Завет Влюбленных - Софья Хейдекраут
Свет из зала упал на незваного гостя, и Иветт наконец разглядела его. Чуть старше неё, лет двадцати пяти — двадцати семи. Грудь крест-накрест обхватывали толстые кожаные ремни с целым арсеналом кинжалов причудливых форм, рукояти которых украшала замысловатая резьба. По бледной коже на руке змеилась алая полоска — след её атаки. Иветт подняла глаза и замерла: перед ней стоял мужчина, словно сошедший с парадного портрета. Светло-карие, сияющие, как отполированный янтарь глаза, изящные скулы, чувственные губы, длинные пушистые ресницы. Иссиня-чёрные волосы были небрежно собраны в низкий хвост. Он казался воплощением волшебных грез, которыми Иветт иногда утешалась, — вот только принц из её фантазий вряд ли осыпал бы её проклятиями и потрясал окровавленной рукой.
— Ты меня порезала, — констатировал он, исчерпав запас ругательств. Голос звучал приятно, с хрипотцой и нотками удивления. — Должен заметить, такой удар мог оказаться смертельным. Ты хоть представляешь, кого пыталась убить?
Иветт взирала на него расширенными глазами.
— Ты Хозяин? — выдавила она.
Он пренебрежительно отмахнулся, не обращая внимания на капли крови.
— Обильная потеря крови, вот засада, — пробормотал он себе под нос. — Исход мог быть и хуже, не будь я так чертовски хорош…
— Ты Хозяин? — настойчиво повторила Иветт, срываясь на греческий: — Баас? Баас?
— Хозяин? — он выгнул бровь. — Это… типа босс, да?
— Полагаю, что да.
— Ну тогда в каком-то смысле я босс, — заявил он с самодовольной усмешкой. — За свою скромную жизнь я много чего освоил в совершенстве. Улицы Альентара знаю как свои пять пальцев, по-гречески говорю так, что сами эллины позавидуют, разгадываю любые шарады и отлично держу градус. А уж насчёт женского пола… ни одна красотка не устоит.
Иветт окинула его пытливым взглядом, силясь разгадать, что кроется за бахвальством.
— А ещё, похоже, ты отлично опустошаешь винные погреба. Сколько ты выпил перед тем, как вломиться сюда?
Но пьяным незнакомец не выглядел.
— Спрошу прямо, — сказал он, слегка склонив голову. — Мне слышится знакомый греческий акцент?
— Да, точно, акцент тебя выдаёт с головой. Как же тебя зовут, гречанка?
Иветт недоверчиво смотрела на него.
— Я вам не мешаю? — раздался грубый голос из зала, и ткань, накрывавшая клетку, рухнула. Иветт похолодела: этот тон принадлежал настоящему Хозяину.
— Пошёл вон! — рявкнул брюнет и вновь лукаво взглянул на девушку. — Бегать умеешь? Сейчас проверим, насколько хорошо.
— А у нас гости! — широко разведя руками, объявил Винсент, самодовольно ухмыляясь. Зал зашептался. Винсент спрыгнул с возвышения, приблизился к Кьерану и впился в него хитрым взглядом.
— Что, хлебнул эликсира храбрости? Знал бы ты, как долго я ждал этого момента. Ты ведь понимаешь, почему?
— Могу только догадываться, — холодно ответил Кьеран. — Поэтому сразу к сути. — Он поднял рукав, показывая метку, предназначенную только для Винсента, но остальные, вероятно, догадались. Шёпот стал тревожнее.
— Ты не посмеешь! — процедил Винсент.
— Я-то? — притворно удивился Кьеран. — Это воля богов.
В зале началось столпотворение, перераставшее в хаос.
— Тише, тише. — Кьеран шагнул к Винсенту; тот попятился, словно защищая клетку. — Что ты сделал с девушкой? Поставил свою мерзкую метку? Но ты не бог и не получил её согласия. Я прав?
— Ты не понимаешь, что творишь, колдун! — прошипел Винсент, попытавшись схватить Кьерана за воротник. Тот легко увернулся и, ухмыльнувшись, оттолкнул лорда так, что тот полетел к трону.
— Прекратите! — крикнула Джоанна, бросаясь к ним. — Ты сошёл с ума, Кьеран?!
— О, моя ненаглядная Джо! — засиял Винсент. — Тебе понравился мой скромный подарок?
— Заткнись, мерзость, — процедил Кьеран.
— Ну так что, Джо? Оценила презент? — пропустив мимо ушей его слова, продолжил Винсент.
— Ты недостаточно постарался… — уклончиво ответила она.
— Что это значит? — недоумённо спросил Кьеран.
— А то, мой дорогой гость, что это я подарил вам с милой Джоанной прелестные метки. Тебе — её имя, ей — твоё. Как она и просила. Правда, забыл упомянуть, что взаимная любовь в комплект не входит. — Винсент расхохотался.
Зал взорвался гулом, и только Кьеран на мгновение застыл.
— Что. Ты. Сделал? — Он бросился на Винсента, схватил за грудки и прижал к решётке клетки.
— Лишь исполнил желание Джоанны, — подняв руки в притворной капитуляции, ответил тот. По телу брюнета пробежала дрожь.
— С какой стати она вообще что-то у тебя просила?!
— Мы… партнёры, — уронил Винсент. Джоанна стыдливо отвела взгляд.
Кьеран резко повернулся к ней, прожигая взглядом, полным отвращения и разочарования.
— Это правда?
— Да, Кьеран, — тихо ответила она, не поднимая глаз.
— Ты мерзкая предательница! — выкрикнула Меланта. Конрад ошарашенно уставился на них.
— Почему? — уже спокойнее спросил Кьеран, приближаясь к Джоанне и заглядывая ей в глаза.
— Неужели непонятно? — проговорила она. — Я хотела, чтобы боги благословили нас. Хотела, чтобы ты был моим и любил меня.
«Он меня любит», — твердила она про себя, цепляясь за эту мысль, как утопающий за соломинку, пока в голове не осталось ничего другого.
— Ты звучишь как заезженная пластинка, — пренебрежительно заметил Винсент. — Ах, прости, снова залез к тебе в голову.
Голос доносился словно из-под толщи воды. Джоанна не подняла головы, продолжая терзать заусенец на пальце. Кожа вокруг покраснела, местами выступили капельки крови.
Кьеран слушал, и кровь закипала от злости. Отвращение, ненависть, разочарование — вот что он испытывал к той, кого ещё вчера считал подругой.
— Ты просто идиотка! И ради этого ты заключила сделку с этим ублюдком?! — прорычал он, указывая на Винсента.
— С этим «ублюдком» она была готова на куда более серьёзные компромиссы, — ухмыльнулся Винсент, приближаясь.
Кьеран бросил немой знак Конраду и Меланте, затем резко отступил к шокированной Иветт.
— К чёрту всё! Живо! — выпалил он, подхватил девушку на руки и метнулся к выходу. Зал наполнил грозный крик Винсента. Меланта и Конрад сорвались следом.
— Схватить! Доставить ко мне! Паршивые свиньи Ордена! — ревел лорд.
* * *
Кьеран вылетел из зала, неся Иветт на руках, друзья не отставали. Он бежал так