Больше, чем просто друзья - Стэйси Фокс
— Куда-то, — отвечаю. — Хотя это уже не должно тебя… — я замолкаю, потом поправляюсь: — Вас волновать, Николай. Совет вам да любовь со Светланой. И детишек побольше.
Я говорю это с такой ненавистью в голосе, что даже сама пугаюсь. Внутри всё клокочет от ярости, готовой излиться бурлящим вулканом.
— Вот видишь, Коленька, — слышу я голос Светы за спиной, пока уже открываю дверь. — А ты говорил, сестра будет против. А она видишь, какая у тебя замечательная. Спасибо большое, Рита!
Я закрываю за собой дверь. Слышу, как она щёлкает, отрезая меня от прошлого.
Спускаясь по ступенькам, чувствую, как ноги подкашиваются. Я хватаюсь за перила, чтобы не упасть. А на улице я наконец выдыхаю — так глубоко, что кажется, выпускаю из лёгких всю свою душу.
Руки трясутся. Глаза наполняются слезами. Я чувствую себя раздавленной, пустой, ненужной.
Беру телефон в руки. Пальцы дрожат, экран прыгает перед глазами. Набираю первый попавшийся номер. Когда голос на том конце провода мне отвечает, удивляюсь своему везению — или, может быть, это не везение. Ведь среди всех людей, которые были со мной рядом, я почему-то могу довериться только тому, кто появился в моей жизни совсем недавно. Даже смешно.
Когда хочу произнести что-то услышав его голос на том конце провода слова внезапно, странным образом застревают в горле, как комок. Я открываю рот, но не могу произнести ни звука. Только глотаю слёзы, сжимая телефон так, что побелели костяшки, и слушаю его голос на том конце:
— Алло? Алло? Рит?! Рит, я тебя не слышу! Что с этой чертовой связью? Рит?..
Я пытаюсь дышать, пытаюсь собраться, но слёзы душат меня. Я слышу, как он начинает ругаться — его голос становится громче, тревожнее.
— Рита! Отвечай мне немедленно! Что случилось? Рит!..
Я собираю растоптанные чувства в кулак, делаю глубокий вдох, вытираю слёзы и заикающимся, дрожащим голосом произношу:
— Ты… ты можешь меня забрать?
Наступает пауза. Я слышу, как он выдыхает — с облегчением, которые не передать словами.
— Я уже еду, — говорит, и в его голосе сталь. — Скажи, где ты. Немедленно. Я буду через пять минут.
Я называю адрес, и он бросает трубку, даже не попрощавшись.
А я стою посреди вечерней улицы, обхватив себя руками, чувствуя, как холодный ветер пронизывает меня до костей. Настолько одинокой мне кажется, я никогда не была.
ГЛАВА 9
Артем находит меня сидящей на лавочке у дома. Я смотрю на свои дрожащие руки, сжимающие сумку и думаю: какой же дурой я была. Как я могла не замечать? Как могла не видеть? Четыре года. Четыре года я жила с человеком, который строил свою настоящую жизнь с другой. А я просто была удобной — платила за квартиру, готовила, убирала, ждала, терпела. Какая же я идиотка.
Я слышу торопливые шаги, и через мгновение рядом со мной падает Артём — запыхавшийся, взволнованный, с растрёпанными волосами, явно выскочивший из дома в чём попало. Он хватает меня за плечи, заглядывает в глаза, и я вижу в его взгляде неподдельный ужас.
— Рит, о боги, — выдыхает, и голос его прерывается от быстрого бега. — Что случилось, мелкая? Ты напугала меня до смерти своим звонком. Я думал, кто-то умер. Что случилось?!
— Никто, — отвечаю, и голос мой звучит ровно, почти безжизненно. Я сама не узнаю этот голос — он чужой, словно принадлежит кому-то другому.
— Вот и отлично, — он немного расслабляется, выдыхает с облегчением, и на его губах появляется привычная шутливая улыбка. — А то ритуальные услуги нынче дорогие. Знаешь ли, не по карману мне сейчас такие расходы.
Я молчу. Он смотрит на меня, и его улыбка медленно тает. Что-то в моём лице заставляет его напрячься.
— Рит? — его голос становится осторожным. — Ты чего?
Я поднимаю глаза. Смотрю на него — на его встревоженное лицо, на его взъерошенные волосы и внутри меня что-то сжимается, как пружина.
— Тём, — говорю, и голос мой предательски дрожит. — Я могу несколько дней у тебя пожить?
Он на мгновение замирает. В его глазах мелькает удивление, затем понимание, затем тревога.
— Да, конечно, — отвечает, и его голос становится мягче. — В чём вопрос. Вот только парень, тьфу, жених твой, может неправильно понять наше соседство. Так что…
— А его мнение меня уже не волнует, — отрезаю, и голос звучит резко, почти грубо. Я шмыгаю носом, боюсь посмотреть ему в глаза, потому что знаю — если я встречусь с ним взглядом, разрыдаюсь. — Совсем не волнует.
— Рит, — он наклоняет голову, пытаясь поймать мой взгляд. — У тебя что, аллергия? Ты красная вся.
— Ага… на любовь, — отвечаю с горечью, и в моём голосе проскальзывает нервный смешок. — Сильная аллергия, Тём. Слезоточивая и удушающая. Даже тахикардию может вызывать. Представляешь?
— Смешно, — он качает головой, но я вижу, как его челюсть сжимается. — Ну так что случилось, мелкая? Тебя что, бросили?
— Бинго. Ты угадал, — произношу и внезапно осознаю, что эта фраза точно отражает произошедшее.
Артем замолкает. Я чувствую его изучающий взгляд на себе. Он смотрит на меня так пристально, словно пытается прочитать мысли. Затем садится рядом, на корточки, берёт мои руки в свои, и его голос становится серьёзным, почти жёстким:
— Рит! Посмотри на меня!
Я нехотя отвожу взгляд от пустоты, от тех грязных плит, на которые я смотрела, и поднимаю на него. И видимо, он видит что-то такое в моём лице — что-то, что заставляет его побледнеть.
— Рит?! — он резко встаёт, хватает меня за плечи, чуть встряхивая, пытаясь привести в сознание. — Самсонова, что случилось?!
А я как будто в трансе. Смотрю сквозь него. Чувствую, как его руки сжимают мои плечи, но это ощущение доходит до меня как сквозь толщу воды. Я слышу его голос, но он звучит где-то далеко, словно из другого мира.
— Мать его! — он сжимает зубы, и я вижу, как на