Мой командор - Татьяна Гончарова
— Последствий не будет? — тихо спрашиваю я.
Ведь мне нельзя детей… унаследуют дар ведь. Не хочу, чтобы они так всю жизнь, как я…
Командор молчит. Гладит пальцем мой подбородок.
Как у него получается сдерживаться? Его же кроет намного сильнее, чем меня. Я так ему противна?
— Не будет последствий. Я так тебе противен? Посмотри на меня.
Его голос спокоен. Через силу, повинуясь его приказу, распахиваю глаза.
Внимательный взгляд. Будто в мысли мои проникнуть хочет. Нет, это ему, к счастью, недоступно. Эмоции мои ему при определённых условиях доступны, мысли — нет. Всё равно глаза опускаю.
— Вы очень привлекательный мужчина, командор Хэлтор, — признаю очевидное я. — Нет, у меня нет к вам отвращения.
— Кристан. По имени.
Кажется, меня сейчас в истерику сорвёт…
— Зачем это? — я решаю быть откровенной, чего уж тут. — Пси-сцепка завершится, но мы останемся теми, кто есть. Потом будет сложнее. Для чего?
— Чтобы сейчас было легче. Тебе и мне.
— Не понимаю.
— Сейчас поймёшь. В глаза смотри.
Его руки едва-едва касаются моей спины, гладят, вызывая дрожь. Не могу противиться его приказу. Поднимаю взгляд.
Смотрит на меня спокойно.
— По имени назови.
— Кристан, — наконец, сдаюсь и шепчу я.
От этого у меня что-то внутри срывается… Будто невидимые путы рвутся.
— Умница… — его горячий шёпот на моих губах.
Этот поцелуй иной. Властный, глубокий, подчиняющий. Он овладевает моим неопытным ртом с осознанием своего полного права присваивать меня. Гладит сильными руками спину, сдавливает ягодицы, прижимает меня к себе, давая ощутить его крупный стальной член в паху.
Обмякаю в его требовательных руках, поддаюсь его давлению и глухо стону в его губы от нарастающего желания.
Он целует меня, и продолжает раздевать меня, раздевается сам.
Мои щёки пылают от смущения, от осознания, что именно происходит, не думала, что мой первый раз будет именно такой…
Да и этот разрыв в мозгах между обученным псиоником и запуганной неопытной девчонкой, совершенно одинокой в этой бескрайней вселенной… Мне просто надо не думать пока. Пусть уже всё случится. Я это тоже переживу.
Прерывисто ахаю, испуганно глядя на него, когда он поднимает меня и укладывает на постель. Вытягивается рядом, опираясь на локоть, прижимаясь ко мне своим высоким совершенным телом.
Смотрит в глаза, гладит грудь и ведёт руку вниз, на мой живот… И я глухо стону, вцепляясь в его плечи, когда он властным жестом сдвигает моё бедро в сторону и накрывает чуткими пальцами мои мокрые половые губы.
— Ты очень красива, Мила, — говорит он, снова поймав мой взгляд. — Очень отзывчивая и чуткая. Без всякой пси-сцепки вызываешь желание.
Меня выгибает от неторопливых движений его умелых пальцев между половых губ. Мои пальцы впиваются в его жёсткие руки, но он продолжает нависать надо мной, опираясь на локоть, смотрит в лицо и гладит пальцами внизу.
— Зачем?… — пытаюсь я задать вопрос, — Ах!… Ом… Зачем вы… говорите?..
— На ты, и Кристан, — его пристальный взгляд. — Повтори вопрос, глядя в глаза.
То, что он продолжает делать со мной своими пальцами, мешает. Я выгибаюсь, дрожу всем телом, цепляюсь за него, но командор непреклонен.
— Зачем… ох, ммм… ты мне… говоришь, ах! Кристан…
— Мы будем много раз, Мила, — отвечает он, останавливая движения своих пальцев. — Мне твоя психика нужна в целости. Это ведь твой первый раз?
Кажется, краснеть ещё сильнее я не могу, щёки раскалены не хуже бетона под соплами стартующего транспортника.
— Да… Кристан, — отвечаю я шёпотом.
— Чего больше всего боишься?
Под тяжесть его властного взгляда признаюсь, как есть.
— Боюсь забеременеть, мне рано ещё детей. И, говорят, первый раз очень больно.
— Понял. Я принимаю особый состав, исключающий оплодотворение, — спокойно отвечает командор. — Что касается того, что больно… — он берёт мою руку и кладёт на свой крупный напряжённый член. — Да, я большой. Но сделаю всё правильно. Больно не будет.
Смотрю ему в глаза пристально. Меня встречает его спокойный, полностью подконтрольный взгляд.
— Я хочу, чтобы ты мне сейчас доверилась, Мила, — говорит он, сжимая мою руку сильнее. — Представила, что нет никакой пси-сцепки. Мы желающие друг друга мужчина и женщина. Добровольно и по собственной воле идущие в постель.
— Желающие друг друга?.. — повторила я, опуская взгляд на то, как двигаются его красивые губы.
— Да. Я желаю тебя. Ты очень красива. Ты, Мила. Ты сама. Веришь мне?
Прерывисто вздыхаю и осторожно киваю. Его губы приближаются к моим.
— Расслабься. Мозги расслабь. Забудь обо всём. Я не сделаю больно. Никаких последствий не будет. Я защищу тебя от всего.
Его новый поцелуй медленный и осторожный. Ласкающий. Никакого давления. Просто ласка, изучая, как именно делать мне хорошо.
Всхлипываю и сдаюсь во власть его уверенных бережных рук. Желающие друг друга мужчина и женщина?.. Добровольно?..
Он прав, он тотально прав, мне надо это понять. Ведь я продолжаю сдерживать похоть усилием воли, запретами, страхами.
Если я не отпущу, это сожжёт меня, выжжет с концами.
Мне повезло, что командор так беспокоится о своих подчинённых, даже психику бережёт. Так, об этом я не буду думать.
Мужчина и женщина, добровольно… Вот для чего на “ты” и “Кристан”. Чтобы быть с ним, как с желанным мужчиной.
Ахаю в губы Кристана, когда он снова сдвигает пальцы на половые губы и спускается требовательными губами по шее на мою грудь, а потом на живот.
— Кристан, ах! Зачем?! Ооо…
Он раскрывает мои ноги широко и прижимается губами к моим половым губам, целует их, ласкает, втягивает по-очереди и… моё тело вдруг сотрясается дрожью, ещё и ещё, бурно, громко, так, что Кристану держать меня приходится.
— Красавица моя, какая ты чувственная, — довольный шёпот командора. — А если я сделаю так?
Командор обрушивается на меня метеоритным дождём поцелуев, прикосновений, восхищённых слов. Не остаётся ни малейшего участка моего тела не заласканного, не зацелованного.
Я то на спине под ним, то на животе, то выгибаясь под ним, то дрожа от нового, ещё более яркого оргазма.
И ведь действительно он заставляет меня забыть обо всём. Кто он, и кто я, зачем это всё, и страхи, как жить дальше.
Между ног всё пульсирует, обжигает нетерпением почувствовать его