Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть - Анна и Валентина Верещагины

− Верно. Крепкая немного. − В ответ она налётно ухмыльнулась.

Перевела взгляд на пузырёк, в котором до этого было что-то вроде самогона.

− Цветочная, небось? − шифруясь, добавила я и, не сдержав улыбку, благодарно кивнула.

Выпивать такие крепкие напитки я не любила, но сейчас это было очень кстати.

− Если что, есть ещё парочка.

− Прибереги на другой случай. Уверена, позже она мне понадобится.

Мия старательно копошилась в сундуке, а Эмма ушла на поиски оставшихся вещей, и я решила, что пришло время осмотреться хотя бы в комнате. Всё лучше, чем сидеть в ожидании новой панической волны.

Комната, а точнее комнаты, собранные в одном большом помещении, являлись произведением искусства. Бальные залы Акроса, резиденция, как и дворец маркиза, столичная резиденция Ноа, несомненно, великолепны, но это место отличается. В нём есть замысел, душа, что ли...

Если уж комнатка какой-то фрейлины иностранной принцессы такая архитектурно-продуманная, то что же ждёт меня в главном дворце?

Как я и сказала ранее, помещение делится на три зоны, а также имеются две скрытые дверьми комнаты. Предположительно мини-кладовка или, как модно говорить, сокровищница, ну и комнатка без определённого назначения так же пуста.

Потолки пусть и не высокие, как в дворцовых комнатах Акроса, но очень впечатляющие. Ребристые своды напоминали мне паучью сеть огромного размера, раскинутую на белоснежном потолке, усыпанном ненавязчивыми голубыми узорами мозаики. Окна во всю стену стрельчатой формы закрывались не стёклами, а деревянными узорчатыми дверцами. При их открытии они наверняка становились полноценными дверьми или арками. Из отверстий деревянных заслонов пробивающиеся солнечные лучи формируют полутень, что украшает очередными узорами пустой каменный пол.

Комната практически пуста... И это печально. Мебели крайне мало: кровать, широкий подоконник, что может заменить лавочку, да маленький круглый столик без стульев и подушек. Спасибо хоть что на окнах есть тюли, будет чем укрыться ночью, ведь ни одеял, ни подушек, ничегошеньки тут нет.

Пока я сидела на пустующей кровати, прибыла Эмма и какая-то ферзенская служанка. Девушки собственноручно тащили в комнату мои сундуки, что вызвало во мне волну возмущения.

− Эмма! Почему вы тащите это сами? Где стражники? Почему они не помогли вам!?

Эмма виновато глянула на незнакомку, что сиюсекундное побелела после моих слов.

− Мисс... Понимаете, я... Может ли Роза вам об этом рассказать?

Перевела вопросительный взгляд на девушку, что, опустив глаза, начала вещать:

− Сэра, мужчинам, кроме Повелителя, Жака или Джака, запрещено ступать за порог дворца Жасминов.

Меня возмутило это ещё больше, но я промолчала. В этой стране порядки как в восточных странах моего реального мира. Есть отличия, но час от часу не легче.

− Как ты смеешь?!

От пронзительного крика я подпрыгнула на месте и обернулась.

Стоящая позади меня Глория ястребом смотрела на служанку Розу, казалось, герцогская шпионка пронзит её взглядом насмерть. Но что же случилось, что повлекло такую реакцию?

− Глория, я возмущена не менее тебя, но это не повод так кричать. Здесь свои законы, смирись.

− Мисс, разрешите кое-что спросить у этой невежды?

Вообще ничего не понимаю... Чего это она невежда?

Молча кивнула, и Глория уставилась на Розу, что теперь позеленела.

− Ты знаешь, кто стоит перед тобой?

Указала она слишком почтительно рукой в мою сторону. Я даже подобралась как-то.

− Великая Сэра, имя которой Диана Эрскин из Акроса.

− Как ты смеешь звать нашу госпожу столь низким и недостойным статусом, как “Сэра”?!

“− Эм... Девчат, мы что-то упускаем?”.

Все внутренние я взглянули на сообразительную Таню.

“− Сэра − обычное обращение к женщине. Не понимаю, чего Глория взбесилась?”.

− Но... Мне сказали, что статус... акросийской леди − Сэра, ведь она дочь не королевского происхождения.

Шпионка, сузив глаза, сократила расстояние между ними, а я наконец-то поняла причину такого резкого выпада.

В этой стране правильное обращение − неотъемлемая и важнейшая переменная, определяющая статус, как и отношение других в гареме.

Пусть Диана дальняя родственница Пенелопы, что всегда игнорировалось, однако, её мать Элеонора и отец Пенелопы Луи единокровные брат и сестра, а значит, Диана и принцесса двоюродные сестры. Или, как принято ещё говорить, кузины. Но взять в рассмотрение, что единокровные не значит стопроцентно родные, допустим, троюродные, а не двоюродные.

− Перед тобой стоит Жэде, но никак не Сэра!

Ещё немного и девушка потеряет сознание, но я не решилась встать на защиту ей. Покажу хоть намёк на слабость, меня попросту растерзают в гареме, ведь ферзенка наверняка разболтает обо всём, что тут происходило, другим из гарема.

К моему удивлению, Роза упала на колени и, приподняв руки над головой, формируя несомкнутую крышу домика, принялась молить о пощаде.

Неужели решила, что я её казню?

− Пощадите меня, леди Диана, я не знала, что вы носите статус Жэде. Об этом никто не знает. Пощадите меня, умоляю! Я буду верно вам служить, обещаю! Прошу, простите меня, госпожа.

Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать.

− Поднимись, Роза. − Девушка неуверенно поднялась на ноги, не решившись взглянуть мне в глаза. − То, что ты не знала, не преступление, но это не значит, что ты не должна нести ответственность за сказанное. Тебе повезло, что никто кроме нас об этом не слышал, посему я прощу тебя.

− Благодарю вас, Жэде! Вы так великодушны!

Чуть ли не упала ниц она, но я перехватила её за руки.

− Но ты никому не должна говорить, что я Жэде. Для тебя я просто... госпожа. Так у вас обращаются же?

Она неуверенно кивнула и наконец взглянула мне в лицо.

− Да, но почему?

− Так надо. Не задавай мне лишних вопросов и служи верно, тогда будешь вознаграждена и будешь под защитой.

Видимо, она не очень-то мне поверила про защиту. Но обрадовалась награде.

Да, деньги решают, что ещё говорить...

Следующие несколько часов девушки перетаскивали мои сундуки и даже привели Рому и Гошу.

Роза сильно испугалась псов, что радостно прыгали вокруг меня, виляя хвостами.

Будь я на её месте, отреагировала бы так же. Не каждый день увидишь, как огромные собаки, похожие на волков, скачут, словно щенки вокруг матери.

− Так странно осознавать, что теперь я буду жить тут.

− Быть может, вы желаете впустить свежий ветерок в свои покои? − уточнила осторожно Роза. − Я могу отпереть двери...

− Правда? − обрадовалась я. − Чего ты ждешь, отпирай, конечно!

Я радовалась, как ребенок. Мне