Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

сложились звёзды.

— Куда сложились? — не понял он снова.

— Ох, — я закатила глаза, — это оборот речи такой. Что-то вроде «по воле

судьбы». Училась я, потом работала и выстраивала своё дело. В общем, некогда

мне было на свидания ходить, а без этого замуж не выйти.

— И отец такое позволил? У нас люди своих дочерей стремятся до двадцати замуж

отдать...

— Если собираешься назвать меня старой, то лучше промолчи, — перебила я. — Или

будет тебе какое-нибудь болезненное переживание. В нашем мире подобной

дурости давно нет у большинства народов. Девушки сами выбирают мужа, сами

решают, когда выйти замуж. Ясно?

— Ясно. Ненормальный ваш мир, думаю, хорошо, что ты сюда попала.

— Думаю, на моём месте ты бы так не думал.

Мы подошли к Вико с мамашей, наслаждавшимся представлением акробатов и

леденцами на палочках.

— Интересно? — спросил дракон и сын радостно закивал, не отрываясь от

представления, зато Исольда окинула оценивающим взглядом свёртки и криво

усмехнулась.

— Большинство драконов тебя не поняли бы...

— Большинство драконов это и не касается, — парировал Тор-брахс, а мне стало

противно от такой наглости. Чешую бы тебе пинцетом выщипать, златовласка

многотонная.

Выступление закончилось, и Вико повернулся к отцу.

— Пап, а ты мне что-нибудь купил?

— Нет. Но сейчас ты сам выберешь. Вон, палатка с игрушками. Идём.

Отец и сын ушли, драконица поспешила следом, словно тоже хотела игрушку, но всё

же развернулась ко мне, идущей позади, и посмотрела до омерзения участливо,

как дурочку пожалела.

— Человечка и дракон... Наш мир знает сотни историй разбитых сердец. Конечно,

Киприан очень красив, благороден и добр, и опекает тебя, но всё же, послушай

мой совет — не влюбляйся в него. Помни своё место, если не хочешь рыдать в

итоге.

Я так опешила от подобной наглости, что потеряла дар речи. Вот позже, ночью, в

голову придут десятки колких, едких ответов, а сейчас я просто обалдело

раскрыла рот, так что Исольда улыбнулась и удалилась, довольная собой.

Всю оставшуюся прогулку эта мерзкая ящерица не подпускала ко мне сына и

дракона, полностью завладела их вниманием, ворковала и сдувала с обоих

пылинки, прямо заботливая мать семейства, а дома показала своё истинное

лицо, как только вернулись.

— Мама, как пора лететь? — голубые глазёнки Вико наполнились слезами. — Но ты

же обещала, что останешься, сколько захочу.

Мальчик старался держаться, но в голосе звенела такая боль, что даже я кусала

губу, а эта красавица в шелках только рассмеялась.

— Дорогой, — протянула она, погладив сына по голове, — ну это же только шутка.

Ты большой мальчик, должен уже понимать. Меня ждёт твой маленький братик,

скоро я вас познакомлю, и ты...

— Нет! — сорвался Вико. — Ты и так всегда с ним. Не нужен мне этот брат, раз

из-за него я не нужен тебе. Ты лгунья!

Он убежал, а Исольда с досадой покачала головой.

— Кип, ну что мне делать? Разорваться? Передай ему, что я прилечу через пару

дней снова.

Дракон хмуро промолчал, хотя она явно ждала какой-то реакции, но, не

дождавшись, улетела.

— Даже не знаю, что хуже, когда она годами не прилетает, или когда вспоминает о

нас... — Тор-брахс вздохнул. — Надо найти Вико.

— Думаю, он в моей спальне, с Пушком.

И мы пошли вместе. Я не стала говорить «мужу» своё мнение насчёт лучше и хуже,

хотя оно у меня было.

Соль не прилетала больше недели, и постепенно всё успокоилось. Если в первые

дни Вико ершился, избегал и отца, и меня, будто мстил всем взрослым за свою

обиду, и говорил в основном с Пушком, которого таскал за собой, возвращая

мне только на ночь, то теперь сам пришёл ко мне.

Мы с крысиком только встали и умылись. Я обрядила питомца в комбинезон, серый с

жёлтыми листьями, который довязала накануне, а сама надела одно из новых

платьев, бордовое, отороченное мехом по широкому вороту. Совершенно

бесполезное украшение, но красиво, конечно.

— Ишь, в трупик обрядилась, — поддел меня крыс, я ведь дома категорически не

носила мех.

— Что купили, в то и обрядилась. Меня там, знаешь, не особо спрашивали, а

обижать претензиями мужа, пусть и фиктивного, не хотелось. Старался же

человек, хотел как лучше, самое модное купил.

И тут раздался стук в дверь. Пушок приосанился.

— Ну, это за мной. Вы со стрижиком теперь в нашей компании персоны

нежелательные, мы сами по себе, два молодых, вольных самца...

— Яна, можно с тобой поговорить? — раздался детский голос из-за двери.

Крысья морда удивлённо вытянулась, а я хихикнула и открыла.

— Доброе утро. Проходи, мы уже собирались идти на завтрак.

— А можешь потом со мной погулять? — неожиданно спросил драконёнок, нервничая,

будто ждал отповеди или отказа. — Уроков сегодня нет, книги по магии папа у

меня забрал и запер, а сам улетел на рассвете, я слышал, как к нему слуга

прибежал. Снова нападение. У виверн по осени детёныши выводятся, им много

корма надо, вот и прилетают к нам чаще.

Он говорил, как оправдывался, но я остро чувствовала что-то вроде ауры

одиночества, окружавшей младшего Тор-брахса.

— Конечно сходим. Поедим, оденемся потеплее и пойдём.

— Хм... Да я что-то не голодный совсем. Может, ты поешь, а я просто тыквенный

сок выпью?

После ссоры с мамашей Вико и правда ел очень мало, больше просто сидел над

тарелкой и вздыхал, но я была намерена нормально его накормить, и знала

способ. Где лучше всего естся? На природе!

— Тогда предлагаю сразу пойти на прогулку, но взять с собой небольшой перекус,

на случай, если проголодаемся. Я пока тоже не очень голодная.

— А я да! — возмущённо вставил крыс, уже и так обиженный. Как же, вольного

самца лишили исключительности...

— Ты поешь по пути, — я строго на него посмотрела, и Вико улыбнулся, наверное,

впервые за эти дни.

Мы утеплились, Пушок был посажен в яркую сумку, я её уже тоже довязала, взяли

плед, небольшую корзинку с бутылью тыквенного сока, яблочными пирожками,

колбасой, хлебом и редиской, и отправились на прогулку.

— Ну, рассказывай, что тут у вас где, я же ещё ничего не знаю, будешь моим

проводником.

Мальчик живо закивал и принялся тыкать пальцем:

— Вот там небольшая ферма, — он указал на несколько одноэтажных построек вдали,

— она снабжает Брахсхели молоком, маслом, сыром, но ты туда не ходи. Видишь

тот отдельный сарай? Там