Когда имеешь дело с драконами - Дана Свифт
В школе у меня нет друзей – лишь поверхностные знакомства. Хотя прямые нападки обходят меня стороной, чувство отчуждения постоянно подталкивает к самокопанию, заставляя бесконечно переосмысливать каждое сказанное слово и совершенное действие. «Я ошиблась» или: «Зря я выдала этот непрошеный факт о драконах». Бывают и по-настоящему неловкие моменты, когда я перебиваю других или прошу учителя уточнить домашнее задание, в то время как остальные надеются, что он просто забудет о нем. Я свыклась со всеми этими недовольными гримасами, которые так и говорят: «Замолкни, Фаррен». После чего наступает тягостная тишина, которую я сама создаю.
Несмотря на свои хорошие оценки, я совершенно не горжусь собой, поскольку в школьной социальной иерархии занимаю положение «двоечницы». Раньше я дружила с Карой Мур, дочерью главного преподавателя по серебряному ремеслу. Кара, стремясь стать выдающимся мастером, просила моей помощи с медным, а затем и бронзовым спринтером, чтобы мы обе могли развивать наш магический потенциал. Однако из-за Нити мне пришлось исключить ее из своей жизни.
Я сознательно начала играть роль невидимки, сливаясь с окружением. Это оказалось проще, чем я думала. Я перестала поднимать руку и проявлять инициативу, при этом сохраняя высокие результаты в учебе. После нескольких лет социальной изоляции и утраты многих дружеских контактов я достигла высшего уровня мастерства в умении оставаться незаметной.
Так неужели я слишком долго была заперта в своем одиночестве, раз теперь меня ранит нежелание Джеймса Мёрфи быть моим другом? А ведь я сама оттолкнула его, заявив о своей ненависти. Казалось, хуже уже некуда, но вот я здесь.
В первый же свободный от папиных поручений пасмурный день я отправляюсь в гости к Джеффри и Шелли. Они – мои самые близкие друзья, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте.
Их дом, который они приобрели у наших соседей Флиннов, находится примерно в километре от побережья. Джеффри каким-то чудом сумел вдохнуть новую жизнь в эту потрепанную временем развалюху, превратив ее в обитель уюта и комфорта. Поразительно, как простые синие ставни смогли так преобразить это место!
Когда я стучу по косяку открытой двери, из глубины узких коридоров доносится голос Шелли:
– Это что, моя любимая девочка Уолш?
Джеффри стремительно приближается ко мне, с неизменной шляпой на голове, которую не снимает даже в помещении.
– Добро пожаловать! Ты что-то затянула с визитом. Мы уже начали волноваться, что ты про нас забыла.
– Вините моих родителей, которые сказали что-то странное насчет того, что вам требуется время для обустройства и распаковки вещей.
– Они чересчур заботливы, – с улыбкой отвечает Джеффри. – Я только что приготовил для Шелли чай. Проходи.
Мы следуем вдоль старинных каменных стен, пока не оказываемся в теплой кухне с уютным обеденным уголком. Здесь царит особенное очарование. Идеальное место для них.
– Моя любимая девочка Уолш!
Шелли, вынырнув из-под одеяла, широко распахивает объятия. Увидев ее, я чувствую, как сжимается мое сердце. Она выглядит еще более хрупкой, чем две недели назад: щеки впали, а светло-рыжие волосы потускнели. Я быстро перевожу взгляд на Джеффри. Вчера ночью, когда мы вместе заботились о Нити, он обманул меня, сказав, что Шелли стало лучше. Но он всегда недоговаривает, когда речь заходит о ней. Мне следовало предвидеть это и прийти раньше. Эти мысли заставляют меня крепко сжимать флакончик в кармане.
С момента своего появления в нашем заповеднике тринадцать лет назад Шелли стала для меня названой старшей сестрой. Осиротев, она нашла приют у своей бабушки, миссис Прайс, когда мне было всего три. Пожилая женщина, которой на тот момент стукнуло уже семьдесят четыре года, с трудом справлялась с неуемной энергией Шелли, чья жажда приключений распространялась не только на исследование окрестностей, но и на дерзкие полеты на драконах.
Шелли научила меня плести косы и краситься, а еще тому, что настоящая привлекательность должна идти изнутри. В период моей склонности к уединению и увлечения драконами, когда мне было трудно находить общий язык с людьми, она стала моей опорой. Шелли помогла мне осознать, что избегать внимания – не значит отказываться от женственности, и своим примером показала, как здорово быть девушкой.
– Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я, прижимаясь к ее щеке.
– Хорошо. А теперь и вовсе замечательно.
Мне хочется улыбнуться от этого тонкого намека, что мое присутствие делает ее жизнь лучше. Джеффри ставит передо мной чашку с чаем, и мы вместе устраиваемся за маленьким круглым столиком.
Я снова сжимаю флакончик в кармане. Мне не хотелось начинать с этого и возвращаться к нашему извечному спору, но видеть ее такой – просто невыносимо.
Однако только я собираюсь озвучить свои мысли, как Шелли опережает меня вопросом:
– Рассказывай о моей замене. Слышала, между тобой и новым стажером есть какое-то напряжение?
В ее словах отчетливо звучит ирония.
– Во-первых, Джеймс Мёрфи – не твоя замена. А во-вторых, да, мы ненавидим друг друга.
Шелли хмурится, а Джеффри изумленно восклицает:
– Что?
Я перевожу взгляд с одного на другого.
– Между нами все сложно.
– Но Джеффри сказал мне, что у вас взаимная симпатия, – недоумевает Шелли.
Я давлюсь чаем.
– Чего?!
– Вы двое постоянно переглядываетесь, – с интересом объясняет Джеффри, наклоняясь вперед.
– Все потому, что я защищаю семейный секрет и наблюдаю за ним. А он… в принципе постоянно пялится на всех.
Шелли улыбается Джеффри:
– Теперь я понимаю, о чем ты говорил. Забавно.
– Нет, нет, нет! – Я вскидываю руку и поочередно указываю то на одного, то на другого. – Не делайте из меня посмешище. Это предположение просто отвратительно!
Вот и пытайся обсудить с ними серьезную проблему…
– Слишком поздно, Фаррен. Ты всегда была нашим источником веселья, – смеется Шелли.
Я молча развожу руками, желая поскорее свернуть этот разговор.
– Вообще-то, я здесь ради обещанного. – Мой взгляд прикован к Шелли. – Мне нужно узнать все про предложение.
Джеффри ахает, принимая оскорбленный вид:
– Я же все тебе рассказал!
– И я отвергаю твое поверхностное изложение.
– Я знала, что ему нельзя доверять, – говорит Шелли, отпивая чай.
– Эй, я все еще здесь, – возмущается Джеффри.
– Да, но по-прежнему остаешься ненадежным источником информации.
– Ладно. – Джеффри откидывается на спинку стула. – Расскажи ей сама, как хорошо я справился.
Улыбка Шелли озаряет ее лицо.
– Он справился довольно неплохо.
В следующие тридцать минут я слушаю романтический рассказ о том, как