В этой жизни я смелая! - Снеталия Морозова

Такая магия редка и уникальна, лишь тот может создавать реальность в костюме, кто видит суть носителя. Одежда для воина – легкая, но неуязвимая, платье для королевы - усиливает её статус, заставляя узоры на ткани переливаться в такт её речи. Плащ, сотканный из сумерек, способен спрятать человека, а рубашка, пропитанная солнечными лучами, греет даже в стужу. Но, надо помнить!

Я и так сидела, впитывая все слова как губка, а тут вообще задержала дыхание:

- Маг должен помнить, что нельзя создать доспехи прочнее, чем воля того, кто их носит, другими словами: нельзя овечке надеть доспехи воина, они её и погубят. Нельзя наживаться на своей магии, лгать, насмехаться. Следует помнить: костюм – отражение характера! Простолюдин не сможет носить костюм короля. Если создать костюм не по характеру и носить, не снимая, его семь дней, он может изменить судьбу. Но какой ценой?

- Я запуталась еще больше, - облокотившись щекой на кулак, тихо прошептала.

- Нади, что ты?! По характеру и костюм, ты тонко уловила меня, практикуйся. Я помогу, не переживай!!!! Не-ве-ро-ят-но!

Мы сделали начинку, нафаршировали блины, достали мясо с крупой и овощами, поставили на стол овощной салат.

- О, вы все тут? – заглянул на кухню Фред.

Парнишка сел рядом с сестрой.

- Генри, ты куда собрался? Это руны? Корона повара – кудесника? Ух ты! Откуда такой костюм?

- Это магия Нади.

- Архитектор реальности?

- Ага.

Фред уставился на меня, словно я сошла с небес.

- А давайте тут обедать? Чего тащить со стола на стол? Тут уютно, - я решила переключить внимание с себя.

- Давайте! – Софи захлопала в ладоши.

Для неё сегодня был день открытий и радостных потрясений.

Генри снял колпак, развязал пояс, осматривая его ещё раз, и мы приступили к трапезе, усаживаясь за столом на кухне.

- Вкусно, Надия, очень, - Фред поднялся из-за стола.

- У тебя еще есть занятия сегодня? – я решила поинтересоваться до скольки занят юный маг.

- Еще четыре часа и свободное время, - парнишка уже уходил.

- Фред, за собой убери грязные тарелки в помоечный шкаф, у нас прислуги нет в доме.

Фред удивленно посмотрел на меня, потом на Генри, тот и вида не подал, продолжая цедить теплый напиток, рассматривая что-то в своей тарелке. Юный маг медленно вернулся к столу, взял свою посуду, отнес в положенное место.

- Спасибо, Фред. До вечера. Пироги предпочитаешь с яблоками или капустой?

Он на меня посмотрел – взгляд отца – вдумчивый, внимательный.

- И с тем и с другим.

- Ладно, будет тебе и с тем, и с тем.

День прошел быстро, нет – пролетел, как ракета сверхскоростная.

За ужином мы доедали блины, ещё я сделала салат из тушёных тёплых овощей с орехами и каждому по стейку рыбы приготовила. Я уже понимала, кто сколько ест. Генри ел не спеша, смакуя, довольствовался небольшим объемом, но пробовал всё. Фред же наедался вдоволь, я понимала: растущий организм, много умственных и физических нагрузок в течение дня, Софи – ну, тут, как птичка. Но! Уже лед тронулся – ела - и это прекрасно. За ужином она съела два кусочка рыбы, пару ложек салата, и мы с ней блин поделили.

Перед сном я искупала малышку, расчесала волосы, надела ей легкие хлопковые штанишки, маечку, а не широкую сорочку, рассказала сказку про Рапунцель. Она уснула быстро, я поцеловала её перед уходом, она обвила меня руками за шею и тоже поцеловала.

Я думала, она уже уснула, крепко обняла её и прошептала:

- Я люблю тебя, Софи. Спокойной ночи, доченька!

Пошла к себе, пребывая в эйфории от своего же признания этой маленькой доброй девочке, от общения с Генри, с Фредом, садом, чувствуя усталость. Приятную... кайфовую….

Фред…он только при отце был дерзким, кстати. Бернар…так домой и не пришел. Поймала в себе чувство обиды, представляя зачем-то его с красивой, страстной красавицей – тигрицей, ласковой, игривой, раскрепощенной и роковой.

Я заглянула в шкаф с платьями Ирми, сунула в них нос, они не пахли чужим телом, были все безупречно чистые или новые. Белье Ирми мне оказалось мало, надо спросить Генри, где приобрести для себя. Платья с корсетами тоже убрала, оставив два свободных, куда входила моя немаленькая грудь. Обувь была в пору.

В комнате находился стол у окна, стул, небольшая тахта, в смежной комнате – спальня, в которой лишь помещались кровать односпальная и трюмо с зеркалом, за дверью в спальне – туалетная комната с унитазом, круглой ванной, столиком с краном и маленьким овальным зеркалом. Здесь мужчиной не пахло вообще, ни одного маленького намека даже не было. Похоже, он к ней и не приходил, они бы не влезли в эту кровать.

Кобель, кобель, мммм….

Я с удовольствием приняла ванну, легла в кровать, вдохнула запах чистого белья и провалилась в сон.

Главное – я живая! Я живу! Еще и дети хорошие, и Генри, и дом…

В голове мелькали цветы в саду, улыбка и доверчивые глаза Софи, Генри в костюме повара - кудесника, Фред с тарелками, которые он убирал за собой, впервые, похоже, его удивлённый и осмысленный при этом взгляд.

Утром я проснулась сама, на часах, что были на стене – всего шесть тридцать. Приняла душ, заплела косу, потом расплела и сделала высокий хвост, полюбовалась своей молодостью, фарфоровой кожей, красотой, надела легкое платье Ирми, свое голубое отложила постирать, подол был в пыли от прогулки в саду. Платье бывшей хозяйки, что я оставила, было бледно-розовым, на широких бретелях, и по низу с рюшами, заглянула к Софи. Малышка еще спала.

Я спустилась на кухню, решив, что на завтрак сделаю пышный омлет с мясом, Фред ел мясо всегда, горячие бутерброды и салат.

Готовила, думала о Софи и Милане, называя их в мыслях сестренками.

- Доброе утро, Надия.

- Доброе, Генри.

Дворецкий осматривал меня, брови его медленно и уверенно ползли на лоб.

- Генри, не молчите, что? Что-то с платьем? Это платье Ирми. Я, кстати, в стопочку сложила вещи сестры, они малы мне, и написала список, что мне нужно.

- Хорошо. Это не платье, Надия, это нижняя сорочка под платье.

- Да?

Я посмотрела на себя.

- Очень комфортный сарафан. Как сделать из него платье, Генри?

- Добавь цвет и рукава.

Генри