Поймай меня, воевода, если сможешь! - Люси Фер

Притаившись в тёмном углу двора, не свожу взгляда с двери, ведущей в роскошную обитель Победоносного.

Прошло уже больше четверти часа, как венценосная семейка отправилась в темницу освобождать Демьяна, а он всё никак не появлялся.

Переживать я всё же не спешу, ведь с ними отправился Молчун, успевший вдоволь их напугать своими редкостными умениями. Да и наш договор, думаю, ещё долго будет Горислава страшить и беречь от опрометчивых поступков.

Осенний холод, пробирающий до костей, начинает дико раздражать, и я злюсь, меряя нетерпеливыми шагами небольшое пространство своего укромного закутка.

Наконец дверь отворяется, и я вижу хмурого воеводу с важным богомолом на плече.

Со всех ног хочется броситься в его объятия, но я себя сдерживаю. Влада Уткина на мужчин не вешается!

Заметив меня, Демьян уверенно подходит ко мне и притягивает в свои горячие объятия. Растекаюсь от его близости — и даже далёкий от приятного аромат тюремного смрада не отталкивает меня.

— Что ты на этот раз удумала? — насмешливо фыркает он в мои волосы.

— Ничего особенного, — едва слышно бормочу я, уткнувшись носом в его колючую шею. — Всего лишь вытащила твою задницу из виселицы…

— В Пославии вешают не так, — хмыкает он, и я спешу отстраниться от него, пока окончательно не поплыла от столь одуряюще медовой близости.

— Я знаю, Демьян. Я рада, что с тобой всё хорошо.

— А как же возвращение домой? — хмурится он, бросив резкий взгляд на светлеющее небо, явно намекающее на окончание ночи.

— Значит, не судьба, — стараюсь весело пожать я плечами, но едва заметные нотки грусти всё же прорываются сквозь мои слова.

— И что теперь?

— Ну, оставаться в Пославском царстве, думаю, нам не стоит, — взяв под руку Каменного, утягиваю я его прочь с царского двора. — Может, отправимся на север или на юг? Без разницы! Раз уж я осталась здесь, моя душа просит приключений!

— Ты их и так на ровном месте находишь, — поддевает меня улыбающийся мужчина, и я шутливо пихаю его локотком в бок.

— А ты что думаешь, Молчун? — обращаюсь я к непривычно молчаливому фамильяру.

— Думаю, Владка, прежде чем планы о путешествиях строить, надобно с пославцами делишки закончить!

— Точно! — хлопаю я себя по лбу, резко натягивая капюшон. — С голосом снова поможешь?

— Истощила ты меня сегодня знатно, — бухтит зелёный лупоглаз, — но так уж и быть…

— Вы о чём? — озадаченно вертит головой Демьян, но времени на объяснения у нас уже нет.

Под руку с воином я выхожу пред очи местных «революционеров» и торжественно провозглашаю:

— Пославцы, мы победили! Царь смилостивился над невиновным воеводой! И внял требованиям своего народа! Отныне он будет править мудрой рукой, не поддаваясь природной алчности и жестокости. Кто у вас тут главный?

Вперёд уверенно выступает хорошо знакомый мне хозяин таверны Бальх.

— Ну я… — тихо бормочет он, неуверенно стараясь заглянуть мне под капюшон.

— Держи, Бальх! — протягиваю я ему свиток с нашим договором, который мы предусмотрительно написали в двух экземплярах. По толпе проносится удивлённый шёпот: моя осведомлённость об имени мужчины подкрепляет байку о посланнике самого Велеса. — Это договор, скреплённый кровью царя! Отойти от своих слов он не сможет, иначе владыка жестоко покарает клятвопреступника.

Бальх с осторожностью принимает у меня из рук столь важный документ и почтительно склоняет перед мной свою голову.

— Выберите пятёрку ответственных и разумных мужей, которые будут представлять народ Пославии пред царём. Отныне не только бояре и Горислав смогут дела решать, но и ваше слово вес иметь станет!

По толпе проносится одобрительный гул, и я спешу откланяться.

— Не хворайте! — на последних буквах голос мой становится обычным: видимо, Молчун окончательно обессилел. Но люди этого, кажется, и не замечают, занявшись обсуждением кандидатов на столь почтенные роли.

— М‑да, — цыкает Демьян, едва толпа остаётся за нашими спинами. — Ну и навела же ты тут шороха. Я начинаю тебя бояться.

— Ну, если обидишь — пожалеешь, — яростно клацаю я зубами, скидывая наконец опостылевший капюшон. — А вообще я белая и пушистая… Иногда…

— Это я уже давно понял, — крепко притягивает меня к себе Демьян, и я наслаждаюсь теплом его объятий.

— А ты классно с громом придумал, — обращаюсь я к Молчуну, вспомнив про этот спецэффект во время подписания договора. — Горислава проняло. Думаю, он теперь даже думать не посмеет о нарушении своих же слов…

— Эммм, Владка, — удивлённо крутит головой насекомое, — я ничего такого не делал. Ума не приложу, что это был за звук.

— Да? — резко останавливаюсь я, скосив взгляд на озадаченное лицо воеводы. — Ну так даже лучше. Не знаю, кто там его договор принял, — многозначительно перевожу я взгляд с неба на землю под ногами, — но, чую, пригляд за ним будет шибко справный… — Улыбнувшись нахмурившемуся воину, утягиваю его прочь, подальше от вотчины его непутёвого батюшки.

— Куда двигаем? — интересуюсь я спустя некоторое время, когда мы как‑то само собой направляемся к лесу.

— Для начала можно в Кабзекскую волость нагрянуть. Там много чего интересного имеется. Да и с работой неплохо. Я ж почти без гроша остался… — серьёзно смотрит он на меня.

— К кабзекам так к кабзекам, — пожимаю я плечами. — Что‑нибудь придумаем, — искренне улыбаюсь я мужчине, растворяясь в тепле его глаз.

Мы одновременно тормозим, и воевода жадно притягивает меня в свои объятия. Его губы нежно накрывают мои — их слияние закручивает нас в ошеломительном вихре чувств.

Молчун смущённо кряхтит и досадливо скрывается на дне кармана в плаще Демьяна.

Но, честно сказать, на фамильяра ни один из нас сейчас не обращает никакого внимания: у нас есть дела поважнее.

— Кхм‑кхм! — спустя какое‑то время раздаётся громкое покашливание рядом с нами, и я недоумённо отрываюсь от каменной груди воеводы.

Перед нами, расплывшись в миленькой улыбочке, стоит никто иной, как Велор. Задорно подмигнув мне, он весело спрашивает:

— Владислава, а ты домой вообще собираешься?

— А‑а‑а? — ошеломлённо смотрю я на волшебника, пытаясь