Затмение; Год 1666 – Части 2, 3 - Нора Ольвич

Имение давно служит своеобразной разменной монетой для очень умного синьора, который беря займы и возвращая их в рассрочку, возможно, неплохо так себе устроился в этой жизни.

— Леди Иннес у вас та же история? Старая и невозможная в использовании мебель, что привезли, вероятно, из самых бедных кварталов Венеции. Неубранные помещения с выгоревшими, столетней давности обоями на стенах?

— Да ваша светлость.

— Отлично.

Вихрем, спустившись на второй этаж, я приказала выставить охрану по периметру всего имения, всех служащих, что были наняты прежним хозяином, собрать в фойе. Обратившись к клеркам, поставила их в известность:

— Господа, вам придётся задержаться.

— Но ваша светлость, как можно? Мы давно уже выполнили свою положенную часть работы.

— Вы разве не заметили, что мои приказы не принято обсуждать? Прошу обратить на это внимание синьоры. И в дальнейшем воздержаться от подобного рода замечаний. Сейчас мы составим оценочную опись всего, что находится в этом здании, в том числе оценим само здание в том состоянии, что мы сейчас видим, и прилежащий к нему парк и иные строения. Пока мы это не сделаем, никто не покинет имение.

Затем поймала взгляд леди Иннес:

— Мадам виконтесса, прошу вас с охраной отбыть обратно на судно. Соблюдайте осторожность в общении с кем-либо, будьте предельно внимательны. Рекомендую всё рассказать помощнику капитана, и усилить охрану судна, убрав трап. Выполняйте!

Иннес, присев в реверансе почтительно склонила голову. А затем гордо выпрямившись. Подозвав несколько матросов с галеона, когда она успела узнать и запомнить все их имена, с видом королевы вышла из здания.

А далее началась простая инвентаризация. Всё, что было найдено в доме, было описано и пронумеровано. Я вскрывала тайники, о существовании которых даже никто никогда и не догадывался, сейфы и подсобные помещения в подвале, везде было пусто. Мы описали и учли каждую книгу в библиотеке, каждый старый табурет и сковородку на кухне.

Поздно вечером, уставшие и голодные клерки подписали все оценочные документы, в том числе и сложившуюся из старых стен, прогнивших окон и крыши стоимость здания. Которое находилось, как вы уже поняли далеко не на Гранд — Канале, и даже не на самом главном острове лагуны. Стоимость получилась так себе.

— Зачем вам всё это мадам графиня? К чему вы устроили этот балаган?

Старший из мужчин, высокопоставленный чиновник, с укором смотрел мне в глаза.

«— отчего он думает, что может в таком тоне говорить со мной»?

Смотрела в глаза чиновнику, не отрываясь, молча. Ждала.

— Простите, ваша светлость, я действительно устал сегодня.

— Мы поможем вам добраться до дома, синьор. И только из уважения к вашему возрасту я дам пояснения в отношении проделанной нами работы. Хочу обратить ваше внимание господа, что огромную сумму денег в золоте Испании, я давала под залог не за эту рухлядь, устно оговаривалось недвижимость просто в идеальном состоянии. И могу дословно разъяснить, то, что написано рукой синьора Пизаро вот здесь, в расписке.

Он, вероятно, совершенно не вдумывался в смысл написанного или не смог просчитать в уме, о какой сумме идёт речь за каждый день просрочки платежа, и сколько это получается за все дни, что он решил хитростью заполучить, используя мои деньги. Синьор Антонио Репетто изумлённо взирал на меня, вероятно прикинув в голове, о чём я ему только, что сказала.

Было ясно как день, что я разгадала хитрый манёвр венецианского аристократа, который таким образом брал деньги в долг, а затем спустя очень продолжительное время возвращал их хозяину без процентов, возможно, частями, забирая себе обратно изношенную временем недвижимость, которая в принципе так и оставалась у него в собственности.

«— но не в этот раз, со мной этот номер не прокатит».

Собирая по порядку документы и надевая шубку, готовясь выйти на улицу, я попросила всех освободить помещение, в том числе и бывших служащих имения.

— Шевалье Ноэль, прошу оставить охрану, которую мы заменим через два часа свежими людьми. Давайте отправимся на судно.

Я поражалась его выдержке. Не единого вопроса, одни действия, он словно читал мои мысли, когда помогал мне одеть верхние одежды и выйти на площадку высокого крыльца здания. Я же еле держалась на ногах в неимоверно тяжёлых тёплых многослойных юбках.

«— безумный день, безумное начало жизни в Венеции».

«— мы не покинем республику и не спрячемся от всех в имении бабушки д» Сов'?

«— нет, конечно, кто ты, у меня раньше не было привычки разговаривать с самой собой».

«— а сейчас есть».

Тихий смех колокольчиком зазвенел, и появилась лёгкость в голове.

«— вероятно, от усталости, или я просто схожу вновь с…».

Решила и, выпрямив спину, утомлённо пытаясь отрешиться от всего мира, прогулочным шагом направилась в сторону галеона, безошибочно полагая, что иду не одна.

Я не собиралась прятаться в горах, к чему? У меня по-прежнему хорошие карты на руках.

«— я научу вас господа, играть в покер, следующим следует вновь мой ход».

Отдохнув на галеоне и действительно сменив охрану в имении на матросов с судна, сытых и отдохнувших, показывая на карте наш дальнейший путь назначения, объясняя капитану навигацию в Венецианской лагуне, я попросила его отправиться к острову Мурано.

Это решение пришло внезапно, я просто подумала, что не будет ничего страшного, если мы погостим совершенно непродолжительное время у родственников, которые живут в доме, где мы были так счастливы с Арманом.

Возможно, там живут внуки или правнуки моих сыновей. Вернее сыновей Анжелик. Я найду в себе силы ничем не выдать себя, и краешком своей новой жизни соприкоснуться с их миром. До внутренней дрожи я очень хотела этого. Я словно на кончиках пальцах ощутила энергию, которую хотела подарить всем людям, живущим в том доме. Мечтая и подставляя лицо свежему ветру, так боялась ошибиться вновь.

* * *

— Мадам графиня, дом пустует уже около пяти лет. Пожилой синьор Энрико Аппиано уехал к дочери и внукам во Флоренцию. Они приняты при дворе. Медичи к ним благоволят, он предупреждал, что может приехать вдовствующая родственница. Не стоит волноваться, я отправлюсь с вами и прикажу привратнику открыть дом и оказать вам помощь и содействие в заселении.

Лейтенант полиции острова Мурано, был сама любезность. Я же ледяной, дрожащей рукой нашла пальчики подруги.

«— пресвятая Дева Мария, помоги мне».

— Иннес, не отпускай меня, я верно безумна, что решилась ехать сюда.