Огонь в его жилах - Руби Диксон

Я не могу дышать.

— Ох, — выдавливаю я. Мой пульс учащается, и я слишком остро ощущаю его близость.

— До сих пор мне удавалось сохранять самообладание и утолять свой голод по тебе, прикасаясь к тебе, — его пальцы скользят по изгибу моей стопы, а затем поднимаются к лодыжке, дразня нежную кожу там.

— Я знаю, что не должен позволять себе так много, но ничего не могу с собой поделать. Прикасаться к тебе — такое удовольствие, что я не могу остановиться. Я зависим.

Я ерзаю на стуле, и от этих пылких слов по моему телу разливается жар. Если он пытается оттолкнуть меня, то он поступает неправильно. Это только заставляет меня хотеть его еще больше.

— Вот почему я не просил тебя прикасаться ко мне, — бормочет он. — Потому что мой контроль и так слаб. Я ловлю себя на том, что делаю то, что другой дракон сделал бы для своей пары. Я присматриваю за тобой, пока ты спишь. Я хочу тебя покормить. Я очарован твоей шеей.

Моя шея? Я дотрагиваюсь до нее в темноте и краснею.

— Почему моя шея?

— Потому что я хочу вонзить свои клыки в твое прелестное горло и подарить тебе свой огонь, — говорит Лиам, и его слова звучат так тихо и пылко, что от них по мне пробегает легкая дрожь желания. — Я бы притянул тебя к себе, прижал к себе и завладел твоим горлом, обозначив тебя как свою навсегда. Ни один другой мужчина больше никогда не взглянул бы на тебя, потому что он почувствовал бы мой запах на тебе и понял, что ты занята.

О боже, я не должна была бы от этого намокнуть, но это определенно делает меня влажной. Разве я не завидовала Эми и Гвен и тому, что у них есть с их драконами? Я хотела того же, что и они, мечтала быть центром чьего-то мира… И теперь Лиам признается в своих чувствах ко мне? Я хочу этого. Мне кажется, что он привлекал меня целую вечность, и это лучшее, что есть в обоих мирах.

— Так почему бы тебе не сделать это? — Я провожу пальцами по своим ключицам, пытаясь представить, куда бы он меня укусил. Прямо за ухом? Или ниже, возле плеча?

Он тихо стонет, и я чувствую, как напрягается все его тело. Руки, ласкающие мои ступни, сжимаются, а затем останавливаются.

— Я не могу. Если бы я это сделал, мне пришлось бы открыть свой разум той части себя, которую я отгородил стеной. Вместо того, чтобы заявить на тебя права, я, скорее всего, потеряю над собой контроль и сделаю тебе больно.

Я вздрагиваю и убираю ноги с его колен.

— Сделаешь мне больно?

— Я бы не хотел, — хрипит он, и это звучит так, будто он и так на грани потери самообладания. — Ничто не пугает меня больше, чем мысль о том, что с тобой может что-то случиться, Андреа. Но я бы ничего не смог с собой поделать, точно так же, как драконы в небесах не хотят нападать на все, что попадается им на глаза. Они ничего не могут с собой поделать. Они совершенно обезумели… И я боюсь, что я был бы таким же. Что притяжения партнера будет недостаточно, чтобы победить это безумие.

— О, — снова тихо говорю я. Между нами повисает тишина. — Я не хочу, чтобы ты сходил с ума только из-за того, что мы целуемся, — решаюсь я. — Но я не буду врать, я буду очень разочарована, если мы больше не сможем прикасаться друг к другу. Мне нравилось быть с тобой. Если он честен, то, думаю, я тоже могу это сделать. Но я понимаю…

Он стонет. Мгновение спустя его большие руки обхватывают меня за талию, и он притягивает меня к себе. Лиам зарывается лицом мне в шею, и на мгновение мой пульс учащается, и я думаю, что он собирается укусить меня, как и обещал… но он только глубоко дышит.

На мгновение меня переполняет горечь. Конечно, я нашла парня, от которого схожу с ума, который относится ко мне с любовью и уважением и дает мне все, что я хочу… вот только мы не можем быть вместе. Может быть, мне просто не повезет и я не буду счастлива, как другие.

И в следующий момент я думаю… к черту все это.

— Лиам, — шепчу я, приподнимая его голову и лаская лицо руками. В темноте его глаза практически светятся, и я вижу, как они переливаются темно-золотым, более темным оттенком, чем должен быть, чтобы я была в безопасности. Но мне все равно. Это Лиам, и я знаю, что он не причинит мне вреда. — Тебе не обязательно воспринимать меня как свою пару, не так ли?

Он напрягается, отстраняясь.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, мы все еще можем прикасаться друг к другу. Доставлять друг другу удовольствие. Нам просто не обязательно делать этот последний шаг. Никаких укусов. Все остальное — почему нет?

— Андреа, — выдыхает он хриплым голосом. Жаль, что я не могу разглядеть его лицо в темноте, но я могу представить суровое выражение его красивых черт. — Нет…

— Тихо, — шепчу я и прикладываю палец к его губам. — Выслушай меня. — Я провожу пальцем по его подбородку, касаясь его скулы, лаская ее. — Мы можем целоваться. Мы можем прикасаться. Мы можем делать все, что тебе нравится, и если это для тебя слишком, мы можем остановиться. Мы просто сделаем все, что в наших силах. Если у нас не может быть всего, значит, у нас не может быть всего. Мы просто будем работать с тем, что в наших силах.

Он тяжело дышит, как будто даже этот разговор заводит его. Может быть, так оно и есть, потому что я сама начинаю возбуждаться.

— Мое семя слишком горячее, чтобы ты могла принять его в свое тело…

— Тогда ты не будешь кончать в меня. В этом нет ничего особенного.

Лиам напрягается.

— Это… ты не считаешь это оскорблением?

Это оскорбление для его народа?

— Нет. — Я наклоняюсь и запечатлеваю поцелуй на его губах, чувствуя себя немного смелее. — И у нас есть презервативы, чтобы создать хоть какой-то барьер. Или…