Влюбить дракона! С гарантией… - Дарина Ромм

В ответ принц засмеялся и пообещал, что мы скупим для страдающего почтмейстера все пироги, которые только найдутся в заведении гномы.

Пока принц говорил, я смотрела на его лицо и вспоминала, что совсем недавно считала этого мужчину хмурым и нелюдимым. А он, оказывается, даже шутить умеет!

Видимо, из-за обеденного времени на магопочте совсем не было посетителей. Служащий, узнав принца, мгновенно провел нас в кабинку со связным артефактом. Настроил его и, непрерывно кланяясь, с пожеланиями легкой связи, удалился. Впившись взглядом в черный кругляш артефакта я замерла, ожидая, что вот-вот услышу родной голос…

Но прошло полминуты, минута, две, а Амели на связь почему-то не выходила. Безуспешно повторив вызов несколько раз, я с тревогой взглянула на Эдварда.

— Не отвечает. Странно… Обычно она сразу активирует свой связной артефакт — Амели все время носит его с собой. Мы так договаривались, потому что я не знала, в какой момент у меня будет возможность добраться до магопочты.

— Быть может, твоя сестра ушла гулять и забыла артефакт дома? Или заигралась с подругами и не слышит вызов? — предположил Эдвард.

— Или у нее урок, и нянька Гвен забрала артефакт, чтобы он не отвлекал сестру, — подхватила я, пытаясь подавить вспыхнувшую в груди тревогу.

— Давай сходим в те места, куда мы запланировали, потом вернемся и снова вызовем твою сестру. Уверен, к этому времени она освободится от своих занятий, и вы поговорите, — предложил Эдвард, когда я еще трижды безрезультатно попыталась связаться с Амели.

— Да, так и сделаем… Только еще один разок попробую… — ответила я, снова активируя связное устройство. Долго вслушивалась в тишину и вдруг из артефакта раздался знакомый голос. Только это была не Амели!

— Нита⁈ Нита, это ты? — ахнула я, узнав ответивший мне голос. — Где Амели, почему она не отвечает⁈

— Ох, госпожа Роксана. Беда у нас! Вы бы приехали, а⁈ — запричитала в ответ горничная.

— Что случилось? Говори! — закричала я, не помня себя от нахлынувшего ужаса.

— Хозяйка наша маленькая… помирает! Проклятье вернулось! — взвыла Нита.

— Что ты такое говоришь⁈ Она же выздоровела! — прошептала я онемевшими губами. В голове царил хаос, а сердце покрыло ледяной коркой.

— Выздоровела, да. Веселая такая все эти дни ходила. Кушала с аппетитом. С подружками с утра до ночи без устали играла, веселилась. А вчера…

— Что⁈

— Вчера статью ту поганую в газете прочитала наша маленькая хозяйка. И узнала, кто господину Филлипу доложил про то, что вы… вы не госпожи баронессы дочка, а только барона от… от непойми-кого. И что титул вам не положен, если госпожа Амели доживет до взрослого возраста. Вот и стало ей дурно: в горячку впала, и снова пятно то проклятущее у нее на спине расти начало! Да быстро так, уже и на грудь переползать начало.

Артефакт выпал из моих разжавшихся пальцев и с грохотом покатился по каменному полу, но я почти не заметила этого. Оцепенев, смотрела на Эдварда и не могла вымолвить ни слова.

— Роксана, пошли, — он понял меня на руки и понес на выход.

— Эдвард, мне нужно домой. В поместье! — простонала я. — Там беда с Амели…

— Я все слышал. Скоро мы будем там, — ответил он, продолжая широким шагом идти по улице. На дворцовой площади свистнул, и к нам тотчас подлетела запряжённая парой мневиров карета.

— Разве мы не полетим⁈ — воскликнула я, цепляясь за шею мужа. — На крыльях же быстрее!

— Ненамного. Роксана, я не оставлю тебя в таком состоянии одну, даже если ты будешь сидеть на моей спине, — коротко ответил он, занося меня в карету. Не выпуская меня из рук, крикнул вознице:

— Живо в Агер, в замок барона Валейского на границе возле «Миража»!

— Полчаса, и будем, — отозвался кучер, и карета резко дернулась, быстро набирая ход.

Всю дорогу я провела на коленях у Эдварда, плача и поскуливая от ужаса, что Амели может умереть. Эдвард молчал, просто гладил меня по голове, словно маленькую. Но мне ничего другого и не надо было, никаких слов утешения или ложной надежды. Просто хотелось торопить возницу, чтобы карета мчалась еще быстрее.

Ворота замка стояли распахнутыми, и карета пролетела сразу во двор. Не дожидаясь помощи, я распахнула дверцу и побежала к дому. Только мимоходом заметила, что Эдвард не пошел за мной. Отойдя в сторону, он обернулся в дракона и взмыл в воздух. Я как раз взялась за ручку двери, когда он заложил широкую дугу и полетел прочь.

«Все правильно. Зачем ему тут оставаться, Амели — это мои проблемы, я принцу никто, он правильно сказал», — пришла горькая мысль.

— Ох, госпожа Роксана! Приехали, а я думала, не успеете. Пойдемте скорее! — навстречу мне выскочила Нита, растрепанная, с испуганным и заплаканным лицом. Опережая горничную, я помчалась на второй этаж, моля всех богов о помощи.

В спальне Амели царила смерть. Сестренка с закрытыми глазами неподвижно лежала на кровати, вытянув по бокам тоненькие, словно веточки, ручки. Рядом на коленях, уткнувшись в край кровати лбом, стояла нянька.

Обернувшись на звук открывшейся двери, просипела:

— Тебе чего здесь надо⁈ Посмотреть, как она умирает, пришла⁈ Довольна, что все-таки получишь ее наследство и титул⁈ Конечно, тогда тебя хоть кто-нибудь да возьмет замуж после твоего позора, дешевка!

— Ты с ума сошла, Гвена? Что ты несешь! Скажи, целителей вызвали? — прошептала я, не сводя взгляда с лица сестры и не понимая и половины смысла нянькиных слов. На дрожащих ногах пошла к кровати, но тут нянька встала у меня на пути.

С исказившимся от ярости лицом зашипела:

— Пошла вон отсюда. Шлюха! Если бы не ты, если бы не та статья в газете, моя малышка не заболела бы! Убирайся, тебе здесь нет места!

— Молчи, крыса! — вдруг рявкнула из-за моей спины Нита. — Это ты, тварь мерзкая, рассказала господину Филлипу про госпожу Роксану. Из-за тебя он помолвку расторг. И за статью в той газете сама знаешь, кто ответственный! Ты и сестра твоя, такая же гнида! Ты думала, никто не догадается о ваших проделках, мерзавка? Только от людей ничего не скроешь. Вот и маленькая госпожа все узна-а-ала и от расстройства ей плохо ста-а-ало…

На последних словах Нита начала рыдать, а я стояла, оглушенно застыв. В сознании никак не укладывалось, что это нянька выдала мой секрет Филлипу. За что? Почему? Что я ей сделала⁈ Мы никогда не были близки. Но зачем же такую подлость