Лунная смена - Кэсси Александер

— Ты не можешь судить меня за то, что я делаю, чтобы выжить. Если волк — это волк, а акула — это акула, то оборотень всегда останется оборотнем. А что нужно, чтобы выжить тебе, медсестра Спенс?

Я обернулась. Он сидел, опершись на сложенные руки, и его тёмно-карие, цвета кофе, глаза не отрывались от меня. Пламя за его спиной отбрасывало отсветы, придавая ему чуть ли не дьявольский вид. Я знала: в этой комнате так тепло, что, стоит только снять одежду, и ты напрочь забудешь, какой холод царит снаружи.

— Не заставляй меня выкладывать всё начистоту, — сказала я. — Просто догадайся.

Ашер встал, обошёл стол и на мгновение замер передо мной, глядя сверху вниз. Между нами пробежал тот самый электрический ток, который чувствуешь, когда ты добыча. Да, добыча, но такая, которая всё ещё вправе сказать «нет». Вся сила, чтобы двинуться вперёд или отступить, была сейчас в моей руке.

Я подняла ладонь и коснулась его щеки.

По его лицу медленно расползлась понимающая улыбка.

— У тебя все еще твой бейджик.

— Ну конечно. Я возбуждена, но не глупа.

Он наклонился, поцеловал мою ладонь, потом сжал её в своей. Шагнул вперёд, сокращая расстояние между нами, и обхватил меня за талию. Его руки были сильными — я и не сомневалась, что так и будет. Так легко было бы расслабиться, отдаться ему, позволить взять всё под контроль… Но, оказавшись здесь, я сама потянулась к нему и поцеловала — жёстко, зло. Это не было сексуально, я не пыталась быть сексуальной — я просто хотела получить шанс быть дерзкой.

Мои пальцы впились в его грудь, начали расстёгивать пуговицы; под рубашкой оказалась тонкая хлопковая футболка. Я рванула её из-за пояса, не отрываясь от его губ. Дыхание его участилось, он подхватывал мой настрой, завёл руки назад, чтобы избавиться от рубашки; губы на миг оторвались от моих, только чтобы стянуть футболку, а потом снова прильнули ко мне — будто он тонул, а я была его воздухом.

Я провела ногтями по его обнажённой спине, прижалась всем телом, ощутила, как он возбужден, представила, каково это будет, когда его член будет во мне, и снова царапнула его спину, уже от самой мысли. Он вздрогнул и потянулся между нами, чтобы снять с меня этот дурацкий ремень с серебряной пряжкой.

Сверху, с лестничной площадки, донёсся звук рвоты. Потом ещё один. И ещё.

Я отпрянула и уперлась лбом о его грудь. Чувствовала, как бешено колотится его сердце — и, какой бы облик он ни принимал, в эту секунду оно было моим. Тяжёло дыша, я вдыхала запах его тела с едва уловимой ноткой ветивера.

— Дай угадаю, — произнёс он после долгого вдоха. — Для медсестры звуки рвоты — что-то вроде брачного зова в дикой природе?

— Если я оставлю её одну, она, чего доброго, наблюёт себе в волосы.

— Фу, отвратительно.

— На то и расчёт. — Я отступила назад. Отдельные части тела ныли от сожаления. Он выглядел так, будто его хорошенько потрепали, — собственно, так оно и было. — Я не могу её просто бросить.

— Ты вообще никого не можешь бросить. Это твоя главная добродетель — и одновременно самый большой недостаток. — Он наклонился, подобрал с пола рубашку и натянул её. — Иди.

Не зная, сердится ли он на меня, но твёрдо уверенная, что поступаю правильно, я взбежала по лестнице, пока не успела окончательно опозориться или наломать ещё больше дров.

ГЛАВА 28

Джина кое-как выбралась из ванны и доползла до унитаза. Теперь она лежала там, намертво прижавшись лицом к его ободку. Слава богу, горничная Ашера (ну, или его собственная склонность к ОКР) сделала эту ванную комнату практически стерильной. Мне было бы безумно стыдно, если бы я притащила Джину блевать в место, где всё усыпано чужими лобковыми волосами. Я нажала на слив и врубила вытяжку на полную мощность.

— Ну и зачем я так с собой поступила? — уныло протянула Джина вслух.

— Из-за любви? — предположила я, хотя прекрасно понимала, что вопрос был чисто риторическим. Я опустилась рядом с ней на колени и убрала волосы с её лица.

— Мне вообще не стоило подхватывать эту заразу. Надо было вовремя включить голову.

— Лучше уж включить её сейчас, чем передумать после полнолуния. — Я поудобнее устроилась на полу, подложив под лодыжки пару свернутых полотенец, чтобы не затекли ноги. — Так, давай проясним ситуацию. Ты встречалась с медведем… оборотнем?

Она скорбно кивнула, не отрывая лица от белого фарфорового бока унитаза.

— Я просто обязана спросить. А у него на груди случайно не было каких-нибудь ярких картинок? Ну, там, радуги или рожка с мороженым?

— Что? — спросила она, с трудом приподнимая голову.

— Ну знаешь. Как у Care Bear? (Прим. ред. Заботливые Мишки (Care Bears) — популярные в США разноцветные плюшевые медвежата, персонажи открыток и мультфильмов, у каждого из которых на животе вышита своя уникальная эмблема: сердечко, радуга, клевер и т. д.).

— Да пошла ты, Эди. — Она зажмурилась, словно это могло заставить меня испариться.

— Да я просто к тому, что если бы я встречалась с медведем-оборотнем, я бы дотошно проверила его на наличие каких-нибудь дурацких татуировок. Например, леденцов-тростей. Или солнышка.

— Пошли вы на хуй, эти ебаные оборотни-медведи! — Она фыркнула. Мне показалось, это движение могло бы перерасти в смех, если бы её снова не вывернуло наизнанку.

***

Минут через десять в дверь вежливо постучали, после чего на пороге показался Ашер.

— Если просмотр порнофильмов меня чему-то и научил, так это тому, что женщинам на пижамных вечеринках позарез нужны подушки и одеяла. Ну и, возможно, пустые мусорные ведра. — Он сгрузил всё принесенное добро на столешницу возле раковины. — Я буду в спальне дальше по коридору. Пожалуйста, позовите меня до того, как начнете бороться в грязи.

— Договорились, — пообещала я, и он прикрыл дверь.

— Откуда ты его знаешь? — спросила Джина.

— Встречались пару раз.

— Ты рассталась вот с ним? — сделала она логический вывод. От необходимости оправдываться меня очень вовремя спасла её очередная волна тошноты.

***

Когда я проснулась, у меня в руках надрывался телефон. Я по-прежнему лежала на полу в ванной Ашера; всё тело затекло и жутко ныло.

— У-у-ух… — я принялась со скрипом принимать вертикальное положение. Джина рядом продолжала мерно похрапывать, так что ночь она благополучно пережила.

Я нащупала телефон. Вокруг