждый в своём. Да, скорее всего, Саша и не стремился к чему-то серьёзному — но должен же понимать, что я не про одноразовые развлечения. Надеюсь, до него это вот-вот окончательно дойдёт.

И тогда, наверное, всё прекратится… И я успокоюсь. Самой уже надоел этот дурацкий раздрай и становящаяся всё более резкой реакция на Сашу. Там, в коридоре, я ведь и забыла об остальных ребятах, которые видели всё.

Пальцы предательски тянутся к телефону. И прежде чем разум успевает подключиться и тормознуть меня, открываю сообщение Коновалова. Оно именно такое, как и цитировал… По-дурацки закрываю глаза, сжимая кулаки и откидываясь на стул. Жар к коже приливает нон-стопом. Значит, Саша и в самом деле собирался пойти со мной в этот кошачий питомник, куда предложила Яна?

Яна… Нашла, блин, возможность для дурацкого сводничества!

Если она в итоге оказалась счастлива с Ромой вопреки всему, что было между ними в начала — это не значит, что у всех подряд теперь так. Впрочем, я такое ей высказала ей и вчера, но сестра как-то беспечно всё выслушала, не похоже, что восприняла.

Ну да неважно уже. Мне бы пережить эту неделю, которая у нас осталась на практическую с Сашей — и всё, дальше опять избегать его буду.

— Так ты теперь с Коноваловым? — внезапно шепчет и сегодня сидящий рядом Женя. — Или он просто лезет?

Ещё одно… Напоминание, что однокурсники много чего лишнего увидели. Ладно, надеюсь, притихнут. Не только один Женя толком не понял, взаимно ли мы там с Сашей зажимались, или тот просто приставал. Если думают про второе, не удивятся; раз многие и так были в курсе, что Коновалов от меня парней отпугивал.

— Мы не вместе, — только и бросаю, открывая глаза, но не глядя на Женю.

Он что-то ещё говорит, но я не слушаю. А всё потому, что у меня оживает экран телефона. И я всё-таки тянусь к нему, увидев новое сообщение от Саши.

Сердце тут же пропускает удар, но навёрстывает это стремительными новыми.

«Надо же, всё-таки открыла», — читаю.

Он что там, постоянно проверяет? Немного же времени прошло.

И там, кстати, это где?

«Сегодня к практической готовиться будем? После пар где скажешь», — приходит новое сообщение.

Качаю головой, сама не зная, чему. Сегодня же надо уже наконец увидеться с Владимиром, моим тридцатилетним ухажёром-бизнесменом. Он из высшего общества, родился в аристократичной семье, серьёзный мужчина. Нацелен на семью. Привык жить примерно в таком же стиле, в котором это делаю я.

Может, свидание с ним всё-таки поможет мне очнуться.

Бросаю взгляд на открытый чат. Потом — на аватарку Саши. И пальцы вдруг сами набирают: «Откуда у тебя столько шрамов?»

Бестактный вопрос, знаю. Да ещё и проявляющий неуместный интерес. И это в разгар разговора о практической — как будто я, блин, другое в голове держу, задумываюсь там о чём-то на его счёт.

Но сообщение уже отправлено, а мне давно пора перестать заморачиваться о Коновалове. Неважно, что и как он воспримет.

Не-важ-но.

«По поводу кошачьих царапок ты уже знаешь, а основные с работы. Она непростая. Мы с ребятами выполняем задания разных челов при бабках, выступаем чем-то вроде решал проблем, которые по закону либо не решаются, либо лучше и не лезть. А эта работа с разного рода рисками бывает, иногда приходится и огребать», — как ни странно, Саша нормально воспринимает мой вопрос, да ещё так подробно отвечает на него.

Какое-то время впиваюсь взглядом в эти строчки, осмысливая. Те ещё траблшутеры, значит… Интересно, их нанимают для незаконных схем?

«Челы при бабках»… Для Саши я ведь тоже к такой категории отношусь. Как и вся моя семья.

«В общем, я после пар подойду, можем и в аудитории позаниматься, ну или поговорить», — приходит новое сообщение от Коновалова, на что я просто выключаю телефон.

Кровь приливает к лицу. Поговорить, значит… Мы же не сможем с ним общаться, будто ничего не было — сообщения Яны, его реакции, других проявлений, накала в клубе, почти поцелуя в коридоре универа…

Резко включаю телефон снова. Но только чтобы написать: «Не надо. Сразу после пар у меня свидание будет», — отправляю и отключаю гаджет совсем.

Потому что меньше всего мне надо проверять реакцию Коновалова на мои слова. Я его просто перед фактом поставила, не более того.

На парах Коновалова так и не было. Он и на сообщение мне не ответил: я всё-таки включила телефон, чтобы и вправду списаться и договориться о встрече с Владимиром. Так что спокойно выхожу из универа, зная, что у меня ещё два часа до встречи с тем, кто, я надеюсь, вытеснит Сашу у меня из мыслей.

Вот только… Случится это явно не прям сейчас. Потому что Коновалов стоит у выхода, засунув руки в карманы своей неизменной чёрной куртки. Вид у него такой расслабленный, будто ему самое место тут, привык уже вот так меня ждать.

Заставляю себя отвиснуть и просто идти дальше, будто ничего такого не происходит. Но какое там… Мелкая дрожь прошибает тело. Я опять остро реагирую на Сашу, и ничего поделать с этим не могу.

Он уже заметил меня. Смотрит в упор — серьёзно, пристально, изучающе. Без той опасной искры, что была утром, без намёка усмешку. Скорее так, будто видит впервые и пытается понять, что за человек перед ним.

Да что ж он постоянно ломает мне голову… Зачем вообще появился в моей жизни?

Судорожно ищу взглядом, к кому бы прибиться с каким-нибудь разговором ни о чём. Но увы, не успеваю: Саша в несколько быстрых шагов равняется со мной.

— Не парься ты так, — его голос звучит низко и ровно. — Я провожу тебя, как обычно, и отвалю. Обещаю.

Как обычно? Что-то не припомню, чтобы такое было. Или… Я чего-то не знаю?