Случайные. Я тебя найду, глупая - Елена Архипова

оставался холодным.

Чувство, что с ним ведут какую-то игру, почему-то лишь только усиливалось.

— Пока да, — она взяла бокал с водой, сделала глоток. — Но вечер не закончен.

Ты можешь испортить впечатление.

— Чем, например?

— Начнешь хвастаться связями. Или, хуже того, начнёшь травить пошлые анекдоты.

— А если не начну?

— Тогда ты уникум, от которого надо держаться как можно дальше.

Николай расхохотался. Искренне, от души, закинув голову назад.

О, да! Определенно, эта женщина и сама была уникум. Только вот держаться

подальше от неё Церберу совсем не хотелось.

В этот момент официант принес им вино. Показал этикетку мужчине, тот кивнул,

одобряя. Он же сделал первый глоток и вновь кивнул. После этого парень

разлил вино и вновь удалился.

Они оба подняли свои бокалы и Цербер произнес:

— А давай выпьем под банальный тост! За нашу встречу.

Алина усмехнулась и протянула руку с бокалом. Стекло тонко звякнуло и они оба

сделали всего по паре глотков.

Цербер замер, ожидая её вердикта. Узнает, какое вино он заказал?

— Все-таки сухое, — вынесла свой вердикт и усмехнулась, глядя открыто в его

глаза: — А ты у нас однако самоуверенный товарищ. И судя по тому, что это у

нас… — она задумалась, сделала ещё глоток, покатала его во рту, кивнула сама

себе, — Шираз. Стейки тут подают жирные.

— Браво! — Николай искренне рассмеялся. — Браво за Шираз, но почему

самоуверенный?

— Ну кто же сухим вином спаивает женщину? — тонко улыбнулась, глядя на него

поверх бокала.

— Ты себе даже не представляешь, насколько я самоуверенный! — проговорил,

оставаясь абсолютно серьёзным.

Нет, эта женщина ему определенно всё больше и больше нравилась.

— Ну, тогда и у меня будет банальный тост, — женщина подняла свой бокал.

— Давай, — он поднял свой в ответ.

— Предлагаю выпить за случайности, — сказала она, чокаясь. — Которые иногда

оказываются не такими уж случайными.

Он сделал свой глоток, глядя на женщину, чьё имя он даже толком не расслышал,

поверх бокала. Что-то в её интонации снова показалось ему странным. Словно

она либо что-то скрывала о себе, либо… Либо она знала его. И то другое

вполне могло быть. Нам всем есть, что скрывать, особенно тем из нас, у кого

уже половина жизни прожита.

— Ты так и не сказала, кем работаешь, — напомнил он.

— А мы так ещё и не поужинали, — она ещё отпила вино, одобрительно кивнула и

вернула бокал на стол.

В этот момент им принесли их мясо.

— То есть скажешь, но после ужина? — решил поймать её на слове.

— А так ли уж важно, кем именно я работаю? Зачем тебе это знать? Чтобы найти

повод не звонить мне завтра? “О, она бухгалтер, а это всё равно что синий

чулок — скучная, сухая, холодная”. Или: “О, она художник, творческая натура,

эмоциональные качели, с ней будет слишком сложно общаться”.

— То есть при любом раскладе, ты не оставляешь нам шанса? — подвел итог.

— Мы только что пили за случайные встречи. Встречи не всегда имеют какое-то

дальнейшее развитие отношений, а уж случайные… — улыбнулась отстраненно,

думая явно о чем-то своем и договорила: —Особенно случайные…

“Нет, она определенно не та, за кого себя выдает!” — подвел итог своим

размышлениям Цербер.

Но всем известно, что чем сложнее загадка, тем интереснее её разгадывать. А уж

сложные загадки Цербер умел разгадывать как никто другой.

Глава 5

Глава 5

Они ужинали и перебрасывались словами ни о чем и обо всем сразу. И Николай

ловил себя на мысли, что смотрит на неё чаще, чем в собственную тарелку.

Ему нравилось в этой женщине абсолютно всё — как она держится за столом, как

смеётся, как чуть склоняет голову набок, когда думает.

— Ты замужем? — задал он наконец вопрос, который его мучил последние полчаса.

— Была, — она не стала отнекиваться. — Давно и недолго.

— Он тебя обидел?

— Нет, — она покачала головой. — Мы просто как-то внезапно выросли из нашего

брака, перестали быть нужны друг другу. Знаешь, когда вы живёте в одной

квартире, ведете совместное хозяйство, но сначала не совпадаете графиками,

потом не совпадаете жизнями, а потом выясняется, что вам просто уже не о чем

разговаривать?

— Знаю, — ответил и сложил приборы.

— Вот, — она отставила тарелку. — Значит, ты меня понимаешь. Не знаю, как ты, а

лично я не хочу так больше.

— А как хочешь?

— Чтобы меня воспринимали не как функцию для снятия стресса через секс. И не

как удобное дополнение в ведении домашнего хозяйства. А как меня. «Живого

человека, со всеми странностями, плохим настроением, дурацкими привычками»,

— говоря это она смотрела ему прямо в глаза. Говорила без эмоций, а по сути,

обнажала перед ним душу. — Я давно не наивная девочка, и уж точно не

избалованная принцесса. Так что прекрасно понимаю, что всё это должно

работать в обе стороны. Иначе никак.

Николай молчал. Он вдруг понял, что давно не слышал таких простых и честных

слов.

— А ты? — спросила она. — Чего хочешь ты?

— Не знаю, — ответил он. — Я давно об этом не думал.

— Странно, — она взяла бокал, сделала глоток, — очень странно. Ты не похож на

того, у кого не может быть счастливого будущего.

— Ты думаешь? — спросил, лишь бы не молчать. Эта женщина сама о том не

подозревая, сковырнула в его душе старые болячки.

Вместо ответа на его вопрос она произнесла:

— Здесь есть десерт? Хочу шоколад и мороженое. Готов попробовать нечто новое? —

она чуть прищурилась и посмотрела ему в глаза.

Не дождавшись ответа, подняла руку, подзывая официанта, а едва тот подошел

произнесла:

— Нам десерт. Есть у вас шоколадный фондан с шариком ванильного мороженого?

— Да.

— Отлично! Нам один на двоих. С одной ложкой, — и после того как парень отошел

от их столика, пояснила, глядя в потемневшие глаза мужчины, сидящего

напротив: — Так интереснее, поверь.

И он поверил. Да, это было интересно. Слишком интересно.

Тарелку с десертом она поставила в центр стола и, глядя в его глаза, взяла в

руки ложечку.

От