На перепутье. Даард. - Ника Летта

Аширо проснулась резко, будто её не из сна выдернули, а из воды. Первое, что она почувствовала, — холод. Второе — тяжесть на щиколотке.

Опустив взгляд, она увидела тёмный кончик хвоста, аккуратно, почти лениво обвивавший её ногу. Он не оставлял никаких сомнений в том, что уйти незаметно ей бы не дали.

Она медленно подняла глаза.

Саш Маарц уже не сидел там, где был ночью. Теперь он находился чуть в стороне, неподвижный, настороженный, будто и не отдыхал вовсе. Регенерация уже восстановила его веки, лицо было обращено в сторону воды, но Аширо не обманывалась. Не смотря на закрытые глаза он прекрасно знал, что она проснулась.

Хвост с её ноги исчез не сразу. Сперва слегка шевельнулся, только потом скользнул обратно к хозяину.

— Вставай, — произнёс Даард, словно ночь вообще не имела над ним власти.

Аширо медленно села, поправляя на себе плащ.

— И куда на этот раз?

— К воде.

— Зачем?

Он повернул голову в её сторону.

— От тебя воняет.

Сказано это было так спокойно, что сперва смысл даже не дошёл. Затем онемев, она медленно поднялась на ноги.

Благородная эльфийка. Дочь дома. Женщина, которую с детства учили держать осанку, следить за каждым движением, не позволять себе быть неопрятной даже в трауре, не то что при мужчине.

Аширо с силой сжала комок земли под руками, не позволяя себе ни всхлипнуть, ни отвернуться.

— Какая редкая деликатность, — тихо сказала она.

— Я не нанималссся тебя утешать, — отозвался Даард. — Идём. Сссначала вымоешшься. Потом я наловлю рыбы.

Она пошла молча.

Что тут скажешь? Что ночь в лесу, падение в разлом, кровь, пыль, магия, чужая печать и отсутствие сил не слишком располагают к утренней свежести? Что она, между прочим, не на прогулку сюда выбралась? Что это вообще он держал её при себе, как пленницу?

Всё это было бы правдой. Но почему-то не помогало.

Водопад оказался совсем рядом — узкая каменная чаша, в которую с уступа срывалась чистая ледяная вода. По краям рос мох, от сырости воздух был свежим, почти колючим. Красиво. Если бы не обстоятельства.

Даард остановился первым.

— Купайссся.

Аширо повернула к нему лицо.

— И вы так и собираетесь стоять здесь?

— Да.

— Вы издеваетесь?

— Пока нет.

Слепой змайс даже не видел её, а ей всё равно казалось, что она стоит перед ним голой уже сейчас.

— Отвернитесь хотя бы.

— Я сслеп.

— Это не отменяет присутствия.

Он чуть склонил голову.

— Ты начинаешшь утомлять.

Аширо вспыхнула ещё сильнее, хотя, казалось, дальше уже некуда.

— А вы невероятно облегчаете мне жизнь.

— Твоя жизнь меня сейчас занимает только в одном сссмысле: чтобы ты не сссдохла раньше времени.

Скрипнув зубами, Аширо принялась развязывать испачканную одежду, вода была ледяной.

Она едва не зашипела, когда первый поток коснулся кожи, но заставила себя не дёргаться. Присела ниже, смывая с рук землю, кровь и остатки каменной пыли. Намокшие волосы прилипли к спине, кожа покрылась мурашками.

Она как раз выжимала край ткани, когда в воздухе над водой вспыхнул золотистый огонёк. Эльфийка замерла.

Птичка.

Маленькая, сотканная из магии, золотая птица описала круг и опустилась на камень у кромки воды. Сердце у неё провалилось вниз. Нет.

Только не сейчас.

Бывший советник тоже насторожился. Пленница услышала, как изменилось его дыхание, как едва уловимо шевельнулся по камню хвост.

— Прими... — последовал приказ от Даарда

Она нехотя дотронулась пальцем до вестника, и птичка осыпалась искрами. И прямо в воздухе развернулась в узкий пергамент.

Голос матери прозвучал сразу.

— Аширо. Надеюсь, хоть на этот раз ты не подвела. Удалось ли тебе вытащить брата из темницы?

Эльфийка побледнела, каждое слово падало как камень.

— Ты обязана достать его. Слышишь? Обязана. Без него твой брак не даст нам ничего. Только он и твой муж смогут вынести артефакт за пределы Академии.

Даард не произнёс ни звука. Но теперь молчание рядом с ним стало таким, что у Аширо кожа похолодела сильнее, чем от воды.

— Если придётся, используй всё, что у тебя есть. Не постесняйся лечь под стражников, если это поможет подобраться ближе к гроту. Мне не нужно объяснять тебе цену неудачи. Ты и так слишком дорого нам обходишься.

Пергамент догорел сам, она не поднимала головы, не могла. Казалось, если она сейчас посмотрит на змайса, то увидит в его лице всё сразу: презрение, насмешку, брезгливое понимание, что перед ним существо, которое собственная мать готова подкладывать под стражу ради выгоды.

Она готова была провалиться сквозь землю.

— Значит, брат, — тихо проговорил Даард.

Только после этих слов Аширо медленно повернула к нему лицо. Он говорил очень тихо.

— Я… не…

— Молчи.

Одно слово, и она замолчала мгновенно. Бывший советник медленно приблизился. И остановился так близко, что Аширо ощутила исходящий от его тела холодный жар силы.

— Сссейчас говорить буду я. А ты — думать, прежде чем снова попытаешшься мне солгать.

Она судорожно сглотнула.

— Ты полезла за артефактом не потому, что тебя просто послали, — произнёс он. — Это было бы сслишком примитивно даже для твоего дома. Нет… Идея была твоя.

Аширо дёрнулась, совсем чуть-чуть, но он услышал.

— Хотела вытащить брата?

Что она могла сказать, ничего.

— Или откупитьссся им перед мужем? — на этот раз её дыхание сорвалось.

И Даарду этого хватило.

— Так... Уже ближе.

— Вы ничего не понимаете, — выдавила она.

— Тогда помоги мне.

Он произнёс это почти мягко.

— Ты хотела, чтобы Кровавый Змайс добралсся до вашего дома. Не так ли? — продолжил он. — Хотела привести к мужу императора. Чтобы тот сссделал за тебя то, на что у тебя самой не хватало ни силы, ни права.

Аширо вскинула голову. В глазах наконец вспыхнуло живое возмущение на пару с дерзостью.

— А если так?

Даард чуть склонил голову.

— Значит, я прав.

Она поняла это слишком поздно.

— Вы… вынуждаете меня подтверждать ваши догадки.

— Нет. Я просто думаю быстрее тебя.

Аширо стиснула зубы так, что заболели челюсти.

Хотелось ударить его. Или закричать ему в лицо, что он ничего не знает о том, каково это —