Свидание со смертью - Келли Крэй
Мои щеки запылали еще сильнее, потому что я не придумала оправдания, зачем мне эта книга, да и вряд ли могла сказать Хантеру, что все дело в том, что у меня был… Ну, я даже не знала, как это назвать. Технически подходило «околосмертельное переживание», но совсем не так, как можно было бы подумать.
— Это… для одного моего друга, — соврала я. — Я пообещала, что найду ее и… и отложу для него.
— Звучит круто, — бросил Хантер, который без предупреждения бросил свою тележку и быстро зашагал прочий из прохода.
Я моргнула и, поспешно семеня ногами, бросилась следом за ним. — Хантер?
— Похоже, тебе сегодня улыбнулась удача, Харт, — крикнул он через плечо, направляясь прямиком к одному из столов, стоявших у больших окон, выходящих на улицу и обсаженные деревьями, ветви которых утопали в буйной осенней листве.
Остановившись у пустого стола, он указал рукой на книгу, которую кто-то оставил там, — ту самую книгу, которую я так усердно искала.
— Абра-кадабра, — произнес Хантер. — Один читатель о Смерти с косой с гарниром из дежавю.
— О божечки! — я схватила томик — тонкую, небольшую твердую обложку серого цвета с черным силуэтом Смерти с косой на обложке и тисненым серебром названием на корешке. — Это просто безумие. Откуда ты знал, что она здесь?
— Дааа, — протянул он, потирая затылок и снова оглядываясь через плечо. — Тут был один парень. Должно быть, он ее оставил. Жуть какой странный тип. Подошел ко мне с номером по Дьюи и попросил помочь, и я нашел ее для него. Буквально минут тридцать назад.
Ах вот оно что. Вот почему Хантер назвал мою просьбу «тревожной» и упомянул дежавю. Дело было вовсе не в теме книги, а в том, что я оказалась уже вторым человеком, запросившим это название.
Я быстро заморгала, пытаясь осознать услышанное — и не придавать этому лишнего значения.
Тяжело это сделать после того, что со мной произошло. После того, что со мной не произошло.
Возможно, если мне повезет, эта книга прольет какой-то свет на случившееся или, по крайней мере, укажет на источник, который сможет мне помочь.
— Хантер, — произнесла я, прижимая книгу к груди, — спасибо.
Он отмахнулся.
— Я сделал это ради сюжета. К тому же, если он изучает Жнецов, твой друг — просто металлист. И я металлист. Металлисты должны держаться вместе.
Развернувшись, он снова вставил в уши AirPods. Изобразив игру на воображаемой гитаре, он растворился среди книжных стеллажей.
нахмурившись, я огляделась по сторонам — налево и направо, — сканируя зоны для чтения в поисках хоть какого-нибудь следа «странного типа», запросившего эту книгу. Никого, кто показался бы мне странным, я не заметила. Лишь женщина в толстых очках семенила в сторону восьмисотого отдела, ее руки уже были завалены книгами, а какой-то студент с рюкзаком направлялся к стойке выдачи с пачкой изданий подмышкой.
Изнывая от любопытства, я двинулась вдоль проходов, заглядывая в каждый по пути.
Но… там никого не было.
Я остановилась, чтобы получше рассмотреть книгу, и заметила то, на что раньше не обратила внимания. Кто-то заложил несколько страниц посередине кусочком чего-то похожего на… пергамент?
Сняв очки для чтения с макушки и водрузив их на нос, я открыла книгу на нужной странице и обнаружила гравюру с изображением фигуры в окутывающих черных одеждах, с косой, зажатой в одной скелетной руке, и большими песочными часами в другой.
Кто-то или что-то выглядывало из теней, затаившихся под черным капюшоном.
Впрочем, как и на вечеринке… было совершенно непонятно, что именно.
Или кто?
Ведь чтобы совершить то, что он сделал, нужен был именно «кто-то», верно? То есть внутри этого капюшона кто-то находился. Человек. Или… существо. Собиратель душ, который сам мог оказаться душой?
Мне очень хотелось в это верить.
Особенно учитывая альтернативный вариант: что я все это вообразила или что я просто свихнулась.
Мои пальцы коснулись обрывка пергамента, служившего закладкой, и, вытащив плотную состаренную бумагу наружу, я перевернула ее.
Я ахнула, обнаружив там послание, от которого уронила книгу — и прижала одну руку ко рту, чтобы заглушить крик.
«Да, Хелена, — гласила записка, написанная красивым каллиграфическим почерком синими чернилами, — он настоящий».

4 ЖНЕЦ
На следующую ночь, войдя в Зал Бассейнов, я обнаружил, что доктор отсутствует на своем рабочем месте. Его бестолковая птица — тоже.
При этом Йоханн редко покидал свой стол. Когда он всё-таки уходил, Плуто — те самые пресловутые глаза на затылке — отправлялся вместе с ним.
Я оставил косу, которая ждала меня, как и прошлой ночью, а ее холодное серебряное лезвие отражалось в сияющем черном мраморном полу.
Замедлив шаги по мере приближения к бурлящим чанам, я сердито уставился на пустое кресло Йоханна.
Отсутствие Йоханна неизменно заставлявало меня нервничать. Теоретически он был в безопасности здесь, в Нижнем Мире — по крайней мере, должен был быть, — но это мало помогало заглушить тот факт, что у него всё же был преследователь.
Опасный.
— Доктор? — позвал я, но ответа не получил.
Какое-то странное и непоколебимое предчувствие кольнуло меня, когда я направился к Белому Бассейну, попутно отстегивая песочные часы от пояса. Я отвинтил крышку, и тихое скрипение металла о металл громко разнеслось по этому залу, в котором я редко оказывался один.
Пока я высыпал порцию душ, предназначенных для Белого Бассейна, я бросил взгляд на статую Флоры, которая предлагала свою неизменную каменную лилию какому-то невидимому прохожему. Когда Флора была на месте, глаза ее статуи открывались. Сейчас они были закрыты. А это значило, что она всё еще отсутствовала, собирая души.
Направляясь к Синему Бассейну, я проверил статую Йоханна.
Точно так же, как и в случае с моей косой, Йоханн оставлял свое перо в руке статуи, чтобы получить доступ к своим покоям. В данный момент гусиное перо торчало из чернильницы на его столе. Значит, Йоханн не ушел на покой раньше времени. И поскольку он никогда — абсолютно никогда — не покидал Нижний Мир, значит, он и его пернатая скотина должны были быть где-то поблизости.
Если я не найду его до того, как самому удалиться на ночь, я не смогу сосредоточиться на своей музыке — ни на чем.
— Старик, — крикнул я