Видящие. Скрывающиеся в тени - Лина Таб

Но я возвращаю свое внимание преподавателю.

— Мирррослав, Алексеевич, — произношу хрипло и Майн, резко подняв голову, переводит на меня не менее задумчивый взгляд, чем у Дана. Муж тоже поворачивается и улыбнувшись мне сковано, подходит и усаживается на кровать.

— Как вы себя чувствуете, Ксения? — спрашивает Майн отстраненно.

— Будто по мне проехались катком, — шепчу тихо, ощущая, как ноет рука.

Майн лишь поджимает губы, хмуря свои темные брови.

— Я позову Вашу медсестру, раз Вы уже проснулись. Видимо действие обезболивающего закончилось, — произносит вставая. И почему-то в каждом его действии ощущается тяжесть и какая-то усталость.

Провожаю спину Майна, облаченную в белый халат, небрежно накинутый на плечи и перевожу вопросительный взгляд на мужа.

Но Дан никак не комментирует приход преподавателя, а я не успеваю, так как приходит медсестра.

Уже знакомые манипуляции, после которых мне становится легче и когда медсестра уходит, к моему удивлению возвращается Майн. Я почему-то думала, что он просто узнал о случившемся и решил навестить, или с академии как представителя отправили и уж точно не думала, что он решит побыть около меня еще. Может, у него имелись вопросы или разговор ко мне? Мужа не спрашивала, решив, что правильнее спросить об это самого Майна, тем более, мне хотелось его задержать.

— Вам Дан сообщил… эм, обо мне?

— Нет, Ксения, — произносит тихо, подходя к окну, где недавно стоял муж.

— Значит, Вас ректор приставил к нам, да? — спрашиваю тихо и сморю на мужа, который выдавливает улыбку для меня, засунув руки в карманы, — как куратора?

Я и правда не совсем понимаю, почему он тут, хотя сердце продолжает стучать в надежде. Но это ведь не может быть правдой?

— Нет, Ксения, — Майн снова разворачивается, — я здесь, чтобы обезопасить Вас, — смотрит пытливо так, будто изучает.

Перевожу вопросительный взгляд с него на мужа. Дану будто неловко, будто он не в своей тарелке и тоже так смотрит на меня, словно что-то еще произошло. Но что могло произойти за ночь, пока мы спали?

— Что-то еще случилось? — спрашиваю, с трудом сглотнув.

— Ксюш, пока ты спала, мы провели обряд, — шепчет муж тихо, сев на стул, на котором ранее сидел Майн, — так будет лучше.

— Какой? — хмурюсь непонимающе. Хотя предположение имеется. Но ведь, это не может быть правдой? Смотрю пытливо на мужа, ожидая.

Дан лишь тяжело выдыхает и кажется, собирается что-то еще сказать.

— Тот, по которому мы теперь связаны, как тройка и благодаря которому, нет угрозы жизни и можно спокойно восстанавливать здоровье, не рискуя ничем, — произносит спокойно Майн, беря еще один стул и усаживаясь рядом.

Я лишь удивленно открываю рот, не в силах сказать. То есть…? Не может быть.

Внутри меня тут же обливает теплой волной облегчения, пусть и смешанного со смущение и волнением.

— А моего участия не надо было? — спрашиваю шокировано.

— За тебя ответ дали духи, — произносит Дан, — это быстро, Ксюш. Нас ректор соединил.

— Офигеть, — шепчу, большими глазами смотря на мужа и… на второго мужа. Сердце в груди бьется как бешеное, а саму меня все больше потряхивает от волнения. Майн, он теперь мой. И это навсегда.

— Почему Вы на это пошли? — спрашиваю у Майна.

Но Мирослав Алексеевич не спешит отвечать, будто обдумывает и я понимаю, что правда мне не понравится, но ведь он всегда говорил правду и я хочу слышать именно ее.

— Только правду, пожалуйста, — прошу тихо.

Дан берет меня за здоровую руку, целует пальцы.

— Потому что Вам это было нужно и я оказался единственным подходящим вариантом, — произносит мой преподаватель и муж номер 2.

— А как же Вы сами? — шепчу, ощутив как дрогнул голос, то что он пожертвовал своей свободой ради моей безопасности я ценю, уже ценю, но быть в союзе с нелюбимым человеком всю жизнь, без шанса на развод это страшно. Я ведь была уверена, что он тогда отказал мне мягко, сказав о возрасте и переведя стрелки, так как навернякапросто не хотел говорить о то, что между нами не может быть чувств.

— А что я, Ксения? — переходит он на более мягкий тон, подперев подбородок кулаками, а локтями оперевшись в колени.

— Это тяжело жить с человеком, который не интересен, — произношу сама, бросая взгляд на Дана, напряженного, не спокойного.

— На этот счет не забивайте голову. Думаю, мы сможем выстроить нормальные отношения, — отвечает завуалировано, и я понимаю эту недосказанность.

Нет чувств.

Но он будет стараться. А значит, и мне стоит постараться, чтобы хотя бы жить во взаимоуважении друг к другу и не приносить неудобств. И конечно, несмотря на все навалившиеся переживая о том, что он решился на эту жертву, чтобы обезопасить меня, я безумно счастлива, что это именно он. Именно с ним мне нужно будет налаживать связь и хочется надеяться, что я смогу стать для него хотя бы близким другом, с которым ему будет приятно провести время. Я не хочу, чтобы он мучился рядом со мной, как минимум потому, что он потрясающий мужчина.

— Я этого очень хочу, — шепчу робко, вновь взглянув на Дана. Мне важна и его реакция и мне неловко, что я веду эти разговоры при нем.

Майн проводит рядом со мной еще около часа. Мы не обсуждаем что-либо важное, наши разговоры больше сводятся к академии и тому, где мы сейчас поселились.

Когда мой второй муж уходит, я чувствую нотку грусти и ощущаю вину перед Давианом, хотя ведь нет причин для этого. Но мне все равно жаль его. Потому что я вижу, как он не может взять себя в руки. Постоянно меняет место, позу, перескакивает с темы на тему.

— Ты в порядке? — спрашиваю Дана, когда он в очередной раз хватается за телефон, будто без цели.

— Да, Ксюш, — муж вскидывает на меня какой-то рассеянный взгляд и улыбается шальной улыбкой.

— Я все равно тебя очень люблю, Дан и наличие Мирослава, — впервые произношу его имя без отчества, — ничего не изменит в моем отношении к тебе. Я честно не знаю, как ты справляешься, — я тяжело выдыхаю, рассматривая своего сильного мужчину.

Дан тоже выдыхает и опустив на мгновение голову, взъерошивает волосы.

— Чувствую себя шокированным, будто потерял несколько ориентиры и в тоже время меня затапливает облегчение, что мы закрыли этот вопрос. Он меня всерьез выматывал, — так же впервые признается муж, что вся эта ситуация для него была трудной. Я и так знала, замечала, но он всегда говорил, что мы справимся, что все в порядке, улыбался.