Дочь священной Эриан - Angelina Georgeson

— Эрианэль! — вскричал эльф. Я обернулась: Гиллиан, весь в паутине, запачканный и взмокший, тяжело дышал, бегая глазами по мне. Мой вид оказался не лучше, чем у эллона: спутанные, липкие от паутины волосы, поцарапанное лицо. Гиллиан подскочил ко мне, бросил оружие и крепко прижал к груди.

Мы словно вечность не виделись.

— Прости меня! Прости! — он прижался своим лбом к моему. — Я не должен был так поступать со всеми вами! Прости!

Я рассмеялась.

— Я совсем не злилась, — улыбнулась я. — Просто немного дулась.

Эльф хмыкнул. Вдруг рядом с нами появился Кили — взмокший и нервный.

— Потом нежностями обменяетесь! У нас тут бойня вообще-то! — Он потянул нас вправо, где гномы отчаянно бились с восьмилапыми, лезшими отовсюду.

— Ты как? Драться можешь? — Гиллиан нахмурился, сжав мою руку.

— А у меня есть выбор? — пожала плечами я и метнула кинжал за спину эльфа — прямо в голову приближающейся твари.

И мы пустились в наш смертельный вальс, вырисовывая в воздухе опасные узоры клинками, выпуская одну стрелу за другой. Гномы дрались не менее храбро — в этом мне удалось убедиться не раз. Но врагов меньше не становилось. Пауки все прибывали, а надежда на спасение с каждым мигом уменьшалась.

Но вдруг из-за деревьев донесся шорох.

«Почему же вы так долго?» — улыбнулась я своим мыслям.

Лихолессцы повыскакивали со всех сторон, грациозно прыгая по древесным корням, прогоняя пауков, что с писком скрылись в чаще. Все-таки те знали настоящих хозяев леса. Но закончив с врагами, эльфы взяли на прицел и коротышек.

— И не надейся увернуться, гном. Всажу между глаз! — с азартом изрек надменный голос.

Тот самый голос.

Я ухмыльнулась, отбросила назад все страхи и слезы, набрала в грудь побольше воздуха и, обернувшись, приставила клинок прямо к виску лесного принца:

— Nae saian luume, аранен! *

Примечания:

Даэр* — (синд.) жених

Ме́арас — порода диких лошадей, живших на севере Средиземья

Nae saian luume — Давно ждала встречи с тобой

Когда два лучника угрожающе подняли орудия против меня, я опустила клинок и гордо вскинула подбородок.

Аранен сильно изменился с нашей последней встречи: он подрос и стал вдвое крупнее меня, а детские черты его лица полностью сменились грубыми мужскими. Прямой нос, слегка подернутый подбородок, густые темные брови и ледяные блестящие глаза. Леголас безумно походил на своего отца. Однако годы не поменяли его изнутри, и аранен протянул в своей нахальной манере:

— Так ты теперь с гномами якшаешься? — Мужчина обернулся, враждебно глядя на меня. Я закатила глаза и отвернулась.

— Они, в отличие от тебя, мой друг, не строят из себя надутых индюков! — бросил Гиллиан, сбив с аранена всю спесь.

— Ты мне не друг, — отрезал Леголас, сжимая рукояти мечей. — Обыщите гномов. И этих двоих, — он брезгливо кивнул в мою сторону.

— Что⁈ — снова подал голос Гиллиан. — Неужто позволишь другим облапать свою динет?

Я усмехнулась и одобрительно подмигнула эллону. Леголас посмотрел сначала на меня, а затем на моего товарища и с кривой ухмылкой ответил:

— Ты прав, мне следует сделать это самому! — Он приблизился ко мне. На миг мне показалось, будто в его глазах промелькнула неловкость, но аранен вновь обвел меня взглядом, полным презрения.

Я «благодарно» улыбнулась Гиллиану, на что аранен вновь усмехнулся, но быстро вернулся в свое привычное состояние и потянулся ко мне. Я отодвинулась от него на полметра.

— Не прикасайся, — процедила я, вынимая кинжалы из ножен. Собрав свои вещи, я почетно вручила их стражнику, расположившемуся сбоку. — Лук новый, поосторожней, — буркнула я и обратила взор на эльфа. Лесной принц устало вздохнул.

— Руки в стороны, — выдавил он

— Что, все же не терпится потрогать? — съязвила я, но все же выполнила приказ.

— Нет, просто не доверяю тебе, — спокойным тоном отозвался аранен и молча прошелся по моему телу руками, прихлопывая чуть сильнее, чем требовалось. Когда его руки скользнули по моей талии, в животе завязался тугой узел, заставивший сбросить его ладони.

Леголас сердито фыркнул, а затем кивнул другим эльфам, и те ловко связали гномам руки. После, мы дружной вереницей направились во дворец Таура Трандуила.

* * *

Даже спустя долгие годы Лихолесье осталось неизменным. Громадное по сравнению с Имладрисом, это царство поражало своими гигантскими узорчатыми колоннами, опутанными плющом, бесчисленными сводами арок и узкими мостиками. Гиллиан заворожено глядел по сторонам, разинув рот от восхищения. Прежде ему не доводилось покидать Имладрис, хотя он не раз общался с эльфами Лориэна и Лихолесья.

Вид эллона вынудил меня хихикнуть, но когда я заметила испепеляющий взор аранена, ожидающего нас впереди, веселье как-то быстро испарилось.

Гномов отправили в темницы, а меня, Гиллиана и Дубощита аранен повел к своему отцу. Тогда-то я и заметила, что среди коротышек не виднелась знакомая курчавая макушка. Сердце больно кольнуло при мысли о пропаже хоббита, но высказать свое беспокойство я не могла — аранен следовал прямо за нами.

Трон лесного короля, украшенный оленьими рогами, выглядел величественно. Трандуил любил роскошь и богатство — об этом говорил его дорогой серебристый наряд и мерцающие в свете желтых огней перстни. Корону, сидевшую на золотых блестящих волосах, украшали оранжевые дикие цветы. Такие росли только в Лихом лесу.

Когда мы подошли достаточно близко, король заглянул в глаза каждому, а затем обратился ко мне:

— Эрианэль. — Голос владыки был сладким, протяжным. — Как долго мы ждали тебя, дитя. — Мужчина коротко улыбнулся, поднялся и медленно, убрав руки за спину, спустился к нам.

— Таур, — я опустилась в легком реверансе.

— А ты кто, друг мой? — обратился Таур к Гиллиану.

— Это простой стражник, — желчно вставил аранен. Трандуил смерил сына яростным взглядом, но на лице его не дрогнул ни мускул.

— Как твое имя? — Король заинтересованно прищурился.

— Гиллиан, владыка, — эллон тоже поклонился.

— Гиллиан. — Таур улыбнулся уголками губ. — Мой сын нередко рассказывал о тебе в юные годы. —