Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть - Анна и Валентина Верещагины

Однако взгляд Михаэля был другим. В глубине его глаз, казалось, горел красный огонь, вызывая во мне странное волнение.

Все же он чем-то похож на Карлоса. Возможно, именно из-за этого сходства я чувствую себя так неловко.

— Леди, позволите ли вы мне присесть рядом?

Я опустила взгляд на большую подушку рядом со мной и кивнула в знак согласия.

Михаэль спокойно и даже изящно опустился на подушку и устремил взгляд в пламя костра.

Потрескивающий огонь создавал ощущение уюта, которое я помнила по камину в своей комнате, а не привычный шум волн, разбивающихся о берег. Лица служанок, сидевших поодаль, выражали усталость.

— Как ваша рука?

— Рука?

Михаэль бросил мимолетный взгляд на мою ладонь, и я поняла, о чем он спрашивает.

— Ах, рука… — я развернула ладонь, на которой виднелась едва заметная розовая полоска. — Все в порядке.

— Вам следует быть…

— Внимательнее?

— …Осторожнее.

Меня трогала его вынужденная забота.

— Как скажете, Ваше Высочество.

Михаэль нахмурился и, сцепив руки перед собой, сдержанно произнес:

— Теперь вы находитесь на землях Ферзена. Здесь не принято обращаться ко мне «Ваше Высочество» или «Ваше Величество».

Нахмурившись, я опустила глаза.

− К сожалению, в книгах я не нашла подходящих форм обращения к королевским... Имперским особам.

Михаэль усмехнулся и повернулся ко мне.

− К императору следует обращаться «Повелитель». Что до детей и внуков, то всё зависит от положения. «Жак» — самое распространенное обращение к первенцам или главным наследникам мужского пола. «Джак» — к остальным сыновьям.

− Значит, к вам я должна обращаться «Джак Михаэль»?

Мужчина расплылся в улыбке.

− Именно.

− А к вашей сестре? Как к ней обращаться?

− С женщинами всё сложнее...

Я скептически фыркнула.

− Как обычно.

− К императрице принято обращаться просто «Дэжа». К младшим женам, стоящим на ступень ниже, — «Сэви», но только если у них есть сын от императора. В противном случае женщина носит статус «Эви».

− Так... Жак, Джак, Дэжа, Сэви, Эви... — бормотала я, загибая пальцы, пока Михаэль не остановил меня.

− Стой! Подождите... — Я посмотрела на него с обреченностью. — Обращаясь к мужчинам, ударение на первом слоге, а к женщинам — на последнем.

− Приму к сведению. Надеюсь, это всё?

− Дочерям императора разных поколений при рождении дается статус «Эдэ», что выше, чем «Эви». К наложницам и женщинам высокого ранга обращаются «Жэде». К остальным — «Сэра».

От такого количества информации у меня свело челюсти, казалось, сейчас закиплю.

− Но почему у мужчин всё так просто, а у женщин такая градация?

Михаэль пожал плечами и отвернулся к костру.

− Видимо, потому что императору полагается иметь много женщин в гареме. Это признак богатства, власти и гарантия продолжения рода.

Я задумалась. В этом был смысл, но мне было сложно понять этих женщин. Наверняка в гареме кипят страсти не меньше, чем в Акросе.

− Но как тогда определяется наследник? При таком количестве женщин детей должно быть много и... А если у императрицы не получится родить сына?

− Тогда по праву первенства. — Мужчина с усмешкой посмотрел на меня. — Не переживайте так, леди. Скоро всё узнаете.

С этими словами он поднялся и, попрощавшись, исчез в темноте.

− Глория, ты всё запомнила?

Я обернулась к девушке, стоявшей в тени, вопросительно приподняв бровь.

− Записала, но не выучила, мисс.

Я зловеще улыбнулась и обвела взглядом сидящих у костра.

Многие дремали, но из-за моего присутствия не могли уйти. Поэтому я поспешила в палатку, чтобы люди могли отдохнуть.

* * *

Взгромоздившись на спину огромного верблюда, я пристально всматривалась в горизонт, где на фоне золотистых песков маячили смутные фигуры. По всей видимости, это была остальная часть группы, от которой мы отстали. Вероятно, там ждали Пенелопа с компаньонками и Карлос со своей свитой.

Верблюд под моими ногами издал громкое хрипение, заставив меня вздрогнуть.

Сложно передать моё изумление, когда, выйдя из палатки утром, я увидела это внушительное животное с толстыми губами. Не знаю, когда и кто привёл его, но я отметила, что всё было продумано до мелочей, и невольно обрадовалась, что избежала пешего путешествия.

Через несколько часов мы догнали основную группу, присоединились к ней и, ускорив шаг, двинулись следом. Благодаря тому, что мы шли в арьергарде, я избежала встречи с наследником Ферзена. И к счастью. Мне и без того нелегко, а видеть его лицо совсем не хотелось.

Так прошло трое суток.

С наступлением темноты разбивали лагерь, а с первыми лучами солнца отправлялись в путь. Бесконечные песчаные дюны вызывали у меня тревогу.

А вдруг мы сбились с пути?

А что, если на нас нападут разбойники?

А вдруг я усну от усталости, упаду с верблюда и меня затопчут?

И когда паника начала подступать, я заметила вдали зелёный оазис.

— Мисс!

Навстречу мне галопом неслась гнедая лошадь, на которой сидел Эсклиф.

Мужчина, который когда-то казался мне суровым и пугал своим настороженным взглядом, теперь смотрел преданно. Даже с обожанием и осторожностью. Словно преданный пёс...

Я не ожидала, что всё обернётся подобным образом... Мужчина передо мной превращается из волка в покладистого пса, но стоило кому-то приблизиться ко мне, его внутренний зверь начинал показывать клыки.

Мне становилось грустно и неловко от того, что я так явно манипулирую мужчиной, да ещё и по его собственной инициативе, но, с другой стороны, почему бы и нет? Не без его участия моё сердце ожесточилось.

Пусть стыдно будет той Тане, что наивно верила в добро и порядочность.

— Мисс?

— Феликс, скажи, что мы прибыли...

— Почти. Этот оазис станет нашей следующей стоянкой, а уже завтра вечером мы будем в столице.

Мысленно проклиная эту песчаную пустыню, я ощутила прилив сил. Это лучше, чем бесконечный песок и обжигающий ветер, от которого уже не было спасения.

Впервые лагерь разбили задолго до заката.

Оказавшись в тени пальм и густых кустарников, я облегчённо выдохнула.

— Мисс, — выбежала из-за куста Эмма. — Дамам предложили отдохнуть и искупаться у водопада.

Я насторожилась и обернулась.

— У водопада? Не может быть... Ты серьёзно?

Эмма энергично закивала.

— Здесь неподалеку есть водопад, его выделили для принцессы и её свиты. Джак Михаэль отдал распоряжение окружить это место, чтобы никто не побеспокоил вас.

— Какая удача... Покажите, где он.

Мой интерес был продиктован обычным любопытством юной леди. По крайней мере, поначалу...

Что плохого в том, чтобы просто полюбоваться этим чудом посреди пустыни?

Водопад...

Однако с каждым шагом любопытство уступало место навязчивому желанию искупаться. Эта мысль пульсировала в голове, подбрасывая всё