Попаданка и космо-эльфы. Часть 1 - Эльвира Осетина
— Красивая, — сказал он, и его голос звучал почти как констатация факта, лишенная всяких эмоций. — Я знал, что ты будешь красивой. Умной, смелой, и мудрой. Всё, как и предсказывал оракул. Моя жена иной и не могла бы быть…
«Оракул?» — хотела спросить я, но из моих губ, лишь вырвался неразборчивый стон. А сознание опять начало куда-то уплывать.
Он отступил на шаг, расстегивая свой мундир с той же механической точностью. Я стояла перед ним абсолютно голой, дрожа от холода, чувствуя, как с каждой секундой моя воля тает, уступая место горячему, дурманящему воздействию сыворотки. Внутри меня начинала подниматься странная, непрошеная волна желания.
Он прикасался ко мне своими холодными пальцами, и я чувствовала, как мое тело предательски откликается на эти прикосновения.
Сыворотка… это все из-за сыворотки, мысленно твердила я себе, пытаясь сохранить остатки ясности. Это не я. Это не по-настоящему.
Но мое тело думало иначе. И когда он снова притянул меня к себе, его губы коснулись моей шеи, и я невольно выгнулась, застонав. Это было похоже на предательство самой себя. Я хотела его ненавидеть, но сыворотка перекраивала мои чувства, превращая их в нечто иное, подчиняясь той животной части меня, о существовании которой я раньше не подозревала. Когда он положил меня на кровать, я уже не могла противостоять ему. Я позволила ему раздвинуть себе ноги, не глядя в его холодные глаза.
Я позволила ему трогать своё тело. Пальцами обводить ореолы сосков. Губами дотрагиваться до низа живота и до самого средоточия мой женственности.
И в этом он был хорош. Настолько, что довел меня почти до пика буквально за считанные мгновения.
— Такая сладкая, — сказал он, оторвавшись от моего клитора, и в его голосе наконец проскользнула нотка удовлетворения и даже легкого торжества. — Невероятно вкусная. Моя жена идеальна во всем. И от этих слов я поплыла еще сильнее. Кто бы мог подумать, что внутри меня есть нарциссическая часть, которой может понравится такое…
Я пыталась себя переубедить, пыталась заставить думать о том, что я не такая. Что всё дело в сыворотке, но мой новый муж продолжил ублажать меня языком.
Опять почти доводя до оргазма, почти до пика, и в самый момент отступая.
— Чувствуешь это? — прошептал он, поднявшись вверх, и смотря мне пристально в глаза. — Связь, которая возникает, между нами. Уже сейчас. И это правильно.
Он поцеловал меня, заставив ощутить собственный сок на своих губах. Как же это было пошло и одновременно невероятно сексуально.
Ох, как же я была благодарна создателям ненавистной сыворотки, за то, что я не могла сейчас говорить и сказать ему это. Потом бы точно себе такого не простила.
Он буквально зацеловывал меня всю. Каждый миллиметр моего тела. Начиная с лица, и заканчивая пальцами на ногах.
И кажется будто кайфовал, от того, что может управлять моим наслаждением, потому что, как только он добирался до самых чувствительных мест, и я почти готова была кончить он тут же останавливал, и шептал:
— Не торопись маленькая жрица. Я слишком долго ждал нашей встречи. Хочу насладиться тобой, как следует… Насладиться твоим наслаждением. Чувствуешь?
Я чувствовала это. Жар, разливающийся по моим венам, который не имел никакого отношения к тому, что я хотела чувствовать. Это была его энергия, холодная и мощная, входящая в меня, заполняющая меня, как океан заполняет пустоту. Он навис надо мной, его тело было твердым и сильным, но в его прикосновениях не было той бархатистой нежности, которую я знала. Было только властное обладание.
Будто я не личность, а статусная вещь. Которую он завоевал, как завоевывал целые миры…
Он вошел в меня, и я вскрикнула. Он был большим, холодным, чужим, и я чувствовала себя так, словно меня пронзили ледяным копьем. Но в то же время по моим венам разливался странный, оглушительный жар. Сыворотка делала свое дело, превращая боль в нечто похожее на удовольствие, заставляя меня приподниматься ему навстречу.
— Да, — услышала я его шепот. — Вот так, Алевтина.
Он двигался внутри меня с той же механической точностью, с какой делал все остальное. И в этом не было никакой страсти, только холодная, методичная работа. Я чувствовала, как его энергия вливается в меня, как она смешивается с моей, как Архи откликается на это слияние, даже сквозь сон. Я чувствовала, как внутри меня что-то меняется, как связь между нами становится сильнее, прочнее.
Я закрыла глаза, пытаясь уйти от этого, пытаясь представить себе что-то другое. Сапфира. Бейро. Их руки, их лица, их голоса. Но вместо них перед моими глазами стоял только он — командор, ледяной и неумолимый.
А затем случился взрыв. Настолько яркий, что кажется захлестнул меня с головой. И одновременно холодный, словно я погрузилась в воды Арктики без утепленного скафандра. А затем он достиг пика и сам. И его энергия хлынула в меня мощным потоком, и я закричала, не в силах сдержать этот крик. Это был крик невыносимой боли, крик гнева, смешанный с чем-то, что было похоже на невероятное наслаждение. И в тот же миг я почувствовала, как внутри меня что-то ломается, а затем срастается вновь, соединяя нас неразрывной связью.
Глава 18
А затем случился провал. И я очутилась в космосе, где была абсолютная пустота и настолько тоскливое одиночество, что хотелось выть от безысходности. Обернувшись вокруг своей оси, я не увидела абсолютно ничего кроме далеких холодных звезд.
Я поёжилась, и обняла себя, пытаясь понять, где я и что вообще происходит.
И лишь спустя несколько мгновений до меня дошло, что я увидела и ощутила то, что ощущал когда-то мой новый муж.
Но его самого я не видела и не понимала почему.
И что это такое?
Это его мысли? Его чувства?
Но где тогда он сам?
Это было очень странно.
Не знаю сколько я так болталась в космосе, может быть час, а может целую вечность, пока однажды я не увидела корабль, который вдруг оказался буквально внутри меня. А затем я услышала голос:
«Скоро ты встретишь её. Скоро твоё одиночество закончится. Но сначала тебе надо…».
И в этот момент меня будто выкинуло из сна, и я открыла глаза, чувствуя, что лежу на мужской груди, прижатая тяжелой рукой, да с такой силой, что даже дышать трудно.
Я попыталась дернуться, но Амбарто прижал меня еще сильнее.