Переиграть судьбу - Лана Лаврова

— Я и не настаиваю. — От яркого света глаза слезились, мешая сфокусироваться на женщине. Ее силуэт расплывался перед глазами. — Вы отлично водили всех за нос столько лет, не побоялись даже сунуться к Стражам и якобы шпионить за культом.

— О, это был мой самый лучший ход. — Не скрывая своего восторга пропела женщина. — Я очень рада, что ты оценила его. В отличие от своей матери, ты гораздо умнее. Я всегда верила, что ты унаследовала мой ум, и, как оказалось, не ошиблась.

От ее похвалы я скривилась.

Взгляд немного прояснился и я смогла рассмотреть комнату. Зная тягу фрессы к дорогим вещам не удивилась обстановке кабинета. Стены, обшитые панелями из ценных пород дерева, создавали атмосферу благородства и монументальности. Дубовый стол, покрытый красным сукном, выглядел солидно и внушительно. Одну из стен занимали полки, уставленные свитками и книгами, настолько древними, что, судя по тусклому свечению, исходящему от их ветхих обложек, их сохранность обеспечивал магический кокон.

— Ты наверно хочешь пить, — женщина подошла к столу и заякгула пробкой в графине. — После перехода всегда мучает жажда. Сядь и попей.

Она сделала шаг ко мне, держа в руке стакан. Мое тело, словно по команде, отступило на пару шагов назад. Ноги наткнулись на кресло, которое стояло позади, колени сами согнулись, и я безвольно опустилась в него под ее удовлетворенным взглядом.

— Вот и умничка. Пей.

И вновь предательское тело послушно выполнило приказ.

Мои пальцы крепко сжали стакан, рука уверенно поднесла стакан к губам, и рот приоткрылся, чтобы сделать глоток. Я понимала, что не хочу пить, но не могла остановиться. Вода с трудом проталкивалась в горло, стекала по подбородку и каплями падала на пол.

Пустой стакан с гулким стуком ударился о подлокотник.

— Как вы это делаете? — К счастью, говорить я ещё могла сама без приказа.

— Ты про контроль? — Хитро улыбнулась женщина. — Кровь, моя девочка. У нас с тобой одна кровь, и мне не составило труда создать привязку. Она уже давно на тебе, а сейчас пришло время ей воспользоваться.

Услышав ее ответ, ощутила, как волосы на затылке встают дыбом.

Про привязки на крови я знала лишь одно — их не разорвать, пока один из связанных не умрет. И не подчиниться приказам я не смогу. Уже не могу. И главное, я совершенно не чувствую связи, и значит, даже попытаться сопротивляться у меня нет шансов. Внутри всё сжимается от бессилия.

— И что теперь? Заставите меня освободить Тлена. — Горло сводит спазмом. — Только у меня для вас одна новость: его искра слилась с моей, и отделить ее у вас не получится.

Хотелось хоть немного подпортить ее триумф. Убрать эту довольную улыбку с ее лица, заставить ее понервничать.

— Я в курсе. И ты права, отделить ее я не смогу. Но он сможет. Вы же с ним истинные. Одно дыхание на двоих, одно биение сердца… И прочая романтическая чушь, которая сейчас сыграет мне на руку. Меня больше ничего не остановит, Лира. Ничто и никто!

Она произнесла это, наклонившись ко мне. Её руки лежали на подлокотниках, и от её близости меня вдавило в спинку кресла.

— Не сомневаюсь, раз уж вы пожертвовали своей дочерью. У меня только один вопрос: это того стоило? Принести в жертву свою плоть и кровь…

Она слегка наклонила голову, словно прислушиваясь не к моим словам, а к чему-то далёкому, что звучало только для неё.

— Стоило… — Она усмехнулась, в ее глазах зажёгся алчный блеск. — Власть всегда стоит жертв. Любых жертв. Думаешь, я не любила твою мать? О, нет любила. Как и ее отца когда-то. А он не задумываясь вышвырнул меня из своей жизни, высмеяв перед Забытыми моё предложение разбудить Тлена. Назвал меня сумасшедшей, а мою идею бредом. И где он сейчас? А они? — Она истерично рассмеялась, запрокинув голову. Её смех вызвал у меня волнение, словно натянутая тетива. — Я докажу им, что это был не бред.

— Кому им⁈ Они этого не увидят, сидя в ледяных саркофагах. Доказывать некому.

Она отшатнулась от меня, а потом ударила себя кулаком в грудь и рявкнула, как хорс перед броском:

— Мне! Это надо мне! — Еще немного, и она брызгать слюной начнет, как сумасшедшая в момент припадка. — И они увидят. Там, сидя в своей ледяной скорлупе, они содрогнутся от моей власти. И поймут, что я была права.

В её взгляде уже не было ничего человеческого — только торжество, холодное и беспощадное, как лезвие клинка.

Похоже, травма, нанесённая ей моим дедом, хорошо так повредила ей психику. Родственнички у меня как на подбор, теперь понимаю, в кого я такая зацикленная, только в моем случае обошлось без фанатизма, правда, для этого мне несколько раз пришлось умереть. Так что ещё малой кровью отделалась.

— Ты ведь по картине догадалась, где искать ключ?

Она так быстро перепрыгнула на другую тему. Лицо вновь стало безмятежным, а из глаз исчез фанатический блеск.

— Откуда вы знаете про нее? В Зал Памяти доступ имеют только ЭссАрди.

— Тут мне повезло. Ваше семейство в честь юбилея рода открыло двери для всех желающих. Вот тогда-то я и поняла, почему все мои попытки с искрой терпели неудачу. Я узнала браслеты на твоей прабабке и поняла, из какого рода была его истинная. Мне нужна была кровь ЭссАрди. Вот тогда-то у меня и созрел план, в котором дочери я отвела главную роль.

Она говорила, словно выплескивая наружу всё, что накопилось в ней за долгие годы. Ходила по кабинету и говорила, и говорила. Не замолкая, чтобы передохнуть.

Моя мать тоже пила кровь богов, но в малых дозах и взрослела медленнее. Поэтому в моих воспоминаниях из приюта я видела ее подростком. А та женщина, казнившая парня, сейчас была передо мной. Вот кто был моей родственницей, в чьё видение я попала. Даэль оказался прав.

Записанный случайно разговор отцом и предрешил его судьбу. Изначально она не планировала его убивать, как и мою мать, но, поняв, что он узнал больше, чем нужно, решила от него избавиться. А ритуал с жертвоприношением был отличным прикрытием. Никто не заподозрил, что главной целью был ЭссАрди.

Она упивалась каждым словом, каждой своей победой, начиная