Стон океана - Эмма Хамм

Доктор Баркер кивнул:

– Ну да. В этом есть смысл. А зачем тебе так нужна была перерожденная?

– Это моя работа.

– В воду ты прыгнула не поэтому.

Алексия прочистила горло.

– Я была зла, что это существо меня превзошло. Хотела вернуть ее, чтобы доказать, что не слаба.

Доктор не перестал хмуриться. Она и сама должна признать, что звучало не очень убедительно. Да, в тот момент она думала именно об этом. Алексия была в ярости, потому что ундина ее обставил. Хотела доказать себе и ему, что с ней связываться не стоит.

И все же… чем дольше она была на суше, чем больше времени проходило, тем сильнее ей казалось, что ошибалась. Что дело было не только в ярости.

Доктор Баркер покатал шприц в пальцах.

– Весь этот разговор ты говоришь и об ундине, и о перерожденной, словно они живые люди. Это интересная деталь, учитывая, что обычно их такими… не считают.

Алексия вздохнула и посмотрела на дверь. Чем больше она говорила, тем неуютнее ей становилось. И тем чаще она смотрела на шприц и мечтала, чтобы он ее уже уколол наконец.

– Они выглядят как люди. И умеют разговаривать, знаете. Я однажды была в комнате, когда кто-то забыл дать перерожденной достаточную дозу, чтобы она молчала. Она проснулась и попыталась заговорить. Я думала, им не хватает на это мозгов, но нет. Посмотрела прямо на меня и попросила о помощи. А мне пришлось отойти и дать им продолжить, даже зная, что ей больно.

– Это тогда ты начала чувствовать эмоции за пределами своего обычного спектра?

Алексия пожала плечами:

– Без понятия. Это не то, как если бы кто-то кнопкой щелкнул и я вдруг поняла, что все изменилось. Это происходило постепенно. И вот теперь я здесь. Смотрю на перерожденных с сожалением, а на ундин – с интересом.

Доктор Баркер подкатил стул ближе и потянулся к руке Алексии. Провел пальцем по бицепсу, где теперь цвел синяк от того, как ее схватили и швырнули на маты.

– Все это очень необычные эмоции для кого-то вроде тебя. Я хочу понять, прежде чем… ну.

Игла приблизилась к ее коже, и Алексия знала, что он хочет сказать. Прежде чем доктор снова заберет ее эмоции. Прежде чем она вернется в то состояние онемения, которое ненавидела все сильнее с каждым пробуждением.

Но онемение было безопасным. Без этих эмоций она могла прожить куда дольше. И выполнять свою работу, не ставя каждый приказ под вопрос.

Баркер замешкался. Игла зависла над кожей. Он поднял озабоченный взгляд.

– Береги себя, Алексия. Боюсь, чем дольше ты будешь запирать эти эмоции в себе, тем сильнее они будут становиться.

Она взяла доктора за запястье и воткнула иглу себе в руку, чуть глубже нужного. Ладонь Алексии была настолько больше его, что оказалось совсем просто положить большой палец на поршень и нажать. Эмоции волной схлынули, стоило ей встать. Всего несколько секунд, и вот Алексия уже снова была собой.

– Ничего страшного, доктор. Так надо.

Итак, охота началась.

Пророчество его жены сбылось. Аструм увидела его первым, а потом рассказала остальным, которые лишь подтвердили догадки. Фортис помнил слова жены так четко, словно она и сейчас плыла рядом с ним.

«За тобой погонится серебряный зверь. Ты заманишь его на глубину и там выиграешь битву без единой капли крови».

Последний момент ему был не очень ясен, но бог на дне океана все прояснил. Ему были нужны ее воспоминания. Сейчас, впрочем, наблюдая, как ахромо готовится к охоте на него, Фортис мог лишь заключить, что она сумасшедшая. Все они, должно быть, не в себе. Ахромо не полагалось считать, будто они способны охотиться на его народ. Уж точно не в этих водах.

На мелководье – может быть. Народ Воды не привык к солнцу и обычно скрывался в тенях. Фортис сам вырос на глубине. Он знал в бездне все пути, где можно скрыться, все закоулки, дающие ему преимущество. Он мог завести ее корабль в самую глубокую часть океана и потопить его, чтобы она никогда больше не увидела света.

В этом что-то было. Может, так эта маленькая воительница бы уяснила, что не стоило бросать ему вызов.

Со своего места на одной из металлических рук города Фортису было видно не так много. Вокруг этого спутанного гнезда было неудобно плавать, но он как-то справлялся. Кажется, остальные ахромо торопили ее зайти в корабль. Дроиды, снующие по комнате вместе с людьми, заносили внутрь коробки и оружие. Вскоре откроется дверь в океан и выпустит ее в его владения. Фортис даст ей погоняться за собой, как и велел ему океан. Он собирался уничтожить всю храбрость этой ахромо, до последней крошки, но сначала ему нужно было исполнить пророчество.

Ему была обещана погоня.

Серебряный зверь испытает его на прочность, проверит все его способности, которые Фортис развивал годами. Его хвост уже вибрировал от нетерпения – так хотелось показать ахромо, на какого монстра она замахнулась.

Тренировалась ли она, чтобы сразиться с ним? Никакие занятия вне воды не могли научить ее драться с глубинником, и неважно, насколько эта женщина превосходила других ахромо.

Глядя, как на ее корабль загружают очередную порцию припасов, Фортис размышлял. Да, пожалуй, если бы он дал ей время, она могла бы стать впечатляющим бойцом. Тот металлический скелет ей бы точно в этом помог. С правильными тренировками она даже научилась бы использовать его себе на пользу. Сейчас главной проблемой ахромо было то, что она двигалась против течения. А ведь она могла его чувствовать. Мира и Аня научились очень хорошо ловить подводные потоки. Так что и эта воительница тоже могла научиться видеть в них преимущество.

Впрочем, глупо ожидать, что она станет учиться. Их вид не был к этому расположен. Редкие особи были достойны внимания, и то Фортис не был до конца уверен в их способностях.

Наконец ахромо были готовы выплывать из безопасности своего дома. Корабль ожил, зажглись огни, наполняя комнату со шлюзом ослепительным светом. Фортис с шипением закрыл глаза рукой, распушив все жабры. Но руку пришлось опустить. Ему нужно было посмотреть, какой у них план.

Не настолько же они глупы, чтобы отправить своего лучшего воина за кем-то из его вида в одиночестве, верно?

Вот она. Великолепно высокая и мощно сложенная. Волосы