Дочь священной Эриан - Angelina Georgeson

Несмотря на негодование нескольких гномов, Митрандир решил, что нам с Гиллианом следовало остаться в отряде до конца.

До леса мы добирались верхом на пони. Это оказалось удачным решением для коротышек и крайне неудобным — для меня и эллона. Всю дорогу мне приходилось поджимать колени, дабы не шаркать ногами по земле, а что уж говорить об эльфе, превосходившем меня в росте… Гэндальфу повезло больше — Беорн предоставил магу самую крепкую и рослую лошадку из всех, и ему дорога далась более комфортно.

После нашей беседы, ни я, ни Гиллиан не вымолвили ни слова.

Эллон, между делом, и не думал беседовать — вместо этого он задумчиво разглядывал местные пейзажи. Оказалось, без его болтовни в отряде стало скучно и тоскливо — никому не хотелось подтрунивать над Дубощитом, да над незадачливым Бомбуром. Но я нарочно не поворачивалась к эльфу, хоть это и стоило мне гигантских усилий.

У кромки мы исполнили волю Беорна и отпустили лошадок, оставив лишь одну Гэндальфу — старик ни с того ни с сего покинул нас, но пообещал встретить у склонов Эребора. Это порядком разочаровало, ведь без мага, чудилось мне, до Одинокой горы без приключений мы бы не добрались.

Как только мы ступили в чащу, туманный, прогнивший лес дыхнул на нас чем-то мертвым. Тьма витала всюду.

Я гостила здесь еще девочкой, играла с Леголасом и его подругой Тауриэлью в прятки и никогда не боялась ни орков, ни других обитателей леса. А сейчас сразу же захотелось выбраться наружу и обойти это место стороной.

— Этому лесу явно… плохо, — сообщил Бильбо, держась рядом со мной. — Как будто его поразила болезнь.

— Ты прав. И это грустно, — хмыкнула я. — Когда я бывала здесь в юные годы, птичья песнь ни на миг не умолкала в этих лесах, — сдавленно пояснила я, сжимая тетиву лука.

Весь путь я молилась своей небесной матери. Я умоляла Эриан уберечь нас от напасти и, самое главное, от встречи с лесными эльфами. Оборотень не солгал — здесь не терпели чужаков, порой даже других эльфов. Но меня тревожил лишь один из здешних: мой новоиспеченный даэр*…

«Не зови его так», ‎ — поправила я себя.

С каждым шагом лес становился все более диким, запустелым и страшным. Сгнившие деревья тянулись и цеплялись за нас, точно хотели утащить в непроходимую глубь. Поддавшись внутренней воле, я обернулась в поисках Гиллиана: он плелся в самом конце, озираясь по сторонам, но глаза его говорили о том, что ему вовсе не интересен этот лес и таящаяся в нем опасность.

Вскоре мы потеряли счет времени и бродили туда-сюда, пока не обнаружили, что тропа исчезла. Гномы испугано бегали по лесу, отчаянно выискивая каменную дорожку, но совсем не замечали, что ходят кругами.

Спустя час, а может и два часа, скитаний, Дубощит объявил привал.

От душного лесного воздуха перед глазами всё плыло. Отхлебнув немного воды из фляги, я откинула голову назад. Наверху, пробиваясь сквозь плотный покров листвы, светило солнце. Я протянула руку вверх, играясь с лучиком.

Вверх!

Я подпрыгнула на месте. Звонкий голос в голове вторил, умолял вскарабкаться к солнцу. Я вновь подняла глаза к солнечному лучику — лезть в одиночку слишком рискованно. Как показала недавняя практика у пещер гоблинов, лазать по деревьям я совсем разучилась.

— Бильбо! — шепнула я, подманив хоббита рукой. Полурослик приблизился ко мне. — Давай наверх, нужно осмотреться.

— Хм, неплохая идея! — улыбнулся воришка и ловко вскарабкался на толстую ветвь.

Мы пробирались сквозь сухие и безжизненные ветви, опутанные вязким белым веществом, похожим на смолу. Вот только смола эта не внушала доверия, но не обратив на это внимания, мы продолжали взбираться наверх, пока наконец не вынырнули наружу.

Я сразу же наполнила грудь живительным воздухом и растянулась в широкой улыбке. Сверху лес выглядел сказочно красиво: багряное море листвы, окружившее нас со всех сторон. Бильбо заулыбался и поймал бабочку, а я завидела Одинокую гору, скрывавшуюся за пеленой тумана.

— Гляди! — Я потянула полурослика за рукав. — Вот она, гора!

— И правда! — кивнул Бильбо. — Эй, ребята! Мы знаем путь! Мы знаем, куда нужно идти! — прокричал он вниз. — Ребята? — Тишина послужила ответом. — Торин⁈

— Гиллиан? — вырвалось у меня. Бильбо нырнул обратно, а за ним показалось странное движение — нечто гнуло под себя кроны вековых деревьев, надвигаясь на нас. Затем раздался протяжный крик хоббита.

Юркнув вниз, я сразу заприметила полурослика, что распластался внизу, на белом навесе. Его лицо исказилось от ужаса, когда на него запрыгнул гигантских размеров паук. Я взвизгнула в страхе.

— Держись, Бильбо! — шепнула я, вынув стрелу из колчана. Прицелившись, я выстрелила в голову паука и устремилась вниз, цепляясь за ветви.

— Ты как? — спросила я, оттолкнув тушу и раскромсав липкую паутину кинжалом.

— В порядке, — судорожно кивнул полурослик, отряхиваясь от вязкого вещества. — Нужно спешить. Кажется, они хотят пообедать нами, — он указал рукой за мою спину. Обернувшись, я увидела древа, оплетенные паучьей, неестественно трепыхающейся сетью.

— Нужно найти наших друзей, — прошептала я.

— Ты беги, я задержу их! — Хоббит толкнул меня в сторону.

— Что? Ну уж нет!

— Доверься мне и беги! — прошелестел полурослик, прежде чем растворился в воздухе.

— Бильбо? — воскликнула я. — Бильбо!

Но не успела я еще раз вскрикнуть, как восьмилапые создания ринулись ко мне. Не долго думая, я прыгнула вниз.

Цепляясь за ветви и клочья паутины, одной рукой я старалась затормозить, другой —крепко сжимала клинок — хоть будет, чем отбиваться от этих тварей! Случайно ухватившись за тонкую склизкую веревку из паутины, я покачнулась и улетела вбок, больно стукнувшись коленкой. Не медля, я отползла в сторону и затаилась за широким стволом.

Пауки неслись как смерч, угрожающе шипя. Слышно было, как в паре метров от меня будто пронеслось стадо ме́арасов*.

— Слава Эру, не заметили! — выдохнула я и, вернувшись в прежнее положение, завопила от страха.

Громадный паук разинул пасть, демонстрируя желтые клыки. Он бросился на меня, но я увернулась и вновь канула вниз. Тварь, оскалившись, рванула за мной, хищно глядя своими мелкими глазками. Я вынула второй кинжал и, приземлившись, прокатилась несколько метров по земле.

Тело