Хозяйка постоялого двора. После развода с драконом - Эля Шайвел

Не знаю, как девочки, но я спала беспокойно. А судя по скрипящей кровати и тому, как они ворочались, и у них была непростая ночь.

Снилась мне странная смесь из прошлой жизни и этого мира: голос Кати, доносящийся сквозь дверь, потом вдруг превращающийся в хихиканье мерзкой Лизки, а следом почему-то в ворчание Лары, поварихи Сандера.

Дальше сны всё сильнее переплетались с новым миром: тёмно-синий вихрь телепортации, из которого на меня смотрели насмешливым взглядом синие глаза Сандера, что было весьма пугающе, а следом я, с этим дурацким веником из морковной ботвы в моей руке.

В итоге я ворочалась, просыпалась от скрипа кровати и «переворотов» девочек, снова засыпала, и всё повторялось. Даже Милли во сне урчала как-то немного тревожно и периодически перемещалась по постели, будто чувствовала моё беспокойство.

Проснулись мы от резкого скрипа двери где-то во дворе. Я вскочила первая, и девочки сразу за мной. В беспокойстве переглянувшись, мы молча подошли к окну.

Я не знаю, что подумали Найда и Сейра, но у меня была лишь одна мысль: «Сандер». Опять он явился!!!

Но когда я, открыв ставни, выглянула в окно, то обнаружила, что вместо герцога у ворот постоялого двора, на которые как раз был вид из нашей комнаты, на земле сидели два здоровенных мужчины, закутанных в тулупы.

Точнее, не совсем сидели, а мирно похрапывали, прислонившись к воротам двора изнутри. Это было очень странно и не очень безопасно, ведь на улице была зима! Почему эти двое на земле спят, так ведь и умереть можно?!

Рядом с неожиданными гостями на расчищенной от снега площадке стояли аккуратные деревянные ящики самых разных размеров, притом десятка полтора, не меньше.

— Эй! — выкрикнула Сейра. — Вы кто такие?!

Один из мужчин — рыжий, с небольшой щетиной — вздрогнул и открыл глаза.

— О! Проснулись! — радостно крикнул рыжий и толкнул локтем своего «товарища». — Барлоу, вставай, хозяйки на ногах!

Второй, темноволосый и более широкоплечий, зевнул во всю пасть и протёр глаза.

— Доброго утречка, — сказал Барлоу сиплым голосом. — Проспали вас немного. Герцог велел не будить, ждать, когда сами подниметесь. Привезли вам подарочки от него. И помощь, чтобы всё это разобрать, донести и собрать.

— Помощь — это мы, — прокомментировал первый. — Меня зовут Торм, а это у нас Барлоу. Мы от герцога Сандера Блэйка.

Чего только не было в этих ящиках… Там находилась целая кухня, работающая на магии вместо привычного электричества.

Блестящая, новенькая плита с гладкой поверхностью, вроде стеклокерамики из нашего мира, с духовкой и вытяжкой. Всё в трёх экземплярах.

Четыре огромных холодильных короба, внутри которых висели сосульки-артефакты, поддерживающие в этих холодильниках холод.

Что-то вроде магического миксера — стеклянный шар с лопастями, вращающимися от прикосновения, магический-электрический чайник, микроволновка, кастрюли и сковородки с самоочищающимися чарами, даже аналог тостера там был!

В общем, почти всё, к чему я привыкла в нашем мире, но теперь работающего с помощью волшебства. В отдельном ящике лежала записка от Сандера, короткая и деловая: «Для успеха предприятия моей любимой жены. С.Б.»

Мы с девчонками сначала пытались хранить достоинство, не удивляться и не радоваться, но быстро сдались. А вы встречали женщин, любящих готовить и способных остаться равнодушными в подобных обстоятельствах? Я — нет.

Так что мне совсем и не стыдно, что ближе к середине «разбора» мы стояли с открытыми ртами, перебирая диковинки, а ближе к концу словно дети, копошащиеся в новогодних подарках, восхищённо перекидывались фразами в духе «А у меня вот тут знаете что?!».

— Ну что, — сказал рыжий грузчик, представившийся Тормом. — Вот мы всё и распаковали, теперь пора определиться, куда это всё ставить. У нас приказ — весь день мы в вашем распоряжении.

Позавтракали мы на скорую руку — доели вчерашний салат и разогрели оставшиеся котлеты на новой волшебной плите, что заняло считаные секунды.

Под чутким руководством Торма и Барлоу, которые, как выяснилось, были не просто грузчиками, а настоящими мастерами с золотыми руками, и наш день понёсся как снежный ком с горы: в приятных хлопотах и заботах.

Торм, рыжий здоровяк лет тридцати трёх, оказался душкой, правда, болтливым, зато с золотыми руками и о-о-о-о-очень сладким языком.

Ворча на нерадивых прошлых хозяев, он сразу принялся налаживать печь в общем зале… и отношения с Сейрой! К которой постоянно обращался за советом, подозрительно часто повторяя, что ничего не смыслит в «этих ваших женских штучках с уютом».

Сейра, обычно довольно бойкая, почему-то краснела и говорила тихо, постоянно смущаясь и запинаясь. После прочистки печи она с Тормом занялись расстановкой лавок и столов в общем зале.

К обеду смущённое молчание с её стороны уступило место кокетливому смеху. Кажется, и ей рыжий здоровяк пришёлся по душе. Справедливости ради Торм ничего, ни грамма лишнего себе не позволял, но без остановки осыпал девушку комплиментами.

Темноволосый Барлоу, чуть помоложе и гораздо более молчаливый, взялся за полы и окна. Он ловко орудовал какими-то заклинаниями на очистку, выравнивание и лакирование дерева, так что полы в нашем заведении начали блестеть, как и Найда, которой я поручила приглядывать за мужчиной.

Несмотря на степенное молчание Барлоу, их пара тоже издавала много шума, но в основном из-за самой Найды — девушка буквально «закидывала» мужчину вопросами по заклинаниям и критикой.

Но тот охотно и очень спокойно всё объяснял и... с особенной нежностью трогал руки девушки во время обучения её новым заклинаниям. Так что ближе к обеду раскрасневшаяся Найда просто щебетала обо всём на свете, пока мужчина работал.

Мы с Милли занималась кухней: расставляли посуду, периодически вызывали мужчин, чтобы те установили какой-нибудь магический агрегат из подаренных Сандером. А когда они уходили, Милли осторожно учила меня магии, в основном, правда, пока что только управлению этими всеми приборами.

А потому шумовая завеса из Сейры и Найды отлично справлялась с тем, чтобы ни Торм, ни Барлоу не поняли, что я магией не владею.

Вот магический миксер, например, меня сначала чуть не вывел из себя — он реагировал на малейшую, самую неоформленную мысль, которых в моей голове клубилась туча. Пока я представляла, как бы не отчекрыжить себе пальцы этой чудо-телепатической-техникой, противный прибор и постоянно начинал скакать по столу.

Милли в это время хохотала в моей голове, добавляя градус безумия в происходящее, пока я училась чётко