Я – «гадкий утёнок» королевской семьи - Александра Звездочёт

— Исилия!

Подруга кинулась мне на шею и крепко обняла.

Немного отстранившись, она обхватила теплыми ладонями мое лицо, с тревогой вглядываясь в него.

— Боже мой, где же ты так долго пропадала?!

— В кабинете господина Кайхкаррен, — ответил вместо меня Феландир. — Я же говорил, что с ней все будет в порядке.

Фианна бросила на парня гневный взгляд, и он тут же втянул голову в плечи.

— Между прочим, это я сразу же пошел обратно к кабинету, чтобы забрать ее, — обиженно пробурчал он, потирая руку.

— Исилия, ты… ты что плачешь?

Я подняла глаза на девушку, удивленно моргая, и действительно почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Потом еще одна и еще.

— Милая… что случилось? Иди сюда… — тихо пробормотала Фианна, притягивая меня обратно в свои объятия.

Хотелось бы мне ответить на ее вопрос, но как я могла сделать это, когда и сама не знала, почему плачу? Во мне не было ни страха, ни печали, только пустота, так в чем же дело? Может, это тоже последствия шока?

— Феландир, что там, черт подери, стряслось?! — гневно крикнула девушка, злобно глядя на него и успокаивающе поглаживая меня по голове.

— А мне откуда знать? Меня же там не было! — Парень был в замешательстве. — Может, они просто поссорились? Или Его Светлость запретил Исилии посещать библиотеку?

— Нет, не в этом дело, — тихо и устало откликнулась я, осторожно выбираясь из объятий подруги и вытирая пальцами слезы. — Мне разрешено ходить в библиотеку каждый день, в дневное время суток. Он сам так сказал.

— Тогда почему ты плачешь? Чем это мерзкое насекомое тебя обидело?

Я только покачала головой. Прости, Фианна, но сколько бы ты ни задавала мне сейчас подобных вопросов, у меня нет ответа ни на один из них.

Девушка некоторое время молча смотрела на меня, а потом вдруг сорвалась с места и быстрыми, широкими шагами направилась к двери.

— Фианна, стой! — воскликнул Феландир, спеша за ней.

Мое тело отреагировало моментально: потянувшись к Зеленокрылой, я схватила ее за руку, заставляя обернуться.

— Фианна, все нормально, — сказала я, пытаясь изобразить улыбку на своем безэмоциональном лице. — Давай оставим этот разговор до завтра, хорошо? Я очень устала, так что забудь пока об этом.

— Нет! — Девушка выдернула руку из моей хватки, виновато посмотрела на меня, но потом снова сердито нахмурила брови. — Исилия, ты всегда прячешь всю боль и обиду, всегда всех терпишь и прощаешь, хватит!

— Ракхтар не сделал ничего ужасного, ты не знаешь всей правды, — попыталась я объяснить ей.

— «Не сделал ничего ужасного?» И поэтому ты сейчас плачешь?

Когда я уже собиралась было открыть рот, чтобы возразить, подруга подняла ладонь, жестом показывая, что не желает ничего больше слышать.

— Стоп! Прекрати это, — уже спокойнее сказала она. — Я все равно буду делать то, что считаю нужным. И ты не сможешь меня остановить.

Дверь в комнату захлопнулась прямо перед моим носом, оставляя меня одну.

Зеленокрылая Фианна мчалась по коридору так быстро, что редкие слуги, попадавшиеся ей на пути, испуганно отскакивали в сторону и ошарашенно смотрели вслед удаляющейся фигуре.

Казалось, что в порыве ярости ее рыжие волосы тоже начинали пылать, как и сама хозяйка, превращаясь в тянущиеся языки пламени.

— Фианна, нет! Не смей! — кричал догоняющий ее Феландир, изо всех сил стараясь образумить девушку, пока еще не поздно. — Фианна! Он убьет тебя!

— Это я его убью! — воскликнула девушка, совершенно не беспокоясь, что ее кто-нибудь услышит.

У самых дверей в кабинет Арахнида она уже собиралась броситься вперед, намереваясь схватить ручку и потянуть, но парень встал прямо перед ней, не давая пройти дальше.

— Тебе лучше отойти и не мешать мне, — угрожающе тихо прошелестела Фианна, сжимая кулаки.

Молодой человек тяжело выдохнул и заговорил уже более серьезным тоном:

— Пожалуйста, послушай. Хоть раз выслушай меня спокойно. Покажи мне, что ты взрослый человек, который может думать о последствиях своих поступков, а не глупый импульсивный ребенок.

Девушка застыла на месте, настороженно глядя на него лисьими зелеными глазами, в которых сверкала злость.

— Фианна, ты только представь: вот ты ворвешься внутрь, и что дальше? Начнешь кричать о том, какой герцог негодяй, что довел твою подругу до слез? Посмотри на это с другой стороны. Они могли обсуждать какие-то важные политические вопросы, которые касаются только главы правящего рода Арахнидов и принцессы Сиренекрылых. И вполне логично, что накопившийся у Исилии стресс мог начать выходить из нее в виде слез. Разве это не нормально для человека? К тому же перед тем, как ты выбежала из комнаты, захлопнув за собой дверь, разве она не сказала тебе, что Его Светлость не имеет к этому никакого отношения?

— Да, Исилия действительно говорила что-то такое, — неохотно согласилась девушка.

Феландир приободрился, радуясь, что ему понемногу удается ее вразумить.

— Вот! Вот о чем я говорю! — продолжал он, сопровождая свои объяснения непрерывной жестикуляцией. — Вы с господином Кайхкаррен друг друга не переносите, он убьет тебя, и глазом не моргнет! Я предупреждал об этом, и не раз! Его Светлость никогда не причинит вреда Исилии, потому что она слишком ценный пленник!

— «Ценный пленник», — с отвращением повторила Фианна, а потом подняла на юношу такой страшный взгляд, что у того мурашки побежали по спине.

— Давай вернемся, пожалуйста, — попросил он, с тревогой оглядываясь через плечо на двери, находившиеся буквально в паре метров от него.

Зеленокрылая осталась стоять на месте, словно решая, повернуть ли ей назад или все же сделать то, что она задумала.

— Фианна?

— Я никогда не прощаю тех, кто доводит до слез моих дорогих друзей, — пробормотала она и бросила осуждающий взгляд на двери кабинета Арахнида, но гнев ее уже медленно, но верно угасал, сменяясь усталостью.

— Я не прошу тебя никого прощать, Фианна, — сказал Феландир, слабо улыбнувшись. — Просто… просто перестань делать то, что может принести тебе неприятности, ладно?

Девушка выразительно посмотрела на него, а потом несколько непослушных локонов вдруг упали