Ее истерзанные звери - Э. П. Бали

Сглотнув, я ложусь обратно на стол и поправляю полотенце, прикрывая пах. Затем задираю платье, обнажая низ живота.

— Делайте побыстрее, — цежу я сквозь зубы.

— Это нужно лишь для проверки состояния яичников и матки, чтобы мы могли…

— Я прекрасно знаю, что вы делаете, — обрываю я. — Я же сказала: живее.

Дэмиен подходит ближе, чтобы получше все рассмотреть, а мне остается только пялиться в потолок, пытаясь выровнять дыхание.

Все наклоняются вперед, уставившись в экран аппарата УЗИ, словно им всем безумно интересно поглазеть на мои внутренности. К горлу подступает тошнота, и я сжимаю края стального стола так сильно, что ладони мгновенно становятся мокрыми.

Соломон с силой надавливает датчиком чуть выше правой бедренной кости.

— Сколько раз вы проделывали это с моей матерью? — спрашиваю я, не отрывая взгляда от потолка. — Сколько раз, пока она не перестала реагировать?

Краем глаза я замечаю, как ученые неловко переминаются с ноги на ногу. Кто-то прокашливается. В этой комнате нет женщин. Только мужчины, только анимусы. Интересно, было ли ей страшно? Знала ли она, какое будущее уготовано ей и ее дочери?

— Постарайтесь расслабиться, — хрипит Соломон. — Вы, к счастью, молоды. С нашей работой не должно возникнуть никаких проблем.

— С незаконной работой, — чеканю я. — С аморальной работой.

— С добровольной работой, — вставляет Упырь. — С важной работой.

Я перевожу взгляд на него — он возвышается надо мной слева. Он ничего не знал о заточении моей матери, но теперь это не имеет значения, ведь прямо сейчас он руководит моим собственным. Надеюсь, он видит смерть в моих глазах. Надеюсь, он понимает, что за все это я лично убью своего отца.

Глава 10

Ксандер

Enter Sandman — Metallica

После этого фарса, который они весь день гордо именовали научным исследованием, я в прескверном настроении. А мысль о том, что мне пришлось битый час наблюдать, как Упырь лапает Отродье, злит еще сильнее.

Слава богу, сейчас наступила тишина. Я тащу девчонку за собой на первый этаж, а она уныло плетется сзади — наверняка оплакивает те пушистые комочки, запертые в клетке Дэмиена.

Нимпины — абсолютно бесполезные твари. В них и кусать-то нечего, одни кости, которые к тому же наверняка застрянут в горле как комок шерсти. Вообще не понимаю, зачем Лайл изначально с ними возился. Анимы нянчились с ними как с Тамагочи, а анимусов эти недоразумения вообще не сдерживали. Полный идиотизм, как по мне.

Вечером в поместье Дракос ожидаются гости. Это главное событие сезона и мое долгожданное возвращение в драконье общество. Драконы слетаются из других штатов и даже из-за границы с единственной целью — поприветствовать меня. И я не позволю всяким червям испортить праздник моей семье. Я уже приказал им сидеть под землей до рассвета, пригрозив, что поджарю и повешу. Впрочем, ученым сейчас и так не терпится изучить образцы и данные, которые они только что собрали, так что они точно никуда не дернутся. Мейс Нага тоже, что неудивительно, куда-то испарился. Без сомнения, испугался ответного удара со стороны Дикаря и Лайла и теперь прячет своих ближайших родственников. Дикарь и в лучший-то день обожает брать заложников, так что его первыми жертвами наверняка станут Шарлотта Нага и ее выживший партнер. Не думаю, что Отродье знает о смерти своего дяди Бена, и уж точно не я буду тем, кто ей об этом расскажет.

Я раздраженно тру шею, пытаясь достучаться до своего дракона. Тишина. Внутренний зверь полностью замер — лишь ребра мерно вздымаются от медленного, глубокого дыхания. Он выглядит как обычно, но сколько бы я ни шпынял его, он не издает даже слабого фырканья.

Очередная волна злости скребет изнутри. Я даже взлететь не могу, чтобы выпустить пар.

Цепь, пристегнутая к браслету на моем запястье, резко натягивается. Я оглядываюсь через плечо и замечаю, как Отродье спотыкается, но удерживает равновесие.

— Слишком быстро, — бормочет оно.

Я продолжаю идти как ни в чем не бывало, лишь шумно выдыхаю через нос. Нужно сосредоточиться на сегодняшнем вечере. Репутация семьи зависит от того, идеально ли все пройдет.

Мы поднимаемся в кабинет отца на самом верхнем этаже — он расположен в одной из башен, откуда открывается вид на парадную лужайку. Ему достаточно просто повернуть голову, чтобы увидеть каждого, кто въезжает через главные ворота. Именно поэтому я всегда пробирался с северной стороны, когда тайно навещал сестру и детенышей.

Отец сидит за столом из горного ясеня лицом к двери, склонившись над кожаной папкой с биоданными аним. Он наверняка услышал мои шаги еще у основания лестницы, но я из вежливости стучу костяшками пальцев по открытой двери.

— Мой наследник, — произносит он, вскидывая глаза. — Заходи, присаживайся.

Я прохожу в кабинет и быстро занимаю обитое красным бархатом золоченое кресло напротив стола. Отродье неловко застывает рядом. Поразительно, неужели ее никто никогда не учил манерам?

Не отводя взгляда от отца, я дергаю за цепь и командую:

— На колени.

Краем глаза я вижу, как Отродье вздыхает и с максимальным выражением недовольства опускается на колени подле моего кресла.

— Оно научится, — замечает отец, с интересом разглядывая ее.

— На вечерний прием стоит надеть обсидиановые кандалы.

Отец пренебрежительно машет унизанной перстнями рукой; в лучах предзакатного солнца вспыхивает множество золотых колец.

— Гости захотят увидеть, на что мы способны. Я хочу, чтобы они получили удовольствие.

— Будут и другие развлечения, — осторожно подмечаю я. — Вряд ли стоит выставлять его напоказ.

Отец бросает на меня резкий взгляд, давая понять, что я переступил черту.

— В этом-то весь смысл. Оно всех крайне интересует. Особенно лорда и леди Хеллфайр из Мельбурна. — Он достает один из листов, пододвигая его ко мне по гладкой древесине. — Я хочу, чтобы ты внимательно присмотрелся к мисс Франческе. Она отличная кандидатура.

Я беру лист и изучаю маленькое портретное фото, приколотое к правому верхнему углу.

— Я тоже так думал, — бормочу я. Девчонка и правда очень привлекательная. Высокая блондинка под метр восемьдесят, с темными глазами и прямым аккуратным носом. Губы изогнуты в кокетливой улыбке, словно она пытается соблазнить меня прямо через объектив камеры. — Но мне приглянулась еще одна кандидатка. Мисс Надин Чен.

— Это мой следующий фаворит, — отзывается отец, откидываясь на спинку кресла и соединяя кончики пальцев. — Обе хорошей породы. Обе плодовиты. Обе в здравом уме.

— И прекрасно образованы, — медленно добавляю я, проигнорировав последнее замечание. — У семьи Чен отличные связи.

— К тому же ее родители вернутся в