Этот дракон одержим мной - Екатерина Вострова

Да что говорить-то, господин? Я ведь ни в чем не виноват. Вообще не понимаю, почему все сегодня интересуются этим Ньютом.

А кто еще интересовался? — спросил я тихо.

— Сегодня приходила девушка, — затараторил парень, явно решив, что чем больше расскажет, тем быстрее его отпустят. -

Зашла под видом того, что комнату снять хочет. Только я сразу понял — врет. Одно ее платье стоило целое состояние! Я на красильной мануфактуре работал когда-то, в тканях разбираюсь. Такой шелк — его только для знати ткут.

Пальцы сжались на подлокотнике кресла.

• А зачем же она, по-твоему, приходила?

Парень оживился.

— Комнату обыскать, ясное дело! Я как раз к двери подошел и слышал, как она своей служанке велела что-то искать. А потом, когда я представился и сказал, что рядом с Ньютом жил, начала меня про него расспрашивать. — Он хихикнул. — Ну, я сразу смекнул, что она и есть та самая богачка, с которой Ньют последнее время встречался! Пришла вещь какую-то свою забрать, чтобы никто про их тайные делишки не узнал! Дракон внутри буквально взревел. Я услышал тихий треск: это подлокотники начали крошиться. Часть меня, та, что анализировала разведданные и строила стратегии, все еще пыталась мыслить логически. Я не знал наверняка, была ли это Ариэлла. Богатых девушек в столице сотни, а даже если Ариэлла, то картина не складывалась. Зачем просить меня расследовать смерть Ньюта, а потом самой идти обыскивать его комнату? Ее действия противоречили друг другу.

Но дракон плевать хотел на логику. Он почуял угрозу, реальную или мнимую, и требовал немедленно действовать. Я открыл ящик стола, достал портрет, что отец Ариэллы передал вместе с документами о помолвке, и развернул его перед парнем.

Это она? Та девушка, о которой ты говоришь?

Да, точно она! — парень с энтузиазмом закивал.

Красавица, прямо как на картинке. Вы ее

знаете, господин?

Портрет выскользнул из пальцев, упал на стол лицом вверх. Я смотрел на невинное, прекрасное лицо и понимал: ещё немного, и просто сорвусь.

Кирган. — я больше не мог сидеть, поэтому медленно поднялся и отошел к окну, — зачем ты его притащил?

Дракон внутри требовал крови и разрушений: «Свернуть шею! Свернуть шею этой тараторящей твари! Заткнуть его навсегда..»

— Это еще не все, генерал, — осторожно ответил Кирган, затем прикрикнул на парня. — Рассказывай дальше, и поживее!

— Да что рассказывать-то, господа? Я подумал: если уж такой, как Ньют, ей сошел, значит, и я сойду, верно? — Он снова хихикнул. -

Ну и намекнул ей, что, если хочет платок получить, тот, что у Ньюта под подушкой валялся, пусть ко мне вечером приходит. А я уж ее… того… уважу, так сказать.

Я посмотрел на парня как раз в тот момент, когда тот сделал непристойный жест рукой и подмигнул. Это стало последней каплей.

Воздух в комнате содрогнулся, а стекло в бокале на столе треснуло. Я преодолел расстояние между нами в два шага. Рука метнулась вперед прежде, чем разум успел приказать ей остановиться. Пальцы вцепились в грязную рубаху, рывком подняли парня над полом. Он взвизгнул и судорожно заболтал ногами в воздухе.

Что. Ты. Сказал?

голос прозвучал низким рычанием, в котором не осталось ничего человеческого.

Я тряхнул парня так, что его голова мотнулась вперед и назад, а ткань рубахи под моими пальцами угрожающе затрещала.

— Генерал! — окликнул Кирган.

Ткань не выдержала и разъехалась, парень упал, ошеломленно хватая ртом воздух. — Я… я ничего такого не…

задыхаясь, залепетал он, спустя пару мгновений,

Она же сама

согласилась! Обрадовалась даже! Я не виноват! Она сказала, что вечером придет! Честное слово, господин! Не убивайте! Пожалуйста! Что угодно сделаю!

— Согласилась?! — Рык вырвался прежде, чем я успел его сдержать. — Она согласилась прийти к этому?! — я ткнул пальцем в сторону дрожащего парня. — Одна?! Вечером? — Именно поэтому я его и притащил, — ответил сохранявший спокойствие Кирган. Я сделал медленный вдох, затем еще один. Дракон чуть ослабил давление. Немного, но достаточно, чтобы я снова мог держать себя в руках.

Во сколько у них встреча?

Ровно в восемь, так что у нас есть еще час.

Час…

Я почувствовал, как пальцы сжались в кулак. Я пытался быть с ней жестким, пугал изменами, холодом и равнодушием. Я угрожал, надеясь, что это заставит ее больше не делать глупостей. Но, похоже, чувство страха ей вовсе не ведомо. В ней совсем нет покорности. Она создана, чтобы испытывать границы. И, кажется, я наконец понял, чего она добивается. Хочет, чтобы я сорвался. Чтобы зверь внутри меня проснулся и показал, что он из себя представляет. Что ж… Если она так любит играть с огнем, я позволю ей обжечься. Говорят, древние драконы, не спрашивали дозволения. Они просто забирали то, что считали своим. И пленница не кричала, потому что знала: сопротивляться бесполезно. Хватит разговоров, уговоров и гордых поз. Если человеческие слова на Ариэллу не действуют, значит, пришло время говорить на языке драконов. Я сделаю так, что она больше никогда не забудет, кому принадлежит.