Сводный брат медведь - Дж. М. Фейри

— Ты зря тратишь время.

Прежде чем запрыгнуть в машину, я обращаюсь к ней в последний раз.

— Мам, пошла ты нахуй! И я надеюсь, что все узнают, что твоя дочь трахается со своим сводным братом, и надеюсь, это полностью разрушит твою карьеру. — Я захлопываю дверь прямо у неё перед носом, но успеваю услышать её судорожный вдох, полный абсолютного шока. Никогда еще я не гордилась собой так сильно.

Глава 19

Дневной свет не сильно облегчает бег по лесу, особенно когда сердце колотится с кроличьей скоростью. Я спотыкаюсь о торчащие корни и неровности земли.

— Дерек! — кричу я всю дорогу, надеясь предупредить его, но в основном потому, что больше не могу сдерживать его имя внутри.

Даррелл здесь. Я припарковалась рядом с его машиной в конце грунтовой дороги, упирающейся в стену деревьев. Возможно, я уже опоздала, но я обязана надеяться. Неужели Даррелл и вправду способен навредить собственному сыну? Конечно, он делал это всю жизнь Дерека, но мама явно не имела в виду, что Даррелл планирует просто выпороть его ремнем.

В поле зрения появляется маленькая хижина, дверь распахнута. Я взбегаю по ступенькам и врываюсь внутрь. Даррелл стоит в центре комнаты и целится из дробовика в Дерека, который лежит на койке с поднятыми руками.

— Стой! — кричу я.

Даррелл резко переводит взгляд на меня, его карие глаза темнее обычного.

— Изабелла? Что ты здесь делаешь?

— А ты что делаешь? Он твой сын, Даррелл!

— Изабелла, уходи! — кричит Дерек.

Даррелл качает головой, всё еще не опуская оружие.

— Он прав. Уходи. Ты не понимаешь.

Я делаю шаг вперед.

— Думаешь, это нормально — убивать своего сына только потому, что он медведь?

Глаза Даррелла на мгновение расширяются, и он качает головой.

— Я знал, что однажды ты всё выяснишь. А ты знала, что он чуть не убил твоего парня?

— Я была там. Я помогала, — бросаю я сквозь стиснутые зубы.

— Изабелла.

Я улыбаюсь, упиваясь его шоком.

— Что бы он тебе ни наплел, это не имеет значения. Может, ты и его истинная пара, но это не значит, что ты должна остаться с ним.

— Ты знал?

— Конечно, я знал. Его мать, похоже, считала, что я — её пара. — Что-то похожее на грусть мелькает в его глазах. — Но это не имело особого значения, потому что она умерла при родах, и всё из-за этого ублюдка. Это я рассказал Дереку, что происходит, когда он начал дичать. Я не переживал из-за этого, когда он бывал дома. Вы оба ненавидели друг друга. К тому же, большую часть времени его не было.

— И поэтому ты обращался с ним как с дерьмом, когда он приезжал домой? — кричу я.

— Он не человек. Я думал, что смогу выбить из него дурь, как из собаки, чтобы заставить его вести себя нормально, но дикое животное не превратишь в домашнего питомца.

Я всегда думала, что Дерек, должно быть, пошел в мать. Если не считать темных волос и глаз, они с отцом совершенно не похожи. Сейчас, когда между ними лишь небольшое расстояние, но при этом целая пропасть, это бросается в глаза еще сильнее. Даррелл прав. Они существа совершенно разных видов.

— Единственное животное, которое я здесь вижу, — это ты! — кричу я. Никогда в жизни я никого не ненавидела сильнее, чем в этот момент.

— А ты — сука-падчерица, которая всегда меня только бесила.

Я даже не успеваю осознать это оскорбление.

Рев. Вихрь меха и клыков.

Я кричу и падаю на пол, закрывая голову руками. В тесном пространстве гремит выстрел. Еще секунду назад я была храброй, готовой сражаться за Дерека. А сейчас я просто дрожащая лужица на полу. Впрочем, это длится лишь мгновение, потому что Дерек, мой Дерек, может быть ранен. Я собираюсь вскочить на ноги, но не успеваю даже пошевелиться, как меня накрывает пушистая масса, сжимает когтистыми лапами и поворачивает к окровавленной морде.

— Дерек! — произношу я сквозь всхлип, обвивая руками его мощную шею.

Он обнимает меня лапами и медленно превращается обратно в человека.

— Ты не ранена? — Он отстраняется, чтобы осмотреть меня.

— Нет, а ты? — Мы сплетаемся взглядами, оба с облегчением выдыхая, как только убеждаемся, что всё в порядке. Его подбородок всё еще перемазан кровью, но я знаю, что это не его кровь.

Я поворачиваюсь к Дарреллу, который больше не стоит. Больше не дышит. Он хрипит, кровь хлещет из вырванного куска шеи. Его темные глаза остекленели, и в красной луже под ним наверняка уже больше жидкости, чем осталось в его теле.

— Блядь. — Дерек отстраняется, прислоняется спиной к стене, не сводя глаз с трупа своего отца.

Я подползаю и сажусь между его ног, обвивая руками его шею.

— Всё хорошо. Мы с этим разберемся.

Его лицо искажается.

— Изабелла, я убил своего отца.

— Он собирался убить тебя. — Я указываю на брошенный на полу дробовик. — Что еще тебе оставалось делать?

— Я убил его не поэтому.

— Что ты имеешь в виду?

— Он назвал тебя сукой. Я сорвался.

Я притягиваю его лицо к своему.

— Это не имеет значения. Ты спас свою жизнь. Ты спас мою.

Он качает головой.

— Он прав, Изабелла. Я животное. Монстр.

— Мне плевать.

— Ты не пон…

— Нет, прекрати! Неважно, что ты животное. Даже если ты с каждым днем будешь всё больше дичать, я хочу быть с тобой.

Его руки скользят вверх по моей шее, зарываясь в волосы, чтобы бережно обхватить мое лицо.

— Я тебя не заслуживаю.

— Заслуживаешь. — Я впиваюсь в его губы, игнорируя медно-железный привкус крови отчима на них.

Он медленно растворяется во мне, углубляя поцелуй и усаживая меня к себе на колени. Я трусь о его затвердевший член, желая большего, но понимая, что сейчас для этого определенно не время.

Я немного отстраняюсь. Я должна сказать еще кое-что, пока не струсила.

— Я люблю тебя, Дерек.

— Ты не можешь меня любить. — В его глазах стоят слезы.

— Я знаю, что ты тоже меня любишь. И дело не только в том, что я твоя пара.

Он прикусывает губу и отворачивает голову, но я продолжаю:

— Нам обоим достались дерьмовые карты, когда дело касается примеров любви, но у нас есть мы, чтобы перепрошить наши мозги и показать друг другу, как выглядит настоящая любовь.

— Я так сильно тебя люблю, — шепчет он, словно всё еще боясь произнести эти слова вслух. — Это меня и пугает. Я не могу предложить тебе