Эльвендор-1 - Маргарита Боулес

Будучи ребёнком, я никому не рассказывал эту постыдную историю. Знали лишь близкие и нянечки, которые получили нагоняй, упустив принца, но вина лежала на мне.

Я отлично помню тот день…

Утро было солнечным и морозным: снег падал крупными хлопьями, кружился в воздухе и нежно ложился на землю. Ударили первые холода. Окна разукрасились ледяными узорами, покрылись снежными удивительными рисунками, словно рисовал кто на окне ночью, но не красками, а водой. Я со скрупулёзностью и детской любознательностью рассматривал окна часами и читал новогодние легенды, придумывал в голове истории и воображал битвы.

В тот день я сидел на подоконнике и смотрел на детей слуг, резвившихся на улице с утра до вечера, и видел, как им было весело, а мне завидно. Из замка меня не выпускали и объясняли это тем, что огненные драконы не любят зиму, а наше здоровье слабеет в эти месяцы, появляется нерасторопность, некая сонливость. Но сонливостью я не страдал и был озорным ребёнком. Мне хотелось играть с дворовыми детьми: лепить этих странных чудищ из снега, кидать снежные шарики и потрогать на ощупь снег, который я никогда не держал в руках, но меня берегли, заставляли учиться и упражняться в военном искусстве, а я хотел на улицу. Хотел летать, хотел узнать, что такого опасного в этой зиме, которую мои родители терпеть не могли.

В тот день наша ключница Бри была очень занята и забыла закрыть дверь на задний двор замка, где сновала прислуга, там я и выскользнул на улицу, обратился драконом и взлетел. Но это был мой третий полёт, и я не справился с воздушным потоком, меня повело, накренило, ударило в лицо снегом. Ветер налетел внезапно и сбил, а я цеплялся за воздух, пытался вернуться в поток, но не смог. Свалился на единственное во всей округе озеро в паре метров от замка. При падении вывихнул руку, а когда начал вставать – лёд треснул и меня засосало в ледяную воду.

Не знал, что вода может быть такой…, но эта была. Не вода, а зубья и колья, что драли кожу, впивались в тело и разъедали. Холодная стихия сковывала и морозила, уничтожала и губила. Ноги сводило судорогой, я барахтался, пытался выбраться, но водяной поток сносил и швырял, тащил за собой в подземные воды. Тогда я думал, что это конец. Почти смирился с мерзкой смертью. Стыдно умереть так глупо. Представляю, что подумали бы родители. Огненный дракон погиб из-за воды!

Выжил я чудом и спасся благодаря своему дракону, он смог пробить лёд и выбраться на берег. От отца мне влетело знатно, как и от матери, тогда я понял, что ненавижу воду, холод и лёд. Не люблю зиму и воду.

Так что историю со своим бесславным спасением я выдумал, чтобы проверить реакцию лираи, а она поддакнула, хотя ни разу не спасала меня, да и не знала об этом. Да и как она могла, мы даже не были знакомы! Вот же загвоздка. Кто она? Врёт и не краснеет, но Вайя носится с ней как несушка со своими цыплятами. Что-то они двое затевают, а я ведусь.

Снова.

Используют девчонку, дабы избавиться от меня. Наглая ложь – её показное внимание, нежность и отзывчивость. Неуклюжесть и трогательная невинность, а я повёлся. На эти глаза, смотрящие с таким искренним восторгом, на губы, что целовали так неумело и трепетно. Драг возмущался и защищал девушку, обвинял меня в необоснованности и преувеличении! А как поверить лгунье? Или не помнит? Но она это и знать не могла. Я никогда ей об этом не рассказывал. Ещё её поведение обескураживает неожиданностью и непредвиденностью действий, да и некоторые вопросы вызывают сомнения и тревогу. Надо приглядеться к ней поближе...

Из размышлений вывел настойчивый стук в дверь. Я ожидал приезда повара из Файердора, за которым послал вчера, поэтому открыл в полураздетом виде с мокрыми после омовения волосами, а на пороге обнаружил совсем не того человека.

— Лиар, разрешите мне войти? — Ровейна или как там её склонилась в поклоне. Я впустил её внутрь, не слишком понимая цель визита, но догадываясь. Мы не так хорошо общались, чтобы она приходила ко мне под луной. Застегнул чёрную рубашку и небрежно заправил внутрь штанов, а лирая не сводила с меня цепкого взгляда, наблюдая за пальцами, и женский взгляд блуждал по моему телу и мокрым каплям, что стекали от шеи на грудь. У неё в руках был плетёный винный кувшинчик с драконьей чёрной ручкой и меткой Файердора.

— Ровейна, ты зря тратишь на меня своё время, — решил рубить сплеча.

Девушка нисколько не смутилась, лишь соблазнительно улыбнулась и поставила вино на стол.

— Я хотела поздравить нас со скорой победой, — расслабленно повела открытым плечиком, выглядывающим из-под платья.

— Рано об этом вести речи.

— И всё же, армия уже в Лиалондоре, а остальные боятся нас, — она, не смущаясь, разлила вино по бокалам и протянула один мне. Подошла ближе мягкой поступью, чуть раскачивая бёдрами. «Соблазняет», — промелькнула в голове очевидная мысль, но планам девушки не суждено было сбыться, видно духи предков решили вмешаться в этот откровенный маскарад. Ровейна зацепилась туфлей за кромку ковра и полетела на меня с широко распахнутыми глазами, вино выплеснулось мне на лицо и шею. Бокал в её руке треснул, и остриё хрусталя вошло в мою ключицу. Ровейна вскрикнула от боли, упала верхом. Я покачнулся, но устоял под напором хрупкой девушки, да и стоявший позади стол помог удержать равновесие.

— Ай, — из глаз лираи прыснули слёзы. Осколок, который вошёл в меня – пронзил и её ладонь чуть ли не насквозь. Я удивлённо сморщился.

— Ровейна, не реви и посмотри на меня, — попытался успокоить девушку, а та смотрела испуганными блестящими глазищами и словно не видела. — Сейчас я медленно вырву хрусталь из своей груди, но твою руку не трону.

Она опустила взгляд на осколок, застрявший между нами. Кровь лилась по её ладони и стекала на запястье. Девушка прикрыла глаза и чуть не свалилась в забытье. Я тряханул её за плечи, поддерживая хрупкое тело в устойчивом положении.

— Ровейна! — прикрикнул, и та распахнула глаза, прошептала.

— Кровь.

— Если вид крови вызывает у тебя такую панику, прикрой глаза, но оставайся в сознании. Твой обморок нам не поможет, поняла?

— Д-да, — прохрипела она и